Упс! или Превратности ведьминой судьбы (СИ) - Екимова Наталья Викторовна

– Прости, но в моем сердце нет и следа даже симпатии. Без любви или привязанности строить такие отношения, согласись, глупо. Зачем создавать семью, чтобы вечно мучить друг друга? Разводов в Гиблой топи нет. Меня уже ничто и никто не сможет убить. Обряд так сильно изменит саму мою душу, что не останется и тени от прежней колдуньи Вианны.

– Зато ты снова сможешь создавать порталы и работать в полную силу в «Ветре странствий».

– Прости, Силент. Я благодарна за твою искренность, но не могу принять такой бесценный дар. Скажи мне, кто обратился к кому-то из твоей родни, чтобы наложили эти гадкие блоки на мои способности?

– Не знаю. Их было двое. Нам так и не удалось узнать о них ничего, кроме того, что они живут в Крайней Опаске. Мужчина и женщина. Могу сказать одно, что просто терпят друг друга, соблюдая правила приличия исключительно напоказ. Они щедро заплатили моей матери. Та не стала модничать, узнав, что эта ловушка для тебя. Она сделала всё так, что станешь снова могучей портальщицей сразу, как станешь моей супругой.

Мне стало грустно. Правда дала слишком мало ниточек, чтобы обнаружить моих главных недругов, вырвать у них ядовитые жала и потом ещё и примерно наказать.

– Я не буду настаивать, чтобы тебя непременно бросили в темницу Ковена. Ты такая же жертва обстоятельств, как и я. Кора поможет тебе найти дочь Гиблой топи. С ней гарантированно проживёшь счастливую вечность. Только возьму с тебя нерушимую клятву, что ваше семейство не станет резвиться на территории нашего королевства.

Над головой низшего вампира вспыхнула рубиновая руна Обета. Потом Кора запела, воздев руки в небеса, где сегодня не сияла янтарная монетка ночного солнца. Её голос то взлетал до неприятного фальцета, то падал до неразборчивого, как шорохи ночного ветра, бормотания.

Когда последний звук истаял среди бархатной тьмы, рядом с алтарной плитой протаяла стройная женская фигура. Я с удивлением увидела совсем ещё юную болотную деву. Та могла бы быть моим отражением в серебряном зеркале. Теперь поняла, какую злую шутку судьба чуть не сыграла с бедолагой Силентом. Женившись на мне он, непременно встретил бы Дарлу, но их судьбы уже никогда не смогли бы быть скручены в одну нить.

Девушка обвела нас всех благодарным взглядом, освободила своего суженого и, обняв за шею, пылко поцеловала. Потом они тихо растаяли, растворившись точно морок на болоте. Моё чутьё тут же подсказало, что всем нам зачтётся. Заварившая мерзкую кашу с утратой мной дара парочка просто хотела использовать низшего вампира в своих грязных играх в качестве разменной монеты.

Потом два часа ушло на то, чтобы замкнуть ритуал. Нам были совершенно не нужны новые осложнения. До рассвета оставалось часа три, поэтому в обществе некромантов, мужчины отказались оставлять меня без присмотра, переместилась в собственный дом. Меня тут же отправили отдыхать, а сами стерегли мой покой до тех пор, пока не взошло солнце.

Утро началось с того, что злой, как тысяча бесов и одна болотная ведьма в одном флаконе, гном принёс к нам в офис неведомого зверя. Создание было странной помесью летучей мыши и волка и зло щерило на своего обидчика острые иглы мелких зубов.

Луйлинн пискнула от восторга и промурлыкала:

– Держи сналса крепче! Пока я не свяжу его колдовской клятвой, он может быть опасен. Кто ж настолько туп, что решил подслушивать и подглядывать за нами с помощью дикого полуразумного демона из Гиблой топи? Хотела бы я посмотреть на этого идиота! Явно не шибко умный колдун или ведьма-недоучка!

Несчастный пленник испуганно пискнул, увидев сразу двух дровских альбиносов. Они, мало того, что были сильными ведьмой и колдуном, так ещё и супружеской парой. Только все попытки бедняги вырваться на волю так ни к чему и не привели. Рыжебородый боевой маг из подгорных гномов со всякой нечистью особо миндальничать не привык. Поэтому пленнику досталось по полной программе:

– Не рыпайся, пакость такая! Не то я быстро тебе повышибаю все зубы до единого! Жаль, ты не рогат, – несчастный испуганно хрюкнул и прикрыл чуть не вылезшие из орбит янтарные глазищи. – Ишь, тоже мне нашёлся, ужас, летящий на крыльях ночи! – и обидно щёлкнул бедолагу прямо по влажной пуговке носа.

