Упс! или Превратности ведьминой судьбы (СИ) - Екимова Наталья Викторовна

С детства я терпеть не могла, когда меня видели слабой, больной или попавшей в ситуацию, из которой так и не удалось с ходу найти выход. Поэтому просто удалилась в свою мастерскую и принялась за работу. Мои сотрудники, да и я сама, не должны были пострадать даже из-за таких жестоких и бессердечных козней.

До самого утра, как заведённая, делала амулеты и заготовки, что, благодаря особым талантам ведьмы-портальщицы, могла сделать рабочими, связав часть собственной колдовской энергии. За час до рассвета услышала вкрадчивый шёпот Силента:

– Виа, ты пала жертвой зависти и злобы. Идём со мной. Тогда твой талант снова будет с тобой. Я даже могу сделать его ещё сильнее.

– Если это с твоей подачи со мной произошло такое несчастье, ты пожалеешь, что вообще однажды встретил меня! Убирайся! Я лучше стану обычной зельеваркой, чем супругой такого существа, как ты! Не мешай мне! Пошёл прочь!

– Как только лишишься своего чудного таланта, все сразу отвернутся от тебя, Виа. Ты готова прозябать в нищете и безвестности исключительно по вине собственной гордыни и глупости?

– Это не то, что ты думаешь. Лучше я буду одна, как многие мои коллеги по колдовскому цеху. Не хочу уплатить за возможность и дальше драть нос такую страшную цену, как брак с низшим вампиром или оборотнем из Гиблой топи. Уходи. Нам не о чем говорить, – кровосос хотел ещё что-то сказать, но рассвет заставил его вернуться в свой замок.

Почувствовала, что полностью обессилела, выпила восстанавливающий колдовской запас отвар и успокоительное и, прижавшись щекой к сложенным на столешнице рукам, задремала. Видимо, коллеги решили, что справятся и без моей помощи. Поэтому будить меня никто не стал.

Ринн осторожно поднял меня на руки и, открыв портал с помощью возвратного амулета, перенёс в мою гостиную. Дориан разобрал гостевой диван, принёс для себя подушку и одеяло. Меня максимально комфортно устроили на отдых. Сами же присели в кресла у журнального столика, собираясь беречь мой покой. Попутно обсуждали собственные идеи по поводу того, как можно ослабить эффект потери портального могущества, а то и вовсе остановить процесс.

– Даже не знаю, у кого могло хватить подлости на такую мерзкую проделку, – магистр Грэй не скрывал того, насколько он возмущён происходящим прямо у них на глазах безобразием.

– Это не магия, значит, сама Мартра тут точно не у дел.

– Эта корова сильно завидует Виа. Она могла заплатить ведьме или проклятийнице за проведение ритуала или наложение чар.

– Когда я найду тех, кто в этом виновен… – выражение глаз дровского некроманта потрясло Дориана, но он был не в меньшем гневе. – Она никому не сделала ничего такого, чтобы ей можно было так жестоко и мерзко отомстить.

Я проспала до позднего утра следующего дня. Проснувшись, рассказала про Силента. Что вампир предлагал свою помощь, пытаясь не мытьём, так катаньем, добиться своей заветной цели.

– Могу сказать только одно. Он знает, кто меня так «одарил», но никогда не скажет и больше не даст себя поймать.

– Конечно, ведь это совсем не в его интересах, – дроу совсем не считал вампира глупцом.

– Луйлинн и Тинн что-то раскопали?

– Да, Виа. Всё не так мрачно, как мы поначалу опасались. Эта гадость не убивает твой дар, а просто в итоге приведёт к его полной блокировке. Если есть такое плетение, то можно попытаться найти способ снять барьер. Либо того, кто сможет это сделать. Потому что сам и наложил на тебя. Будет лучше, если этот негодяй не попадёт нам с Дорианом в руки. Иначе, боюсь, до суда он попросту не доживёт, – блондин многозначительно хрустнул пальцами, а его коллега поднёс к моим губам чашку с укрепляющим и бодрящим настоем из своих запасов.

Моё чутьё шевельнулось беспокойной кошкой. Поэтому я поспешила озвучить свою догадку:

– Мартра как-то связана со всем этим, но не напрямую. Боюсь, через неё мы мало что сможем узнать.

