Сказочная фантастика - Роджер Желязны

И Хамфри замолчал.

Бинк наблюдал за облаками, на этот раз настоящими: они становились все выше и темнее по мере того, как ковер летел к северу. Вот ковер заскользил над Провалом, и Бинку, несмотря на то, что теперь у него были крылья, стало страшно. Слишком большая глубина!

А Хамфри ни на что не обращал внимания — сидел с закрытыми глазами, погрузившись в мысли.

Погода ухудшилась. Ковер не обладал разумом и летел к заданной цели прямо, не пытаясь обогнуть облака. А те собирались в огромные горы; долины между ними были поразительно глубокими. Ветер становился сильнее. Надвигающаяся буря не была иллюзией. Не взвивались фальшивые вихри, вызванные Ирис, не сверкали красками тучи. В своей мрачной простоте они выглядели более угрожающими.

Затем ковер опустился прямо сквозь туман, и они оказались над Северной Деревней.

Окна дворца были затянуты черной тканью.

— Кажется, это случилось, — сказал Хамфри, когда они приземлились перед дворцовыми воротами.

Навстречу им вышел деревенский Старейшина.

— Волшебник! — вскричал он. — Мы хотели послать за тобой. Король умер.

— Что ж, значит нам надо выбрать преемника, — ядовито ответил Хамфри.

— Никого нет… кроме тебя.

— Тупица! “Никого нет”! По-твоему, — это основание? — отрезал Хамфри. — Зачем мне трон? Быть Королем — бесконечная нудная работа. Она только помешала бы моим исследованиям.

Но Старейшина не сдавался.

— Если ты не укажешь нам другого подходящего преемника, другого сильного Волшебника, тебе все-таки придется принять трон. Этого требуют наши законы.

— А, шли бы эти законы… — Хамфри помедлил. — У нас есть более неотложное дело. Кто временный правитель?

— Роланд. Он занимается похоронами.

Бинк подпрыгнул. Его отец! Но он тут же понял, что отец будет избегать любого конфликта. Лучше даже не говорить ему, что Бинк снова в Ксанфе.

Хамфри взглянул на Бинка, подумав, кажется, о том же.

— Что ж, по-моему, я знаю простака, который подходит для этой работы, — произнес Добрый Волшебник. — Но у него есть определенные технические проблемы, и их надо разрешить в первую очередь.

На Бинка нахлынуло крайне неприятное предчувствие.

“Не меня! Фактически, я не Волшебник. Я не знаю, как управлять Королевством. Все, чего я хочу, это спасти мисс Хамелеон. И позволить Тренту уцелеть”, — хотел сказать Бинк, но из этого, конечно, ничего не получилось.

— Однако сперва надо решить кой-какие другие вопросы, — продолжал Хамфри. — Злой Волшебник, Трент-преобразователь, вернулся в Ксанф. А одна девушка умирает. Если мы будем действовать достаточно быстро, мы успеем сделать все, что нужно.

Военный отряд они собрали мигом. Деревенские заклинатели расстояния определили точное расположение нужного места. И началась переброска людей.

Первым отправился Роланд. Если ему повезет, он застанет Злого Волшебника и парализует его, обезвредив таким образом. Тогда остальные будут в безопасности. Следующим переправился Добрый Волшебник с бутылкой целебной воды, которая могла спасти мисс Хамелеон, если она еще жива.

Бинк понимал, что если план удастся, у Трента не будет никаких шансов спастись. Люди могут казнить Злого Волшебника до того, как тот трансформирует Бинка, и тогда он навсегда останется фениксом. А мисс Хамелеон будет без всякой поддержки. И ответственность за все ляжет на плечи его собственного отца. Но неужели нет выхода из создавшегося положения?

Ладно, план может провалиться. Трент трансформирует Роланда и Хамфри Бинк станет человеком, но мисс Хамелеон умрет. Тоже никуда не годится. Существует еще один вариант: Трент успеет сбежать до появления Роланда. Тогда мисс Хамелеон выздоровеет, Трент спасет свою жизнь, но Бинк останется птицей.

Как ни крути, кто-то, кто Бинку дорог, пострадает. Если только Хамфри не умудрится уладить все каким-то образом. Но каким?

Один за другим исчезли Старейшины. Наступила очередь Бинка. Колдун сделал движение…

Первое, что увидел Бинк, — тело человека с волчьей головой. Вероятно, существо напало на Трента и было убито его звонким мечом. Сам Трент стоял недвижимо, будто сосредоточившись на заклинании. А мисс Хамелеон…

Бинк радостно бросился к ней. Она была здорова. Ужасная рана исчезла, но девушка была совершенно сбита с толку.

— Это Бинк, — сообщил ей Хамфри. — Он летал за помощью тебе. Успели как раз вовремя.

— О Бинк! — воскликнула она, подхватывая его на руки и прижимая к обнаженной груди. Будь Бинк сейчас человеком, такое обращение показалось бы ему восхитительным, но он был всего лишь птицей с нежным, пушистым хохолком. — Стань прежним!

— Боюсь, что лишь Трент может вернуть ему человеческий облик, — сказал Хамфри. — Но сначала Трент должен предстать перед судом.

И каков будет приговор этого суда? Почему Трент не убежал? Ведь у него была возможность.

Процедура была скорой и эффективной. Старейшины задавали вопросы парализованному Волшебнику, который, конечно, не мог ни отвечать на них, ни спорить, ни защищаться.

Хамфри приказал Мунли, заклинателю расстояний доставить сюда магическое зеркало. Птичьи мозги Бинка не слишком хорошо служили ему, но он прекрасно помнил, что заклинатель был церемониймейстером во время слушания его дела. Сейчас Мунли воспользовался своим талантом, чтобы мгновенно переместить зеркало из замка Доброго Волшебника. И оно тотчас появилось у него в руках. Мунли высоко поднял зеркало, чтобы все видели то, что там отражалось.

В зеркале было видно, как Трент с Бинком и мисс Хамелеон путешествовали по Ксанфу. Постепенно история прояснялась. Старейшины увидели, как трое путников помогали друг другу выжить в джунглях Когда в зеркале появился замок Ругна, все хором воскликнули, так как никто не знал, что это старинное полумифическое сооружение уцелело.

Потом зеркало рассказало, как они сражались с роем вихляков (что тоже вызвало восклицания), как в конце концов они сошлись в поединке, как Волшебница Ирис вмешалась в дуэль и — как Бинк занимался любовью с мисс Хамелеон. Зеркало не знало жалости Бинк одновременно ощутил и ярость, и смущение.

Цепь событий была явно не в пользу Трента, ведь зеркало не передавало речи и ее интонаций.

“На самом деле все было не совсем так, — пытался, но не мог сказать Бинк. — Трент прекрасный человек. Часто его рассуждения имеют глубокий смысл. Не пощади он меня и мисс Хамелеон, он мог бы завоевать Ксанф”.

Картина в зеркале замерла на последней сцене поединка. Трент ранил Бинка, приготовился нанести последний удар… и остановился.