Упс! или Превратности ведьминой судьбы (СИ) - Екимова Наталья Викторовна

Потом в дело вступили Луррия и Кордин. Оказывается, глава именно этого рода высших вампиров был в близком родстве с повелителем Гиблой топи Дульнирром.

По моему телу пробежала волна такой боли, что у меня чуть искры из глаз не посыпались. Только Рассерр напрасно праздновал победу. Бывшая супруга Кээра быстро избавила меня от мучений с помощью целительной силы, что получила после перерождения. В голове пульсировал голос моей богини:

– Вианна, с твоих губ не должно сорваться ни одного звука. Иначе я не смогу спасти тебя от гибели.

– Вы все пожалеете! – злобно шипел призрак, прекрасно понимая, что оказался в меньшинстве и не сможет противостоять нам.

Меня корчило и ломало, точно я была молодым деревцем, угодившим в свирепую зимнюю бурю. Они нередко случались в нашем королевстве. Каждый вздох давался с таким трудом, точно мне на грудь положили гранитную могильную плиту. Я боролась с отчаянием утопающего, цепляющегося за тоненькую веточку, что вот-вот обломится.

Слышала, как Старейшая Ишвар и Гренда сплетают в сложный узор чар две песни без слов. Дульнирр отбивал дробный завораживающий ритм на небольшом барабане, изготовленном из особым образом высушенной болотной тыквы. Резкие звуки удивительным образом оттеняли голоса его дочери и оркской шаманки.

Эпилог

Гариййя выкрикивала отрывистые фразы из одного только слова. Каждое врезалось в бесплотное тело её бывшего жениха точно калёная стрела в трепещущую плоть воина, идущего на приступ замковых врат. Мстить болотная дева не собиралась. Лишь хотела вернуть украденную у неё жизнь.

Луррия и её супруг принялись отбивать левой рукой два ритма на поверхности алтарной плиты, опустившись на одно колено и опираясь на правую кисть, и читать молитвы. Священная Мать Воды молча стояла рядом, распространяя вокруг себя благодать. Как подсказало мне ведьмино чутьё, только эта сила и не давала мне развоплотиться, как того хотел бессердечный Рассерр.

Проводить ритуал пришлось до самого рассвета. Мне было так больно и холодно, что боялась или закричать, или потерять сознание. Показать собственную слабость не имела права. Лишь сила воли, которую с юности пестовала и растила любая уважающая себя колдунья, не давала мне сломаться и прекратить борьбу. Про себя рассмеялась, что больше всего на свете мне хочется по волоску выдрать блондинистую шевелюру на глупой голове пленённого нами болотного духа.

Вынырнув в очередной раз из полубеспамятства, поймала встревоженные взгляды Гренды и Старейшей Ишвар и слабо улыбнулась. Сдаваться я не собиралась. Тем более такому ничтожеству, как Рассерр.

Тут раздался неприятный звук. Точно лопнула чересчур сильно натянутая струна на арфе. Всё у меня перед глазами померкло. Я начала оседать на алтарную плиту, теряя сознание. Только упасть мне не дали: Дульнирр умудрился вовремя подхватить и меня, и остальных двух женщин. Им тоже пришлось несладко в противоборстве со старинным врагом.

Луррия строго сказала мне:

– Потерпи ещё чуть-чуть, Вианна, – она что-то пропела, и я скорее почувствовала, чем увидела, как открылся первый золотой «Замочек Мрака».

Потом он покинул мою душу и оказался защелкнутым на нашем пленнике. Рассерр гневно сверкал потемневшими от осознания собственного провала почти до черноты глазами. Слабость покинула нас всех. Луйлинн привела брата и Дориана сразу же, как опасность миновала.

Мы провели два брачных ритуала перед ликом нашей богини, и я с удивлением увидела, что рука Гариййи стала снова тёплой и плотной. В голосе болотной девы звучала ничем незамутнённая радость:

– Спасибо вам всем. Без вас я никогда не смогла бы вернуть то, что у меня было украдено обманом.

Повелитель Гиблой топи поздравил нас и строго посмотрел на старшую дочь:

– Есть одна тонкость, девочка моя. Ты не сможешь создать семью без нашего с твоей матерью разрешения! Тебе запрещено покидать границы этих земель и колдовать! Слишком уж опасна оказалась твоя волшба для многих! Возвращайся домой и займись делом, что пристало девице на выданье, – пришлось сестре Гренды исполнить волю отца немедленно.

Тело Рассерра с перекошенным от злобы лицом стало сжиматься до тех пор, пока не превратилось в небольшой зелёный болотный огонёк. Поверженный беспокойный призрак отправился в путешествие в один конец, чтобы уплатить виру, которую назначили боги. Ему предстояло родиться хилым орком без особых способностей.

Нам тут тоже больше делать было нечего. Поэтому сразу вернулись в Крайнюю Опаску и зажили так, как давно мечтали. Недовольным остался лишь Габриэль Ин`Лурр. Только винить ему было некого, кроме себя самого.