Оплот и Пустота - Павел Клименко

   Перед закрытой дверью покоя Хранителя столпились сразу восемь шияров. Усталые лица говорили о многочасовой схватке, одежда пребывала в жалком состоянии, на щеках виднелись кровоподтёки. Таранное бревно лежало у их ног, возле стены валялись тела двух степняков и одного стражника цитадели. Пол усеивали обломки стрел, сломанный лук и куски щита.

   При виде главы Виридов солдаты подобрались, в глазах их читалось уважение, сдобренное налётом опасения.

   Арид развернулся к переступающему с ноги на ногу шияру:

   - Вы выяснили их источники Оплота?

   - Мы не до конца уверены, но с ними два пса. Думаю, это они.

   Стылые сопротивлялись уже больше суток, отбивая периодические наскоки простых воинов, шияров - и даже умелого Вирида смогли одолеть. Это неминуемо вызывает уважение, но также приводит к крайнему измождению. Атаки они ожидают в любую минуту, но всё время в Оплоте не сидят - так и до смерти от перенапряжения недалеко.

   - Скольких вы хотите взять с собой? - угодливо прозвучал вопрос шияра.

   - Ни одного. Расчистите мне путь и не суйтесь.

   Двумя наклонами головы Арид аккуратно размял шею и потряс руками, освобождая их от напряжения. Сделал медленный вдох, и сознание рывком ухнуло в Уш-вир. В глазах закружились лилово-коричневые вихри, тело ощущалось буквально невесомым, каждое движение давалось с потрясающей лёгкостью. Мир вокруг стал вялотекущим, а действия готовящихся рядом шияров несуразно замедлились.

   Короткий кивок отправил заждавшихся воинов вперёд, и массивный таран с треском влетел в доски. Обитая бронзовыми полосками дверь верхнего покоя отличалась прочностью, но её засов легко исчез в туче обломков, а сама дубовая преграда, соскочив с петель, грохнулась в проём.

   Будучи настоящим Сыном Ветра, Арид ураганом ворвался в помещение, видя как соперники безнадёжно отстают со своим драгоценным Оплотом. Опустошённые долгими часами сражений, измотанные откатами Стылые не сразу среагировали на появление настолько серьёзной опасности. Двуручники начали медленно поворачиваться в сторону Арина, но это теперь не имело никакого значения.

   По комнате пронеслись серебристые росчерки, и два ножа впились в бока животных. Оба пса взвизгнули и закувыркались по каменному полу. Арид метнулся между врагами, на ходу высвобождая мечи из ножен. Парные клинки завращались сверкающей вьюгой, со звоном оттолкнули эспадон одного Стылого, потом другого, посыпались искры. Руки и ноги его перетекали из одного положения в другое подобно стремительному потоку огромного водопада. Скользнув вперёд и чуть в сторону, он перехватил одним мечом мучительно зарождающийся восходящий удар. Жёсткий взгляд его впился в глаза жертвы, и второй клинок на полтора пальца вошёл в бедро Стылого. Повторный удар перерезал сухожилия на этой же ноге, и солдат рухнул, окропляя пол кровью. Псы ещё дышали, поэтому малая часть сил Оплота пребывала с защитниками крепости. Приглушать боль они могли, но стоять с перерезанным сухожилием нельзя.

   Несмотря на частично усиленную реакцию, действия противника расплывались перед глазами второго Стылого смазанным пятном. Скорость врага не позволяла вовремя отбивать удары, не говоря уже о полноценной контратаке. Только бехтерец пока ещё спасал от мгновенной смерти. Призывая все возможные силы Оплота, командир Стылых попытался отчаянным приёмом "полумесяц" хотя бы задеть вёрткого соперника. Однако в том месте Вирида уже не было.

   Защитник крепости с трудом успел блокировать ответный выпад и в следующий миг почувствовал, как второй меч Арида врезался в правый бок. Доспех выдержал, но пластины и кольца разошлись. Стальной отблеск метнулся слева направо, лезвие влетело в то же место, и Стылый повалился навзничь, обильно разбрасывая вокруг алые капли. Глаза упёрлись в каменный полоток, кожа на лице ощутила освежающий ток воздуха из открытого окна, и командиру лучших бойцов Оплота стало легче. Лёжа на взмокшем полу, он ощущал как жизнь толчками покидает тело.

   Тем временем первый Стылый с перерезанным сухожилием умудрился встать. Тело его шаталось на одной ноге, вторая, с неестественно обвисшей стопой, выглядела куском старой тряпки. Он сделал два натужных прыжка к окну и прижался спиной к стене. Воин прекрасно понимал свою обречённость, в глазах проглядывали тоска, боль и усталость.

   Рывком стряхнув капли крови с мечей, Сын Ветра бросил тело вперёд и нырнул под неловко выставленный двуручник. Остриё его меча со скоростью стрелы вонзилось в живот соперника, пробив и бехтерец, и стёганку. Стылый склонился книзу и, выронив эспадон, заскользил рукой по мокрому от крови полу. Умер он не сразу, а после десяти секунд мелких судорог.

   С брезгливым выражением на лице Арид развернулся к последнему выжившему свидетелю драмы.

   - Что это ты не пытаешься спалить мне мозги, а, Хранитель? Силы подрастратил? Жаль, жаль. Я думаю, тебе будет интересно узнать, что вас предал один из Мастеров. Хотя не будем удивляться, предавать вас ещё Братья научили.

   Хранитель безмолвно замер у дальней стены и неотрывно глядел на пейзаж за окном. Сгущающийся вечерний сумрак обволакивал крыши зданий, мелкий дождь размывал очертания горизонта - мир казался потухшим, блёклым, неживым. Что есть вера, если она не помогает спокойно смотреть в лицо смерти?

   Металл сверкнул в свете трёх настенных факелов, Хранитель сдавленно охнул и уткнулся подбородком в грудь. Рот его широко открылся, и ему захотелось вдохнуть весь осенний воздух, какой только есть в северном крае. Собрав остатки сил, он поднял голову и уставился в окрашенные лилово-коричневыми бурями глаза своего убийцы. В следующую секунду ночь заполнила сознание изнутри, ноги подкосились, камни пола показались горячими.

   Беззвучно подойдя, Арид наклонился к самому уху ускользающего в бездну Хранителя и прошептал:

   - Передавай привет Ранду и Чейнишу от Фуро.

   Вернув сознание в русло привычного восприятия мира, глава Виридов вытер забрызганный кровью носок сапога о штаны старика и вышел в коридор.

   Сгрудившиеся у входа шияры глазели с нескрываемым восхищением.

   - Уберитесь тут, - сурово велел Арид. - Стылых похороните. Они держались до конца. Это достойно уважения... Знаете, почему многие из вас не могут стать Виридами? Вы слишком самоуверенны. Думаете, скорость и вёрткость Уш-вира дают неуязвимость? Это не так. Подумайте над этим.

   Каждый степняк мечтал стать шияром, а каждый шияр мечтал стать Виридом. Никто из них до конца не понимал, по какому принципу производится отбор, но ни один так и не осмелился спросить или поставить под сомнение выбор самого сильного бойца востока.