Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

– Более двадцати лет, – сказала хозяйка. – Я понимаю ход вашей мысли. Люди, так долго прожившие вместе, не могут не знать друг о друге всего. Так ведь?

– Ну, примерно так, – согласился Гуров. – В вашей семье все было наоборот?

– В нашей семье было по-всякому, – отрезала Маргарита Альбертовна. – В последние годы, как вы понимаете, мы все более отдалялись друг от друга. Сын давно вырос, стал самостоятельным…

– А чем, кстати, занимается ваш сын? – спросил Гуров.

От его внимания не укрылось, что такой несложный вопрос вызвал у женщины замешательство. Она напряглась, и взгляд ее метнулся в сторону помалкивающего в своем кресле Пивоварова. Маргарита Альбертовна словно искала у него помощи. Пивоваров заерзал и смущенно закашлялся. Гуров покосился на него.

Бывший референт даже в этом помещении, похожем на подземелье, остался в черных очках. Он сидел, положив ногу на ногу, и с деланым равнодушием что-то высматривал по углам. Интересоваться там было абсолютно нечем, но Гурову показалось, что Пивоваров просто старается лишний раз не смотреть на хозяйку. И правда, смотреть на ее черный неподвижный силуэт было не слишком уютно. Но Пивоварову, похоже, вообще не хотелось принимать участие в беседе. С одной стороны, это было вполне естественно, потому что беседа непростая, но, с другой стороны, он – организатор этой встречи и мог бы быть поактивнее.

Кроме того, по некоторым неуловимым жестам и неким едва ощутимым флюидам Гуров предположил, что между Пивоваровым и Маргаритой Альбертовной существует более тесная связь, чем просто шапочное знакомство. Он, конечно, мог и ошибаться, но ощущение этого не покидало Гурова с того самого момента, как они вошли в жилище гадалки.

– Мой сын занимается бизнесом, – ответила наконец хозяйка с некоторой досадой. – Что-то продает, что-то покупает. Я в этом не разбираюсь. Он очень часто бывает в разъездах.

– Вы не знаете, чем занимается ваш сын? – удивился Гуров.

– А вы не знаете современную молодежь?! – воскликнула Маргарита Альбертовна. – Из них лишнего слова не вытянешь. «Все нормально» да «не твое дело» – вот и весь разговор.

– Но вы же видитесь! Наверное, и с отцом он тоже видится. Как-то вы находите друг друга. Ваш сын сейчас, я слышал, в отъезде. Вы ничего не знаете о муже. Но о сыне вы что-то должны знать. Где он? Когда вернется?

– Он уехал – вот и все, что я знаю, – сказала хозяйка. – Примерно неделю назад. Сказал перед отъездом, что вернется дней через десять-двенадцать. Когда он возвращается, он мне звонит. А иногда забывает.

– А вы ему?

– Я не люблю навязываться, – гордо сказала женщина. – Даже собственному сыну.

– Но, по крайней мере, номер его телефона у вас есть? Тогда не откажите в любезности – позвоните ему на этот раз обязательно. Он возвращается поездом? Самолетом?

– Он всегда ездит на собственной машине. Предпочитает не зависеть от расписаний.

В голосе Маргариты Альбертовны явственно слышалось раздражение. Гуров чувствовал, что напряжение в комнате нарастает. От запаха свечей слегка кружилась голова.

– Может быть, гм… Нам стоит вернуться к началу разговора? – неожиданно вмешался Пивоваров. – Не хочу навязывать свою точку зрения, но что нам даст встреча с сыном? Раз он уезжал, все это для него будет неприятным сюрпризом. Может быть, стоит еще раз попробовать вспомнить, кому может довериться сейчас Сергей Степанович?

Говоря это, Пивоваров пялился через очки на Гурова, но говорилось все это для Маргариты Альбертовны – в этом у Гурова не было сомнений. В какую-то минуту она искала помощи у референта, и теперь эта помощь пришла. Пивоваров чувствовал, что разговор о сыне для хозяйки крайне неприятен, и переводил его в другое русло. Он словно хотел напомнить гадалке о том, что она должна была сказать с самого начала. Все это еще сильнее укрепило Гурова в мысли, что на самом деле взаимопонимания между гадалкой и референтом гораздо больше, чем они хотели продемонстрировать.

