Мне всегда будет 44 - Ляйсан Юнусова

школе. Можно поехать в автобусный тур по Европе – увидеть Париж, Реймс, Вену, Амстердам… Я рассказываю, какой вкусный кофе можно попить в кафе на автобусных стоянках. Рассказываю, какие красивые места можно увидеть, проезжая из одного города в другой. Какие восхитительные гиацинты растут на итальянских виллах. Рассказываю, рассказываю… И границы нашей кухни расширяются, раздвигаются стены. Белый потолок сменяет голубое солнечное небо.

– А тебе не страшно куда-нибудь ехать после того, что случилось? – внезапно спрашивает меня подруга.

– Мне страшно больше никуда не поехать, – отвечаю я, собирая со стола фотографии.

Глава 19. До. 1985–1995 годы

– Флора, пусть они нарисуют твой портрет, – просит Альфред, и она легко соглашается.

Они стоят на Карловом мосту, в центре Праги, зачарованные красотой города, пронизанного волшебством. Братская Чехословакия открылась Флоре с Альфредом, как сказочная страна со всеми ее чудесами. Они часами бродят среди готических строений, глядя на их волшебные шпили, заходят внутрь, задирая головы, разглядывая внутреннее убранство и непривычную архитектуру, ходят по вымощенным брусчаткой улицам, несколько раз в день проходя по мосту, облюбованному художниками и воспетому писателями. Они смеются, вспоминая фразу Гашека из «Похождений бравого солдата Швейка» «Карлов мост они миновали в полном молчании», обедают в кафе «У Швейка», отдавая дань уважения местной кухне. Флоре пришлось признать, что она тоже и сытная, и вкусная. Особенно ее впечатляет суп в хлебе, заказанный Альфредом. Выпеченный в форме горшка черный хлеб внутри содержит сытную похлебку, при этом не разваливаясь и на рассыпаясь. Что бы я могла этому противопоставить, или взять из этого, думает она машинально, оценивая состав и аромат каждого блюда. Разве что пельмени в горшочке?

В муку (триста грамм) добавить сто миллилитров воды, два яйца, одну столовую ложку соли и замесить тесто. Выдержать до набухания клейковииы. Затем готовое тесто раскатать в пласт толщиной в два миллиметра. Край раскатанного теста щириной в пять миллиметров смазать яйцом. На середину смазанной полосы (вдоль нее) выложить рядами шарики их фарша, затем вырезать круги и сформировать пельмени. Затем нарезать и обжарить шампиньоны. Пельмени отварить до полуготовности. Положить в горшочки часть жареных грибов, затем отваренные пельмени, оставшуюся часть грибов, полить все сметаной и запечь в духовке.

Они запивают сочные шпикачки темной «Крушовицей» и наслаждаясь вкусом этой весны, ежедневно заглядывая в гости к бравому солдату. Швейк тут повсюду. Его можно встретить везде: на улице, в ресторанах, в пивных, кофейнях. «Как же велика сила писателя, – размышляет Флора, – он сумел сделать вымышленного литературного героя символом многовекового города. Интересно, а какой персонаж символичен для Казани? Неужели, Тукаевский Шурале? Хотя, кажется, на эту роль претендует Белый барс из татарских легенд». Она улыбается своим нелепым мыслям, и с наслаждением вдыхает аромат цветущих большими розовыми цветами деревьев. Здесь вовсю царит весна, и на душе у Флоры тоже – оно чувствует себя обновленной, юной, возродившейся к новой жизни, полной впечатлений и новых открытий. Для нее не просто открылись границы, отодвинулся горизонт – мир стал шире и ярче.

«Мы все – жители одного Земного шара, голубой планеты Земля, – размышляет Альфред. – и так странно, что можно прожить жизнь, даже не увидев ее красоты». За все эти дни он ни разу не заговорил о делах и не пил ничего крепче пива. Он окунулся в эти каникулы с головой и был счастлив.

Флора же рада, что сумела вырвать мужа из его привычного мира работы и загулов, рада, что может показать ему другую жизнь и другие ценности. Они не отказываются ни от каких экскурсий – ни по городу, ни по стране. Каждый день их наполнен чем-то новым, прекрасным. Они открывают для себя новый мир, столь отличный от их повседневного окружения.

– Вот, где я хотел бы провести старость, – тихо говорит Альфред, любуясь открывшейся панорамой: старинный замок, нависший над тихой водой. Окружающий его городок тоже тих и тоже очаровывает своей сказочной красотой.

«Не здесь ли снимали «Сказку странствий?» – думает Флора, тоже зачарованная видом Чешского Крумлова. Они странно притихают, задумавшись каждый о своем – так подействовала на них открытая ими иллюстрация к сказке.

Следующим сказочным городком стали Карловы Вары, в минеральных водах которых так любили омолаживаться номенклатурные жены. Яркий и разноцветный, как с картинки, городок очаровал их по-особому. Они неспешно прошлись по его улочкам, попили кофе в кафе с неизменным Швейком у входа, заглянули в сувенирные лавочки. Здесь было оживленно, толпы туристов и отдыхающих со всего мира наслаждались весенним днем в антураже веселого городка. «Я сюда обязательно вернусь, – мысли Флоры устремлены в будущее. – Стану почтенной матроной и буду ездить сюда на воды. И маму обязательно свожу».

Каждый день мир открывал им новую страницу, обогащая их внутренний мир, каждый день он расширялся на еще одну перспективу, раздвигая горизонты.

Эта поездка положила начало их совместным путешествиям, сближавшим их, как свадебные путешествия сближают молодоженов, связывая их крепкими узами общих впечатлений, окрашивая отношения в новые тона, на которых щедрыми мазками ложились фрагменты зданий, пейзажей, мостов, улиц…

Домой они возвращались, щедро нагруженные сувенирами для всех друзей и родных, а на их кухонном холодильнике появлялся еще один красочный магнитик. «Куда в следующий раз?» весело планировали они, долго смакуя впечатления от поездки.

Отдельным удовольствием было рассказывать близким о подробностях путешествия, удивляя и восхищая их интересными деталями. Отдельным – уже пролонгированным удовольствием было доставать и разглядывать тоскливыми вечерами фотографии, возвращаясь душой к счастливым дням. И теперь они чувствовали себя частью большого мира, людьми планеты Земля, а не отдельного – пусть и прекрасного города. И Флора еще более уверенно шагала из одного дня в другой, неся в своем внутреннем багаже сотни светлых воспоминаний.

– Ну что, вернулись, путешественники? – звонок Альфии застал Флору за разбиранием чемодана.

– Еще даже вещи не постирала, они еще хранят запах странствий, – радостно ответила она. – Вы как?

– Мы держали город в порядке, – отшутилась та в ответ. – Ждем вас сегодня в гости, не терпится получить подарки.

Вечер получился оживленным, мужчины соскучились по беседам о работе, а женщины – по обществу друг друга. Дети еще оставались у бабушки с дедушкой, забирать их планировали завтра, и взрослые пока продолжали чувствовать себя в отпуске от привычных забот.

– А у нас на работе перемены, – рассказывала Альфия последние новости. – Журнал переименовали в «Татарстан». И у него сменился редактор.

– Но ты продолжаешь в нем работать? – спросила в ответ Флора.

– Пока да, но планирую перейти в нашу центральную газету,