Фантастика 2025-69 - Вадим Бурденя

стрел, запущенных, похоже, опытным лучниками. Я сжег их все в полете, а затем точечно вычислил стрелков, обрывая их жизни - и тут же пожалел об этом. От растягивания области сенсорики в центре крупного города, столицы целого королевства, у меня разболелась голова - слишком много людей тут было.

– Пройдем через центральную площадь. – спокойно сказал я шпиону. – Хочу сказать пару слов людям…

Стражник, стоящий на рынке, который сейчас в спешке пытался собраться с площади, вжался в стену ближайшего дома, стремясь быть как можно незаметнее. Я подошел к нему и негромко сказал:

– Передай командирам, что на следующую стрелу в нашу сторону я начну бить по площадям.

Он не ответил, судорожно сглотнув, но кивнул. В моего спутника прилетела ещё пара стрел который я отбил - и я снес пару улиц ударом черных молний, добираясь до стрелков. Больше в нас не стреляли. Мне было интересно, что ещё они придумают. Для бунтовщиков сложилась неприятная ситуации - вокруг не было армии, с которой можно воевать. Фактически, по их городу просто бродил бессмертный бог, которого они не могли даже поцарапать, и крушил их склады. Перекинуть запасы за несколько часов в другое место? Это даже не смешно, унесут жалкие крохи… Убить меня? Даже древние маги не смогли. Наверное, людям редко доводиться чувствовать такое бессилие.

– Я не знаю больше складов, милорд. – признался мне шпион через пару часов, останавливаясь после очередного уничтоженного склада. – Мы уничтожили всё. Может, осталась ещё парочка тайных, в подвалах, о которых на мне удалось прознать, но как минимум основные склады провизии и снаряжения мы уничтожили.

– Тогда веди в ратушу. – кивнул я. – Поговорим с местным градоначальником.

До ратуши мы дойти не успели: на достаточной широкой улице путь нам преградили три десятка мужиков в грубых мантиях. Их возглавлял совершенно типичный священник в белоснежной сутане. Он поднял перед глазами какой-то амулет, и громко сказал:

– Мы - Свет!

– Мы - Свет! - взревели мужики, вторя ему, и на нас обрушился синхронный удар трех десятков огненных шаров, вместе с какой-то светлой, слепящей дрянью от главного.

Я взмахнул левой рукой, развеивая удары. А затем, подняв правую ударил черными молниями прямо по улице, с грохотом уничтожая всё на ней. В последний миг лидер новоиспеченных магов альянса успел сотворить какую-то странную технику, соединяя щиты остальных в единый каскадный щит - но черная молния с грохотом расколола совместную защиту, уничтожая врагов вместе с улицей.

Я слегка нахмурился. Нет, разумеется, ничего серьезного противопоставить мне такой отряд не мог: но я ощутил краткое, пусть и слабое напряжение в момент удара. Этот щит что-то смог противопоставить мне - всего на доли секунд, но всё же. Мне, конечно, плевать, но вот для молодого адепта смерти это могло стать проблемой.

Поставив себе зарубку в памяти рассказать Улосу о новых схватках наших врагов, я двинулся дальше - но до ратуши мы вновь не дошли. Объемный, толстый мужчина лет пятидесяти в простой черной мантии, преградил мне дорогу.

– Мое имя Лекс, и я градоначальник Метиола, Лорд Горд. – поклонился он мне. – Мне сообщили, что вы направляетесь в ратушу. Если вы хотите убить меня, нет нужды идти далеко.

– Вы пришли сдать мне ключи от города? – хмыкнул я, глядя на одетого в траурное черное одеяние толстяка.

– Я не намерен сдавать вам Метиол. – покачал головой толстяк. – Но это мой город, и моя ответственность. Я уже отослал всех работников ратуши подальше, там больше никого нет. Остался только я.

– На самом деле, я не намерен убивать вас. Я бы вообще никого не убивал сегодня… Однако так уж сложились обстоятельства. – я виновато развел руками. – Я прибыл в ваш прекрасный город инкогнито, но меня узнали… И принялись немедленно осыпать оскорблениями. Признаю, вспылили немного, и решил показать, к чему приведет ваша поддержка мессира Инвиктуса.

– Боюсь, я немного не улавливаю ваших мыслей. – слегка удивленно ответил мне градоначальник. – Мы, разумеется, и так в курсе, кто вы такой и что вы убьете нас всех за восстание. Это… Не требует дополнительных доказательств.

– Я оставлю вас в живых и покину город, отозвав армию, при условии, что вы, вместе с остальными жителями выслушаете меня, и донесете мои слова до остальных жителей Лиссеи. Слово в слово. – высказал свое предложение я. – Если переврете… Я сотру это королевство с лица Тиала, и здесь будет мертвая земля. Вы поняли меня?

– Я, разумеется, не могу говорить за всё королевство. – медленно кивнул толстяк. – Но это, безусловно, щедрое предложение, если вы говорите правду. Дайте мне день, пожалуйста. Завтра я соберу на площади всех бардов, что пожелают вас выслушать, и они разнесут ваше слово по королевству.

– Приемлемо. – кивнул я.

Шпион отвел меня обратно в свою лавку - где мы остались передохнуть. За нами, вероятно, следили - но напасть больше никто не посмел.

– Как думаешь, они переврут мои слова? – с интересом спросил я у фанатика, что смотрел на меня безумными глазами.

– Не посмеют, повелитель. – затряс головой тот. – Они знают, что вы не блефуете… Граница с Таллистрией не так далеко. Не поверят, чтобы вы не сказали, но донесут слово в слово.

– Пройдись по тавернам, или раздай такие указания своим людям. – приказал я. – За оставшиеся сутки я хочу, чтобы вы узнали что говорят люди о произошедшем.

Оставшееся время до сбора бардов я потратил на расчёты для сотворения новой нежити. Получилось так себе… Но мне и не нужен был шедевр. Нет, я придумал кое-что поинтереснее. Идея, конечно, не нова - но народ впечатлиться, я уверен.

Утром следующего дня шпион пришел ко мне с докладом:

– Боюсь, новости вам не понравится милорд. – слегка замялся он.

– Говори. – холодно приказал я.

– Та баллада… Которая вас оскорбила… Ну, вы знаете… Вообщем, теперь её поют в каждой таверне города.

Я со свистом втянул в себя воздух. Я думал устроить показательную казнь одного или двух дерзких бардов, превращая их в мужской аналог баньши, который я рассчитывал большую часть прошлого дня… Но в каждой таверне города?

Шпион сжался под моим взглядом, чувствуя мой гнев.

– Успокойся. Только идиоты карают гонцов, принесших плохие вести. – холодно произнес