Слова референта заставили Маргариту Альбертовну взять небольшую паузу, а потом она вдруг сказала просветлевшим голосом:

– Наверное, я могла бы предположить, кому мог довериться мой бывший муж. Речь идет о женщине, которая сыграла роковую роль в нашей жизни. Проще говоря, Сергей Степанович изменял мне с ней. Я слышала, что они расстались, но, пожалуй, он мог обратиться к ней в трудную минуту. Ее зовут Плетнева Анастасия Владимировна. Я могу дать вам ее адрес. Но она проживает не в Москве, а в Подольске.

– Давайте адрес, – сказал Гуров.

Маргарита Альбертовна тихо поднялась и, качнув бедрами, прошла мимо Гурова к выходу. Дверь бесшумно закрылась за ней. Пивоваров заворочался в кресле и пробормотал извиняющимся тоном:

– Своеобразная женщина… Я знал, что с ней будет непросто. Но все же кое-что нам удалось узнать, как вы полагаете? Любовница – это реальный след.

– Жизнь покажет, – сухо ответил Гуров.

Неожиданное многословие спутника настораживало его. Бывший референт все более начинал казаться ему лицом заинтересованным. Этот факт требовалось осмыслить, но в душной атмосфере неуютного помещения думалось плохо. К тому же уже вернулась хозяйка и молча протянула Гурову сложенный вдвое листок плотной бумаги. Он заглянул в него – адрес был написан разборчивым, четким, практически мужским почерком. Профессиональный графолог, наверное, предположил бы у обладателя такого почерка сильный характер, но Гурову и предполагать ничего не нужно было – несгибаемый характер гадалки выпирал из каждого ее жеста, из каждой интонации.

– Спасибо, – сказал Гуров. – Мы проверим этот вариант. Как только появится ваш сын – дайте мне знать, Маргарита Альбертовна. Да и сами, если что вспомните или узнаете, сразу сообщите мне вот по этим телефонам.

Гуров положил на столик свою визитную карточку. Маргарита Альбертовна, не двинувшись с места, безразлично на нее посмотрела, а потом перевела вопросительный взгляд на Гурова. Высказанный вслух, вопрос этот мог звучать так: «Когда же ты наконец уберешься?»

Гуров поднялся и спрятал листок с адресом в нагрудный карман.

– Ну что же, пожалуй, мы с Николаем Ивановичем пойдем, – объявил он. – Кое-какое представление о вашем семействе я получил. Во всяком случае, у меня сложилось впечатление, что теперь я знаю, в каком направлении действовать.

Он с удовольствием отметил, что после этих слов на лбу хозяйки появилась озабоченная складка. Она явно пыталась сообразить, куда клонит Гуров и что такое стало ему понятно. Гурову это показалось забавным – предсказательница чужого будущего изо всех сил пыталась заглянуть в собственное, но ничего, кроме тумана, там не видела. Хорошо, что в этот момент поблизости не было клиентов, – худшей антирекламы и придумать было трудно.

Однако беспокойство Маргариты Альбертовны быстро сменилось радостным оживлением. Она с облегчением восприняла намерение Гурова откланяться и не имела никакого желания его задерживать.

– Вы идете, Николай Иванович, или у вас свои планы? – тут же обратился Гуров к Пивоварову, который явно замешкался и даже еще не поднялся с кресла.

– Нет-нет, я с вами! – Референт поспешно вскочил и присоединился к Гурову уже на пороге. – Задумался, знаете ли… Прощайте, Маргарита Альбертовна!

Пивоваров вдруг начал ощутимо нервничать. В нем не осталось и следа той флегматичности, которой он поразил Гурова при первой встрече и которой, по правде сказать, не замечалось в нем сегодня с самого начала.

Теперь же он просто напоминал Гурову до предела натянутую струну. Чувствовалось, что ему хотелось как можно скорее избавиться от Гурова. Он почти бегом выскочил из подъезда и устремился к своей машине. Гуров едва успевал за ним.

Впрочем, в последнюю минуту референт опомнился и обернулся к Гурову.

– Да, весьма своеобразная особа, – некстати проговорил он и криво улыбнулся. – Наверное, вы ругаете меня на все корки, полковник? Но, может быть, действительно стоит съездить в Подольск? По-моему, в этой идее есть резон…