Фантастика 2025-129 - Денис Старый

заявил он. — Я недооценил ситуацию. Только сейчас закончил осматривать ногу одного сятэя… В общем, мы ничего не можем предпринять.

— Как это? Лекарская магия закончилась? — спросил я.

— Нет, использовать её уже слишком поздно, — заявил Рэйсэй Масаши. — Я знаю, о чём говорю, Кацураги-сан. Слишком большая зона некроза. Ногу придётся ампутировать.

Глава 6

— Подождите, Рэйсэй-сан, не рубите с плеча, — попросил я. — Давайте попробуем осмотреть пациента все вместе. Возможно, есть хоть какой-то шанс ему помочь?

— Шансов нет, Кацураги-сан, придётся делать, как я сказал, — вздохнул Рэйсэй Масаши.

Повода сомневаться в словах Рэйсэя у меня не было. Уж он точно хорошо разбирается в показаниях к тем или иным операциям. Но у меня ещё теплилась надежда, что Рэйсэй мог ошибиться в возможностях лекарской магии. С тем же успехом я мог «подписать смертный приговор» нескольким онкологическим больным. Однако я доводил дело до конца и вылечивал большинство из них.

— Пойдёмте, Кацураги-сан. Сам пациент уже в тяжёлом состоянии. Я смог обезболить его как мог. Но долго это продолжаться не может. Нужно что-то решать, — произнёс Рэйсэй.

Я направился вслед за хирургом в его кабинет. Пострадавший сятэй уже лежал на кушетке без сознания. Видимо, Рэйсэй Масаши специально ввёл в его в сон, но не в медикаментозный, а в лекарский.

На всякий случай я проанализировал состояние его сердечно-сосудистой и нервной систем, чтобы убедиться, не потерял ли он сознание сам. Из-за кровотечения или инфекции может возникнуть шок, который приведёт к резкому снижению артериального давления.

Но показатели мужчины оказались относительно стабильны.

И таковыми они были лишь потому, что их смог устаканить Рэйсэй. На деле его организм был в ужасном состоянии. Особенно левая нога.

— Проклятье, — выругался я. — Не думал, что всё настолько серьёзно. Он вообще успел рассказать, что случилось с его ногой?

— Успел, — кивнул Рэйсэй Масаши. — После этого я сразу усыпил этого отморозка. С одной стороны, не мог больше слушать, что он несёт. А с другой, пациент мучился. Пришлось ввести его в сон. Я полностью отключил его болевую систему на какое-то время. Если он умрёт от болевого шока прямо в моём кабинете, нам же в итоге придётся оправдываться перед полицией, а не якудзой.

— Не факт. Думаю, они и это способны замять. Но лучше, разумеется, такого не допускать, — согласился я. — Тем более, если семья Фува решит обидеться на то, что мы не спасли одного из их людей, они могут и не сдерживать полицию. Но это произойдёт только в том случае, если мы им чем-то насолим.

— А вы ведь как раз планируете это сделать, да, Кацураги-сан? — спросил Рэйсэй Масаши. — Я ведь по вашей просьбе нашёл трёх человек, которые во время обработки раны многократно повторяли, что больше не хотят так собой рисковать. Они должны ждать вас у кабинета.

— Пусть ждут. Потом поговорю с ними и дам задачу оттащить этого пострадавшего в их убежище, — подытожил я.

— Так что в итоге будем делать? Ампутируем, или вы считаете, что ногу ещё можно спасти? — спросил Рэйсэй.

Я ещё раз пробежался взглядом по нижним конечностям пациента. С правой ногой всё в порядке, в отличие от левой. Относительно в порядке. В артериях большие проблемы с отложением атеросклеротических бляшек. Судя по всему, на них отразился стаж курения. Чаще всего такая картина возникает именно из-за неправильного питания и регулярного употребления никотина.

В бедренных артериях ухудшается кровообращение, из-за этого страдает питание ног в целом, и в итоге возникает множество других осложнений.

Со второй ногой проблемы были гораздо серьёзнее. Нервы и сосуды были повреждены. В районе колена почти все связки и основные артерии пересекло полностью. Большеберцовую и малоберцовую кости, находящиеся в голени, переломило пополам.

— Открытый перелом, сразу в двух местах, — заключил я. — Все основные пучки повреждены. Про стопу вообще говорить не стоит, от неё почти ничего не осталось. Вижу, что в мягких тканях голени очень много инородных элементов. Такое впечатление, что…

— Это — следствие взрыва, — закончил за меня Рэйсэй Масаши. — Пациент рассказал мне об этом. Он пользовался самодельной взрывчаткой, пытался прорваться через оборону противника. Но ситуация вышла из-под контроля. Судя по всему, он подорвал сам себя.

Боже… Как я посмотрю, якудза в своей войне пользуется вообще всеми методами. И холодное оружие, и огнестрельное, даже взрывчатку собирают!

А ведь такие бомбы запросто могут ранить обычных мирных жителей. Ужасная ситуация. Особенно если учесть, что органы правопорядка закрывают на это глаза. Конечно же, среди них и есть добропорядочные люди, которые согласны поставить якудзу на место, но их, скорее всего, прижали к ногтю.

— Вы правы, Рэйсэй-сан, — заключил я. — Стопу уже не восстановить, а в голени начался некроз. Причём процессы нарушения трофики тканей запустились гораздо раньше. Он уже несколько лет страдает от сосудистой недостаточности.

— Вывод? — коротко спросил хирург.

Тут даже лекарская магия не восстановит то, что уже умерло.

— Ампутация. Спасать тут уже нечего, — произнёс я. — Придётся отнимать левую ногу прямо над коленным суставом. Она уже претерпела необратимые изменения. Может быть, какую-нибудь замену и возможно совершить в узкопрофильной клинике, но нас это не касается. Если оставим ногу в том же состоянии — он умрёт. В лучшем случае останется точно таким же инвалидом, как и без ноги.

— Погодите, Кацураги-сан, вы на полном серьёзе собираетесь проводить ампутацию… прямо здесь⁈ — воскликнул Рэйсэй Масаши. — Прямо в нашей клинике? Но у нас же нет прав на это!

— Точно так же, как и нет прав на работу с якудзой и остальные манипуляции, которые мы проводили в течение дня, — ответил я. — В другие клиники его уже никто не повезёт. Если не поможем ему, он умрёт.

— А может… — Рэйсэй замялся. — Может, так будет лучше? Кацураги-сан, поймите меня правильно. Я — не убийца и не садист. Но этот, не постесняюсь слова, подонок устраивал подрывы! Рядом могли быть жилые районы. Невинные люди!

— И что вы хотите этим сказать, Рэйсэй-сан? — спросил я. — Просто дадим ему умереть? Откажемся помогать?

— Мне кажется, это было бы гуманно по отношению к другим людям, — заключил Рэйсэй Масаши. — Это — моё мнение.

— И я понимаю, почему вы