Мое тело – тюрьма - Кицунэ Миято

по сорок лет уже!), сидеть там, скучать, есть салаты… Я конечно поем, но давай ты за мной придёшь в районе семи хотя бы!!! Спасёшь от салатов и переедания, а то тётя не понимает слова «нет» и то, что я не резиновая! Я была у них на одном празднике, я знаю.

Ты говорил, что ты живёшь как-то недалеко от десятого микрорайона, так что на всякий случай позвони из автомата, чтобы я вышла или готова была, и мы идём к тебе.

И я согласна просто на телик и твою компанию без заморочек. Даже готовить не обязательно, если что. Или я сама что-нибудь приготовлю на скорую руку. Или обойдёмся сухариками и какими-нибудь чипсами. Короче! Всё решено! Встречаем новый 2003 вместе! Очень жду твоего положительного ответа!'

Кира написала адрес тети Альбины, её номер телефона, а ещё нарисовала где расположен дом относительно остановок, крупного магазина и мини-рынка, чтобы Юлик сориентировался.

Для порядка в пятницу Кира съездила до автовокзала, спросила насчёт билетов, ей ответили, что их нет, и она со спокойной совестью купила билет на десять утра первого числа. Юлик успел написать ей, что согласен. При отсутствии телефонов письма были единственным их способом общения, но зато в пределах города почта работала всего один день. То есть, отправив письмо в среду, в пятницу Кира уже получила ответ — и то только потому, что Юлику потребовалось время, чтобы подумать и написать.

Тёте Альбине Кира позвонила с вахты, сообщила, что приедет в гости, но до Нового года не останется.

— Хорошо, а то мы… Как в девять ложились так и ложимся, Новый год или нет, — ответила тётя. — А так в четыре за стол садимся. Приходи к четырём.

— Ладно, приду.

* * *

— О… Ты останешься на Новый год?.. — растерянно протянул Кирилл, узнав про купленный на первое января билет. — Прости, но… Я не смогу остаться с тобой. У нас… в общем, мы семьёй отмечаем…

— Я не планировала отмечать с тобой, расслабься, — хмыкнула Кира. — У меня в принципе нет привычек планировать что-то за других, особенно против их воли и желания.

— А с кем планировала? В общаге вроде вообще никого не остаётся…

— С родственниками, — расплывчато ответила Кира.

— А… Понятно. Удивительно, что ты забыла про билет, жалко. А может, дополнительно рейсы дадут?

— Не хочу уже дёргаться, — пожала плечами Кира. — Я уже маме написала и с родственниками договорилась. Уеду первого, ничего страшного, салаты мы ещё до третьего минимум доедаем вместе со всеми гостями.

— Понятно… Тогда увидимся на сессии. И… прости, — Кирилл протянул большую шоколадку, — на Новый год… в общем не особо с деньгами на существенный подарок, просто мама норковую шубу захотела, она мне с лета про неё говорила… и в общем, на эту шубу все деньги ушли.

— Что? Какие ещё деньги? — удивилась Кира.

— А… я не говорил… — смутился Кирилл. — Я же официально трудоустроен у нефтяников. Им нужны спортсмены, чтобы принимать участие во всяких состязаниях между подразделениями из разных городов. У них постоянные сборы и зимой и летом. Но выступающий за команду должен у них официально работать. Так что мне даже зарплату на сберкнижку перечисляют.

Кира скептически посмотрела на Кирилла, который ходил в одних джинсах и трёх футболках, которые раздают на соревнованиях — потому что на всех были всякие надписи про соревнования и «Россия». На зиму у него была дублёнка, которую он носил с восьмого класса, кепка примерно с тех же времён. Про джинсы он как-то обмолвился, что мама покупает ему их раз в год на день рождения. Только лыжи хорошие и вроде как дорогие.

— Так… и что происходит с твоей зарплатой? — уже догадываясь, что услышит, спросила Кира.

— Ну… Мама себе всякое покупает, Ольге одежду. Ей то куртку надо, то брюки, то костюм. А с осени я копил на норковую шубу маме.

— О… — потеряла дар речи Кира. Ну да, маме и Оле деньги нужней на шмотки. А то, что, по идее, за пять лет учёбы можно накопить на хотя бы первый взнос на квартиру — это, видимо, никого не интересует. А тут ещё и девушка у Кирилла образовалась — то-то мама переполошилась — вдруг научит Кирилла, что деньги можно и на себя и неё тратить. А если с его зарплатой можно купить норковую шубу за пару месяцев, то вполне реально…

Кира вздохнула и одёрнула себя: деньги ей не принадлежат в любом случае, не ей ими распоряжаться. С экономикой, в которой случился экономический кризис в 1998 году, возможно, и не стоит копить деньги, а прям «сразу тратить», но можно же обменивать их на доллары и копить долларами на квартиру или более серьёзную покупку. Кирилл говорил, что в его семье не было машины. Да и так в квартире было довольно убито и можно было ремонт сделать.

Она снова себя одёрнула: всё равно начала придумывать, на что Кириллу лучше потратить. Хотя и обидно немного: маме на все деньги шубу, а она и шоколадкой обойдётся. Да и сразу вспомнилось, что на вешалке в прихожей, когда она была в гостях у Кирилла один-единственный раз, висело штук пять разных весенних курток маленького размера. Кира ещё мимолётно удивилась и подумала, что у них в гостях кто-то есть. Но, видимо, это всё были Ольгины куртки. На каждый день недели.

Кира помотала головой, но обида уже за Кирилла не уходила. Фиг с ней, она вроде как им всем вообще никто — просто девушка, с которой уже год встречаются, но своему сыну можно было бы купить и настоящую хорошую футболку или джемпер, чтобы ходить на учёбу. А то получается, что им норковые шубы, а Кириллу «и так сойдёт», ходит же в чём-то.

— Всё понятно, — вздохнула Кира, уже просчитывая, что с привычками залезать в карман к сыну надо будет что-то делать. Потому что просто так такие «удобные» привычки не искореняются. А «добрый и щедрый» Кирилл считает, что всё нормально и всё так и должно быть.

Глава 15

Игры, в которые играют…

— Ладно, пока! — махнул Юлик рукой, когда посадил Киру в почти пустой автобус.

— Пока, братец, — кивнула Кира и по билету села прямо на самое