Мороз по коже - Roxanne01

от твоего секрета нам мало пользы, — прерывает меня Фрост.

На её лице читается разочарование. А оно опасно — может разрушить не только наш тандем, но и положить конец моему существованию. Пора применить ещё один козырь.

— Не сказал бы, — уверенно возражаю я. — Я знаю, кто такой Бэтмен.

Её интерес вспыхивает с новой силой. Она снова подаётся вперёд, а я продолжаю:

— Я знаю, где он скрывается, знаю его возможности, личности членов его команды, их слабости. И не только Бэтмена. Того же Супермена можно уложить на лопатки, если добыть немного криптонита. У Лекса Лютора было такое копьё.

— А это звучит интригующе, — признаёт Фрост. — Выпьем за это?

— Выпьем.

Мы вновь чокаемся. Выпиваем. Фрост доедает тирамису, а я — пирожное со взбитыми сливками. Потом я смотрю на свою подельницу. Она это замечает.

— В чём дело?

— Признаться честно, я думал, что ты больше удивишься, — тяну я. — А ты восприняла всё как норму.

— За нами наверняка уже охотится чувак в костюме летучей мыши, мы говорим о диктатуре другого чувака, который парит в небесах и стреляет лазером из глаз, а я управляю льдом, — перечисляет она. — Меня трудно удивить, Джон.

— Это точно, — хмыкаю я.

— Кто он такой?

— Бэтмен?

— Да.

— Брюс Уэйн.

— Вот же чёрт! — вырывается у Фрост, и это её первая настоящая реакция за весь разговор. Она откладывает десерт. — Мститель в маске днём косит под безбашенного бабника?

— Да, — подтверждаю я. — И Бэтмен действительно опасен. Во всех историях, которые я читал, он почти всегда побеждал.

— Он мета-человек?

— Нет.

— Уверен?

— Абсолютно. Его суперспособности — деньги и сила воли.

Я невольно оглядываюсь на тёмное окно. Вспоминаю страх перед мстителем.

— Слышал, что Свин говорил про Лигу Справедливости? Это правда?

— Не знаю, — признаюсь я. — Но Аманда порой сотрудничала с супергеройскими командами. С Бэтменом тоже была знакома, хотя их интересы часто не совпадали.

Фрост долго обдумывает мои слова.

— Откровенность в ответ на откровенность, — мрачно произносит она. — Я не смогу справиться с ними. С Лигой. У меня просто не хватит сил.

— Я знаю.

— Ты говорил о варианте, где я победила Супермена и устроила на Земле новый ледниковый период. Как мне это удалось?

— После того как ты победила Супермена в схватке, учёные из S.T.A.R. Labs схватили тебя и попытались использовать твои силы для борьбы с глобальным потеплением. Но они недооценили тебя. Ты вырвалась и заморозила всё западное полушарие.

— Учёные, — усмехается она с тенью мрачного сарказма. — Ты знаешь, как я стала такой, как есть?

— Знаю.

— Тогда ты понимаешь, что я не люблю своих бывших коллег, — холодно произносит она. Потом надолго замолкает, размышляя.

— Расскажи ещё о той истории с ледниковым периодом. Как я смогла стать сильнее? Я впитала силу Супермена? Или меня как-то усилили?

— Тебя держали в установке, — отвечаю я. — Внешне она была похожа на камеру Мистера Фриза. Ты знаешь его?

— Его знаю, — говорит она, её взгляд становится сосредоточенным. — Но наши силы отличаются. Фризу нужен холод, чтобы жить. Мне же нужно тепло.

Фрост делает паузу.

— И мне нужно стать сильнее, если мы не хотим попасть в руки Лиги или людей Аманды. Если Уоллер и правда мертва, то кто-то всё равно отдал приказ о ликвидации выживших членов отряда Икс. Ты что-нибудь знаешь об этом?

— Нет.

— Скверно, — мрачно заключает Фрост. — Но Свин говорил о ликвидации. Учитывая роскошь его жилища, предположу, что он сидел на подкорме не только у Пингвина. Тот прижимист.

— Думаешь, Рэнделл был связан с Амандой?

— Возможно. Такими как Свин легко управлять, — отвечает Фрост. — Но думаю, он был лишь исполнителем.

— Почему?

— Если бы он знал, какой ад будет в Аркхеме, то не кутил бы в своём пентхаусе, а следил за тем, чтобы его племянник туда не сунулся.

— Логично.

Наевшись, Фрост садится прямее, её мрачное выражение лица сменяется задумчивостью.

— Нужно подумать, как быть дальше, — тянет она, а потом указывает на стену, где висит новенькая плазма на полстены. — А пока включи телек, Джон. Интересно, попали ли мы в горячие новостные сводки?

Глава 6

— Неудобные откровения русской балерины, или кто заставил умолкнуть Анну Петрову? — громогласно объявляет с экрана ведущий, энергично жестикулируя. На нём ярко-алый пиджак и золотой галстук в синюю полоску, а за спиной мерцают огоньками шпилевидные высотки Готэма. Это Андре Найтгал, скандально известный гуру светских сплетен. Кто бы мог подумать, что Рэнделл интересовался такими шоу?

— Очередная пассия мультимиллиардера Брюса Уэйна отказалась от интервью для моей программы «Поговори» буквально в последний момент, — продолжает ведущий с нажимом. — Прямо сейчас она улетает на родину, в заснеженную Москву. Но, похоже, это не её выбор!

Кадр сменяется. Худая платиновая блондинка, кутаясь в белые меха, спешит скрыться от камер за спинами трёх громил с каменными лицами. Но бойкий репортёр всё же умудряется просунуть микрофон в узкий зазор между телами охранников.

— Анна, это Брюс Уэйн заставляет вас уехать? Вы ведь обещали рассказать «Поговори» его самый мрачный секрет!

— Без комментариев, — сухо отвечает она.

Её акцент неприятно режет слух. Я почти избавился от своего за этот год жизни в Готэме.

Мгновение — и репортёра резко отталкивают, он неловко врезается в камеру. Кадр едет, но оператор ухитряется устоять на ногах.

— Эй, дубина! Тут тебе не Красная площадь! — кричит репортёр вдогонку громиле-охраннику.

Но тот даже не оборачивается. Вместе с напарниками, невозмутимо игнорируя окрики и участившиеся вспышки фотокамер, он уводит Анну прочь.

Камера снова переключается на ведущего. Тот, привалившись к столу, повышает голос:

— Кто станет следующей избранницей самого завидного холостяка Готэма? Букмекеры в ажиотаже! Лидируют две очаровательные претендентки: владелица галереи современного искусства Селина Кайл, с которой Брюса Уэйна видели в элитном ресторане всего за пару дней до разрыва с Анной, и блистательная актриса Мишель Пфайффер. Напомню, она получила из его рук награду за роль Марты Уэйн в биографическом фильме «Жемчуг и пуля». На сцене химия между ними просто зашкаливала — и никакой «родственной близостью» там и не пахло!

Я невольно усмехаюсь.

— Что? — раздаётся за спиной голос Фрост.

— Забавно, — отвечаю я. — Они сравнивают Селину Кайл, Женщину-кошку, с актрисой, которая блистательно