Банковское дело - Ахсар Тавасиев

Таким образом, позицией аудиторов в отношении рассматриваемого здесь вопроса, похоже, больше никто не интересуется. Что остается в итоге? Остаются, во-первых, формальные нормы Закона “О банках и банковской деятельности” о том, что:

– устав банка должен содержать сведения о системе органов управления и органов внутреннего контроля, о порядке их образования и об их полномочиях (ст. 10);

– в банке должны работать известные органы управления (ст. 11.1);

– в случае создания, получения дополнительных лицензий и в некоторых других случаях банк должен представлять соответствующий бизнес-план (ст. 14);

– руководство банка должно удовлетворять определенным квалификационным требованиям (ст. 16) и т.п.

Во-вторых, остается необходимость выполнения обязательных нормативов (пруденциальных норм деятельности). Тольков этом пункте, пожалуй, и можно видеть позицию Центрального банка в отношении внутреннего управления коммерческими банками.

Здесь можно упомянуть также Указание ЦБ № 1379-У от 16.01.2004 г. “Об оценке финансовой устойчивости банка в целях признания ее достаточной для участия в системе страхования вкладов”. В данном документе, предназначение которого было – не пропустить в указанную систему “плохие” банки, содержатся несколько групп показателей, в том числе “группа показателей оценки качества управления банком, его операциями и рисками”. Фактически имеются в виду показатели:

• прозрачности структуры собственности банков;

• организации системы управления рисками;

• организации службы внутреннего контроля.

Разумеется, эти вопросы имеют прямое отношение к проблеме управления банками. В то же время очевидно, что они далеко не полностью охватывают данную проблему. К тому же методика балльной оценки указанных параметров деятельности банков, предложенная в названном Указании, является предельно формальной.

О позиции коммерческих банков

Сказанное ранее о качестве управления банковской деятельностью со стороны ЦБ РФ не надо понимать так, будто вся проблема только в нем. На деле значительная доля ответственности за сложившуюся в последние годы ситуацию в банковской сфере лежит на самих коммерческих банках. Уже в 1998 г. тезис о низком уровне управления банками собой как главной причине нарастания трудностей в банковском секторе России (в сочетании с крайне неблагоприятными причинами макроэкономического порядка) можно было считать общепризнанным. Однако этот тезис нуждался и нуждается в правильной содержательной расшифровке.

Кризис банковского управления в самом общем плане можно определить как неадекватность управления тем условиям, в которых банкам приходится действовать, задачам, которые реально стоят перед ними. Констатируя неэффективность управления, нельзя также механически распространять такую оценку на все банки. Тем не менее она была справедлива для большинства наших банков.

Однако важен не сам по себе тезис о недостаточной качественности банковского управления, а то, какие выводы из него делаются. После августа 1998 г. Центральный банк и его ТУ действительно обеспокоились создавшимся положением и стали принимать меры, отличавшиеся, как представляется, повышенным радикализмом, преследуя, очевидно, одну цель – искоренить плохое управление банками собой путем ликвидации самих банков, относимых к “плохим” (проблемных банков).

Но, во-первых, “плохой банк” – понятие во многом счетное; т.е. оценка зависит от того, как считать. Если под “плохим” понимать банк, либо не выполняющий определенные требования надзорного органа (например, в части достаточности капитала), даже если таковые требования не очень обоснованны, либо в течение определенного времени пребывающий в состоянии неплатежеспособности, независимо от того, чем именно она вызвана, – это один подход. Иной подход – если под “плохим” понимать банк, который никак не может стать “нормальным” из-за зависящих от него самого причин. В рамках первого подхода можно задать такие экономические нормативы или предписать банкам определять величину собственного капитала таким способом, что через считанные недели практически все они сами будут вынуждены закрыться. Следовательно, дело еще и в том, как государство “желает считать”, чего оно хочет, какие у него цели.

