Перерожденный грех (ЛП) - Ларисса Айон

— Может, я просто ради удовольствия убил назойливого суккуба. — Его слова были грубыми, но, когда Кон приподнял полотенце, чтобы проверить рану на ноге, действовал пальцами очень нежно.

— Надеюсь, что сначала ты доставил ей кучу оргазмов с прелюдией, — Кон фыркнул, но не стал вдаваться в подробности о времени, проведенном с Церцерис.

Поняв, что не дождется рассказа, Син принялась изучать внутреннюю обстановку скорой помощи: шкафчики, скамейки и рабочее место в передней части машины, напоминающее миниатюрную химическую лабораторию по смешиванию препаратов.

— Итак, как вампир справляется с подобной работой? Разве вид и запах крови не пробуждает твой голод?

— Разве после того, как ты наешься за ужином в день Благодарения, тебе захочется бутерброд?

Это была шутка. Она не отмечала день Благодарения со смерти своих бабушки и дедушки. Но неожиданно ей захотелось индейки, мясного пирога и домашних булочек.

Она давно запретила себе поддаваться ностальгии, но сейчас та наполнила ее теплом, которое Син испытывала, когда их семья собиралась за ветхим, старым праздничным столом.

В детстве Син представляла, как в будущем она со своим мужем и детьми и с семьей дяди Лорена будут собираться по праздникам у дедушки с бабушкой.

Сейчас она понимала, что все это было лишь детскими мечтами. Син безжалостно сжала руку, позволяя боли вернуть ее обратно в настоящее, в котором она никогда не отмечает глупые сентиментальные праздники.

— Нет, я не испытываю голода после обильного ужина, но… О, так ты питаешься перед своей сменой?

— И вовремя тоже. Мы держим закуски в холодильнике. Так делают все медики в зависимости от их вида. Я работал с одним напарником, который всю смену обгладывал кости.

Отвратительно.

— А что если вопрос не только в диете? Вдруг, это что-то другое?

— Что, например? Потребность убивать или стремление поглощать боль?

Она пожала плечами.

— Или трахнуться.

Кон приподнял одну светлую бровь.

— Виды, которые бесконтрольно убивают, не могут быть медиками, но у нас работал парень, питавшийся чужой болью. Это была для него идеальная работа, пока он не решил, что предпочитает не облегчать пациентам боль. Что касается секса… не знаю. Думаю, все зависит от породы инкуба или суккуба. В течение короткой смены Тень прекрасно справляется. А почему ты спрашиваешь? Планируешь подписать контракт? Потому что, могу поспорить, тебе не составит труда найти партнера, который мог бы, э… помогать тебе во время смены.

О, подобный разговор с Тенью, отвечающим за набор персонала, наверное, будет забавным.

— Спасибо, но у меня уже есть работа.

Кон покачал головой, потом открутил крышку бутылки с какой-то жидкостью, смочил тампон и приложил к порезу.

— Это коагулянт Призрака, произведенный из слюны вампира. Самое эффективное средство для ран сверхъестественного происхождения. Он куда лучше любых лекарств, придуманных людьми.

— Фу!

— Ты предпочитаешь, чтобы я тебя облизал? — опасный, знойный тон его голоса обволакивал ее словно шелковая лента.

И как на это ответить? Потому что и «да», и «нет» будут одновременно и правдой, и ложью. Наконец ей удалось выдавить хриплое «нет» и понадеяться, что для него ответ прозвучал более убедительно, чем для нее самой. Син откашлялась и сменила тему:

— Слушай, ты можешь поторопиться? Мне нужно вернуться в логово убийц.

Кон оглядел ее веселым, бескомпромиссным взглядом, как будто она не имела абсолютно никаких прав распоряжаться своим будущим.

— Я же сказал, ты едешь ко мне. — Он закончил обрабатывать рану, которая благодаря смеси из вампирской слюны перестала кровоточить. — Церцерис тебя ищут, и в первую очередь они проверят все известные им места.

— Ну, товарищ командир, в логове есть охранники-головорезы. — Когда Кон перестал откручивать крышку бутылки с антисептиком и одарил ее взглядом «ты это, мать твою, серьезно?», Син вздохнула. — Я знаю, что они не смогут остановить Церцерис, но парни хотя бы предупредят меня.

— Уверена? Сейчас будет немного жечь… — он плеснул немного жидкости на рану, и Син стиснула от боли зубы. — Пособничество и подстрекательство являются серьезным преступлением. Твои охранники так сильно тебя любят?

Нет, они не любили. Волна вины медленно затопила Син, когда она подумала о том, как Призрак и Фантом пришли ей на помощь, хотя знали, чем рискуют.

И Кон тоже. Она наблюдала, как он нежно обрабатывал ее рану умелыми, затянутыми в перчатки руками. Такого она просто не ожидала.

С момента ее встречи с этим великолепным мужчиной, он всегда проявлял силу и жесткость. Прижимал ее к машине скорой помощи, в которой они сейчас находились. Поспорил со своим напарником парамедиком Люком, что заберется к ней в трусики.

И добился своего.

А теперь бережно обработал ее рану и пытался отвезти в безопасное место.

— Почему ты мне помогаешь? — выпалила она.

— Ты все еще должна мне десять баксов.

Она одарила его фальшивой улыбкой.

— Очень смешно. Но ты помогаешь мне не потому, что я поймала тебя на пари с Люком и забрала большую часть выигрыша.

— Ладно, а как тебе это? Ты положила начало эпидемии варгов, и, если тебя запрут в клетке, Призрак не сможет подобраться к тебе для создания лекарства. Кроме того, я в долгу перед твоими братьями.

Ну конечно. Он помогал не из-за симпатии к ней или чего-то в этом роде. Вот и отлично, потому что он ей тоже не нравился. И это не звучало слишком по-детски.

— Чем ты им обязан?

Он слегка пожал одним большим плечом.

— Я встал на тропу, ведущую к саморазрушению. Подрался в баре с Люком, и мы оба оказались в ПБ.

— Значит, Призрак спас тебе жизнь?

— Неа. Сейчас опять будет немного жечь, — он протер рану чем-то действительно обжигающим. — Ты встречалась с Владленой? Она медсестра. Оборотень-гиена. Несколько лет назад ее отец, док по имени Юрий, переживал из-за одной дерьмовой истории, произошедшей чуть раньше между мной и его сыном, поэтому натравил на меня Церцерис. Призрак сообразил, что если я застряну в тюрьме, то не смогу оплатить больничный счет, и вытащил меня. А расплатиться заставил работой на него в течении двух лет.

— Подозреваю, так ты там и завис.

— Думаю, да. Работа оказалась классной. Вызовы никогда не бывают одинаковыми, что держит меня в тонусе.

Син его понимала. Она тоже не выносила рутины.

— Ты уже закончил?

— Почему ты такая нетерпеливая?

— Потому что я уязвима в любом месте кроме логова, штаб-квартиры убийц или больницы. Вот почему должна вернуться к себе, а не ехать к тебе домой, даже если Церцерис будут искать меня в логове. — Ей также нужно было найти одного из партнеров по сексу. И побыстрей. Пока она не сорвалась и не набросилась на Кона.