Шепот в песках - Барбара Эрскин

Рядом с ними стояла Чарли – с напряженным лицом, со злыми глазами.

– Да, я тоже решила зайти. Глупая толстая Чарли заинтересовалась стариной.

– Стойте! – Рука Энди, словно клещами, сжала запястье Анны в тот самый миг, как она попыталась повернуться, чтобы уйти. Немного испуганная, она нахмурилась.

– Энди, прошу вас…

– Нет. Я пригласил вас посетить эту гробницу вместе со мной и сделал это вполне серьезно, если Чарли тоже хочет пойти, это ее дело. Билет у нее есть – точно такой же, как и у всех нас.

Лицо Чарли побагровело от ярости.

– Да, у меня есть билет, и я тоже пойду.

– Ради Бога. – Улыбка Энди, по крайне мере с виду, была так же любезна, как всегда.

Когда Анна оглянулась, Бена не оказалось рядом. Они углубились в темный коридор. Почти сразу Анна увидела посреди Омара с полудюжиной других пассажиров «Белой цапли», которые предпочли осматривать гробницы в сопровождении гида. Она с облегчением поспешила к ним, однако Энди упорно следовал за ней. Минут через двадцать, пока Омар рассказывал своим подопечным о погребальных камерах, саркофагах, «Книге мертвых» и «Книге врат», рабском труде и древних богах, из которых одни карали, другие вознаграждали египтянина за его земные дела, Анна, пользуясь темнотой, сумела удалиться от Энди и Чарли. К тому моменту, когда группа добралась до зала с колоннами, она уже окончательно потеряла их из виду.

Она уже шла назад, рассматривая великолепную роспись на потолке, когда внезапно кто-то схватил ее за руку.

– Что это за представление вы тут устраиваете? – прошипела Чарли с пылающими гневом глазами. – Вы же едва знакомы с ним! Чего ради вы все это делаете?

Анна с удивлением смотрела на нее.

– Делаю – что? Послушайте, Чарли, вы, видимо, что-то не так поняли, я не делаю ничего, даю вам слово.

– Вы поощряете его!

– Нет. Энди – добрый человек. Он увидел, что я здесь одна, вот он и старается, так сказать, поддержать меня морально. Точно так же, как и Бен. – Она помедлила долю секунды. – И Тоби. И ваша приятельница Серина. Вот и все. Они все очень милые люди, и я благодарна им за их доброту.

Она пошарила глазами вокруг, надеясь, что Энди где-нибудь поблизости, но не увидела его нигде, они с Чарли стояли посреди коридора, ведущего из глубины гробницы к свету, мимо них двигались в обоих направлениях многочисленные разноязыкие посетители. Кто-то слегка толкнул Анну, и она отступила в сторону.

– Мы стоим на самом пути, Чарли. Нам нужно продвигаться вместе с другими.

– Я так и собираюсь сделать. А вы можете проваливать!

Чарли проговорила это так зло, что Анна даже не нашлась, что ответить. Пока она какую-то секунду собиралась с мыслями, Чарли рванулась вперед и сразу же затерялась в целом море медленно движущихся голов и спин. Анна вздрогнула. Это нападение было таким стремительным и таким неожиданно агрессивным, что она просто не знала, что делать. Ее первым порывом было догнать Чарли, поспорить с ней, сказать что-нибудь в свою защиту; однако в то же самое время некая крохотная, праведно возмущенная частичка ее «я» нашептывала ей: не обращай внимания, общайся с Энди, как прежде, и пока ты находишь его привлекательным – а Анна вдруг поняла, что находит его чрезвычайно привлекательным, – пусть Чарли бесится, сколько ей угодно. Но это была лишь очень маленькая частичка ее «я». Все остальное жаждало мира.

3

О, не держи плененной душу мою.

О, не держи под стражей тень мою,

но пусть отворится путь для души моей

и тени моей,

и пусть узрят они Бога на священном троне

Его в День Судный…

Отвергнутые своими богами и избежавшие возмездия, два жреца спят во мраке своей гробницы. В жарком, сухом воздухе повис аромат кедрового масла, мирры и корицы. В склепе царит безмолвие. В вышине над утесом властвуют коршун и стервятник.

Вой шакала прорезает ночное небо, когда звезды начинают меркнуть и солнечный диск, совершив свое путешествие под землей, вновь всплывает над восточной пустыней. Во тьме время не имеет значения и формы.

На полке между колонной и стеною лежит, спрятанный, маленький флакончик, запечатанный кровью. Внутри него эликсир жизни, посвященный богам, освященный солнцем, густеет и чернеет.

Уставшие, покрытые пылью, они вернулись на пароход лишь поздним вечером. Один из членов команды, стоя в дверях холла, вручал каждому благоухающее горячее полотенце, целая стопка которых лежала на окутанном облачком пара металлическом подносе, затем путешественников напоили фруктовым соком и, наконец, раздали ключи от кают. Анна прошла к себе, не пытаясь выяснить где Энди и Чарли, вместе они или порознь. В автобусе она сидела сзади вместе с Джо, весьма благодарная напавшей на него дремоте за возможность не поддерживать разговор. Войдя в каюту, она бросила сумку на кровать и, чувствуя, что еле жива от усталости, начала раздеваться.

Она уже сбросила туфли и стягивала платье, когда вдруг замерла на половине движения. Все ее тело покрылось гусиной кожей. В каюте стало холодно, и на долю секунды Анну охватило чувство, что кто-то, стоящий совсем рядом, наблюдает за ней.

– Глупости. – Она произнесла это вслух, громко, глядя на себя в зеркало. Каюта была совсем маленькая – едва восемь на десять футов. В ванной мог поместиться только один человек. Там никого не могло быть. Анна толкнула ногой, дверь; она распахнулась, однако за ней были только душ, унитаз и вешалка со свежими полотенцами.

Внезапно взгляд Анны упал на ее чемодан, стоявший на шкафу. Его кто-то трогал? Со вздохом она покачала головой. Да нет, она просто очень устала. Ей просто показалось. И в каюте вовсе не холодно: напротив, пропитанное потом платье так и липло к разгоряченному от проведенного на солнце дня телу. Сняв, несколько раз энергично встряхнув его, Анна повесила его на дверь, затем распустила волосы и, убрав их с лица, шагнула под прохладные струи душа.

Когда она пришла в столовую, оказалось, что единственный незанятый стул за ее столом находится между Беном и Джо. Усаживаясь и сочувственно улыбаясь еще не совсем проснувшемуся Джо, Анна увидела, как Чарли продела свою руку под руку Энди и сжала ее с таким видом, будто она была ее собственностью.

– Ну как, вам понравился день первый? – шепотом поинтересовался Бен, наливая ей вина.

– Все просто чудесно! – ответила она с улыбкой и заметила, как он подмигнул. – Я очень быстро привыкла ко всему.

– Так и надо. Но сегодняшний день еще не окончен. Вы заметили доску объявлений при входе в столовую? Омар собирается после ужина устроить нам в салоне что-то вроде лекции, а в одиннадцать мы снимаемся с якоря, так что завтра, когда проснемся, будем плыть вверх по Нилу.