Во-вторых, неблагоприятные для функционирования банков и их управления причины макроэкономического порядка – это то, что входит в компетенцию и Банка России, который должен, в частности, разрабатывать и проводить в жизнь единую государственную денежно-кредитную политику и обеспечивать эффективное и бесперебойное функционирование системы расчетов и платежей в стране. Неплатежеспособность банков – это нередко не их вина, а их беда. Насколько убедительно – наказывать банки за то, что они тоже оказались жертвами эпидемии неплатежей, порожденной в основном самим же государством?

В-третьих, спору нет, лучше, если бы все наши банки были сильными и здоровыми. Но как они приобретут эти желанные качества? Неужели столь нехитрым способом, как “отсеивание” в соответствии с выбранными критериями всех “плохих” банков? А если завтра окажется, что и в оставшихся банках управление поставлено не так хорошо, как кажется сегодня, когда рядом есть еще худшие? Представляется, что решение вопроса в другом – надо работать с реальными банками и всеми возможными методами и средствами помогать им стать такими, какими хотелось бы их видеть – надежными, здоровыми, эффективными.

Очень важна реакция самих банков. После 1998 г. большинство из них пыталось и пытается принять доступные спасительные меры, и многим это удается. А какие меры необходимы на самом деле?

Два подхода к оценке качества управления банком

Прежде всего нужно попытаться ответить на следующий ключевой вопрос: на основании чего вообще (каких критериев) можно судить об уровне управления банком собственным функционированием и развитием?

На аналогичный вопрос в отношении Центрального банка можно коротко ответить так: управление со стороны ЦБ признается качественным, если оно: а) успешно реализует закрепленные за ним цели и задачи, обеспечивает прогрессивное развитие и укрепление банковской системы в целом; б) создает необходимые условия для того, чтобы каждая КО могла осознанно организовать собственное управление.

А что в этом плане должно быть положено в основу оценки качества управления отдельно взятого банка? Представляется, что здесь могут быть два принципиальных подхода (они не являются взаимоисключающими): опосредованный (косвенный) и непосредственно управленческий.

Первый подход. Как коммерческая организация банк должен преследовать известную цель – получение прибыли. Таким образом, если банк регулярно получает хорошую прибыль (здесь лучше судить по уровню рентабельности), то это свидетельствует о том, что управление в нем поставлено хорошо. Это важное, понятное и убедительное свидетельство, хотя и косвенное. Данный показатель качества банковского управления можно понимать как 1-й уровень целевого подхода к рассматриваемому вопросу.

Существует и 2-й уровень, более емкий, богатый по сравнению с первым и более информативный. Он правомерен потому, что в планах нормального банка на каждый текущий период обычно значится несколько целей, только одна из которых связана с прибылью (лишь банки-однодневки думают исключительно о прибыли). Такие цели могут касаться важнейших качественных и количественных параметров предстоящего развития банка – собственного капитала и его структуры, клиентуры и отношений с нею, источников привлечения ресурсов, направлений вложения средств, видов продуктов банка, финансовых технологий, технической базы банка, собственных организационных структур, отношений внутри коллектива и т.п.

Исходя из этого можно сформулировать более широкий косвенный критерий качества банковского управления: свидетельством хорошего управления банком можно считать успешное достижение им поставленной перед собой (своими подразделениями и работниками) совокупности целей деятельности. Предполагается (в рамках данного косвенного подхода иное допущение невозможно), что банк систематически занимается планированием своей текущей и перспективной деятельности, делает это профессионально и эффективно.

Однако рассматриваемый подход имеет определенные недостатки, что делает его применение ограниченным. Во-первых, в своеобразных условиях нашей страны между качеством банковского управления и прибыльностью его деятельности далеко не всегда можно обнаружить сколько-нибудь определенную связь. До 1995–1996 гг. это несоответствие было характерно практически для всех наших банков, а в дальнейшем – для “особо приближенных” к большим бюджетным и приравненным к ним деньгам банков и для банков, среди клиентов (они же учредители либо участники) которых – гиганты отечественной сырьевой и экспортоориентированной индустрии. Кроме того, указанная связь, даже если она и имела место, утрачивается с такой же регулярностью, с какой органы государственного управления на ходу, сюрпризом меняют условия налогообложения, рефинансирования, резервирования и многие другие “правила игры” с банками.