Глава 16

Луйлинн что-то забормотала себе под нос. Дровка полностью завладела вниманием незадачливого шпиона. Топяной бес, прекрасно понимал, что вот она и окончилась, его сладкая вольная жизнь. Он попытался с отчаянием утопающего вырваться на свободу. Только и гном Тар был тоже не лыком шит. Поэтому ничего толкового у болотной нечисти так и не вышло. Потом уже стало слишком поздно пытаться что-либо изменить.

– Я связываю наши пути в один кровью наследницы дровского Дома Таулланн, моей колдовской силой и Великим договором, расторгнуть его не позволит и смерть одного из нас! Ты будешь служить моей старшей дочери также верно, как и мне, Асим, – рубиновая руна подтвердила, что эта нечисть обзавелась могущественной хозяйкой из дровского рода Таулланн. Стала фамильяром, хоть и помимо своей воли. – Всё, Тар, отпускай. Буду знакомить вас всех с моим новым колдовским помощником. Может, ещё и что-то узнаем. Если не про наших недругов, то про кого-то, кто с ними связан тёмными делишками. Да, Асим, все мои помощники должны пользоваться голосом, дарованным от рождения. Ты ведь не хочешь, чтобы тебя все сочли слабоумным или кем похуже?

– Нет, – прохныкала несчастная жертва бессердечного ведьминого произвола. – Госпожа, зачем ты так со мной? Мне нравилось быть на воле, – огромная слеза вытекла из левого глаза и повисла на пуговке носа.

Правда, сорваться вниз сверкающей капельке колдунья не позволила. Дровка подставила серебряную чашу, а потом накапала что-то из нескольких флаконов и налила воды. После позвала всех и прошипела:

– Внимательно следите и запоминайте. Эх, жаль, что не успела пополнить запас записывающих колдовских кристаллов, – женщина была так расстроена, что готова от отчаяния начать рвать серебристо-белые, но не седые волосы, не только на голове у мужа, но и на своей собственной.

– Сказала бы сразу, что они тебе нужны, – Дориан отлучился к собственному рабочему столу и извлёк из тайника шкатулку. Открыл. – Бери больше. Пустые оставишь себе. Завтра ещё подкуплю в «Счастливой подкове». Эти оказались самые лучшие. Фиалка своё дело знает. Толковая ведьма. Даром, что эльфийская.

– Тинн, кинь тимлур. Надо точно знать, когда искать истину в слезе беса.

Дровские руны показали, что как можно скорее. Пока странные чары, наложенные на приручённую нечисть, не разрушили память ценной добычи. Чтобы не упустить ничего важного из вида, пришлось поторапливаться и пустить в ход все доступные уловки. Даже те, что были не совсем законны.

Например, гляделки в прошлое, что одновременно проводят тёмно-эльфийский и человеческий некроманты с помощью заклинаний. Те способны вызвать рябь в самой ткани бытия. Только дровские альбиносы сумели своими чарами не дать негативным последствиям нарушить плавное течение естественного хода событий.

Совсем не ожидала, что даже в уже ушедшем состоянии чары, наложенные на несчастного Асима, попытаются затянуть меня сквозь время в прошлое, но так, чтобы я навеки затерялась между мгновениями. Увы, тут мои недоброжелатели сами себя перехитрили. Мой дар крепко заснул, поэтому их подлая интрига так ничем и не увенчалась.

Потом в зеркале вод из подземного дровского источника проступили туманные контуры. Кристаллы были полностью активированы. Каждый поток информации записывался только на одну грань. Если бы две «реки событий» накладывались, разобрать что-нибудь было уже невозможно никакими методами.

Пришла в себя от особо неприятного запаха нюхательной соли и увидела встревоженную Лору. Подруга даже не стала скрывать облегчения, когда я, наконец-то, открыла глаза:

– Когда мы узнаем, кто заварил эту кашу, Кринн обещал, что так их ославит, что им и в Гиблой топи не найдётся норы, чтобы скрыться от заслуженной кары! Кстати, Силент подал какую-то очень стоящую идею Луйлинн и Тинну. Они втроём что-то такое наколдовали, но что именно, никто из нас так и не понял.