– В арсенале магии смерти достаточно следящих и вытягивающих правду заклинаний. Если простое наблюдение не даст так необходимых нам сейчас ответов, я без зазрения совести пущу их в ход, – выражение глаз Ринна и Дориана мне откровенно не понравилось.

Время работало против нас. Силент ещё несколько раз приходил. Видимо, пытался заставить меня покориться его воле до тех пор, пока я ещё могу быть ему полезна, благодаря уникальному таланту. Только все его потуги так ничем и не окончились. В сердцах он прошипел, смачно сплюнув на пол:

– Глупая девка! Вот что тебе стоит смириться с неизбежным и остаться собой?

И тут на меня наскочила вредность и я, пропела, кружась по своей мастерской:

– Я хочу остаться собой,

Просто остаться собой,

Под дверью моей не стой!

Ты – вовсе не мой герой! – и невесело рассмеялась.

Только в нашем роду ведьмы сами справлялись со всеми возникающими проблемами. Дарить себя кровососу из Гиблой топи в мои планы никогда не входило. Потом, пока мой талант совсем не угас, занялась текущими делами. Мне удалось сделать многое за этот месяц. Так что ни мы, ни наши заказчики, сильно не пострадаем из-за того, что кто-то так сильно позавидовал, что лишил редкой способности. Возможно, даже навсегда. Только уныние никогда не было моей сильной чертой.

Было жутко ощущать, как последняя капля портальных чар перетекает в серебряный амулет в виде совы. Его и повесила на шею, заговорив от порчи, кражи и потери. Именно он мог помочь воскресить на совесть заблокированный дар, если мы найдём того, кто подложил мне такую роскошную свинью.

Кто-то тут же растрезвонил, что наглую ведьму Вианну Флёр сами боги лишили своей милости за то, что безмерно возгордилась. Откуда росли ноги у этих сплетен, угадать было невозможно. «Ветру странствий» завидовали многие. Такой крепко стоящий на ногах колдовской конкурент не нужен был никому.

Когда, возвращалась после обеденного перерыва в офис, встретила магистра Тирэлля. Была неприятно удивлена, что Главный некромант и совладелец «Кровавой полночи» просто сделал вид, что мы не знакомы. Рядом с ним скользила ещё совсем молоденькая эльфийка. Девушка самодовольно улыбалась спутнику и явно строила какие-то свои планы на их совместное будущее.

– Добрый день, Лииннэлль, – вежливо поздоровалась я, но парочка попросту проигнорировала меня.

До моего слуха донеслись жаркие извинения тут же утратившего ко мне и тень интереса бывшего воздыхателя:

– Тисиэль, как ты могла так плохо подумать обо мне? У меня нечего не было с этой человеческой колдуньей. Просто одно время она была сотрудницей «Кровавой полночи» и с треском вылетела оттуда за мерзкий и неуживчивый характер и беспросветную наглость.

В какой-то степени даже была благодарна судьбе за эту встречу. Когда мои способности снова будут при мне, а в этом я, отчего-то, ни капельки не сомневалась, все такие «липовые женишки» уже не смогут задурить мне голову. Не доверять же своему чутью у меня не было ни малейшего повода. Поэтому вернулась в офис и занялась разбором заказов.

Луйлинн сразу почуяла грустные перемены во мне и прошептала:

– Мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы вернуть тебе украденные способности. Как и найти и наказать того, кто виноват в этом.

– Спасибо, Линн, – мы понимали друг друга уже практически без слов, поэтому не было смысла зря сотрясать воздух трескучими словами.

За день ничего необычного не произошло, а вечером явился Силент и принялся насмехаться:

– Глупая ведьма, ты больше никого не заинтересуешь! Твоё единственное богатство состояло в портальном даре!

– Шёл бы ты, котик, лесом. Такие неприятности нередко случаются с теми, кто несёт в крови редкие способности. Только это ещё не повод прыгать в постель к первому встречному! Пошёл прочь, неудачник! Я – ведьма, а не девица лёгкого поведения! Убирайся!

Тут вампир из Гиблой топи был вынужден ретироваться. На отношении ко мне со стороны Ринна и Дориана утрата портального дара никак не сказалась. Да и сотрудники, не сговариваясь, поддерживали меня морально, как могли. Вместе старались найти лазейку из темницы для моих необычных способностей.