Другая сестра Беннет - Дженис Хэдлоу

реальном мире выражение лица ее отца, когда он переворачивал страницы своей книги, было таким же саркастичным и таким же недосягаемым, как и всегда. Только в мечтах Мэри могла набраться смелости приблизиться к нему. Попытаться сделать это здесь, в библиотеке, лицом к лицу… нет, этого она не могла. Мэри не знала, с чего начать. Она видела, как в смятении отступает под властью его безжалостной улыбки. И все же она не могла сдаться. Мечта, в которой отец становился интеллектуальным наперсником Мэри, была слишком соблазнительной, чтобы от нее отказываться. Если она не могла собраться с духом, чтобы подойти к мистеру Беннету, то нужно было найти какой-то другой способ поделиться с ним своими надеждами.

Ответ в конце концов пришел ей в голову однажды утром, когда она оказалась в Меритоне. Мэри не хотела уходить из библиотеки, но миссис Хилл уговорила ее надеть пальто и выйти на свежий воздух. Она в одиночестве неторопливо прогуливалась по тихим улочкам, а мысли ее бесцельно кружились в голове. Только когда Мэри оказалась на окраине деревни, ее сразила мысль, одновременно волнующая и ужасная. Что, если она встретит там Джона Спарроу? Мэри остановилась и неподвижно застыла посреди зарослей крапивы, размышляя. Если их пути пересекутся… если он увидит ее… возможно, он спросит, как она поживает… она ответит… он снова заговорит… и тогда, возможно, она сможет извиниться, объяснить, что произошло… и тогда он…

– Нет, – сказала она себе, – это глупо.

Это была именно та глупость, которой она не хотела предаваться. Так не пойдет. Если они встретятся, все, чего она могла ожидать, – это того, как он отрывисто приподнимет шляпу, направляясь мимо своей дорогой. Он не остановится, чтобы поговорить.

Глаза Мэри наполнились слезами. Может быть, ей стоит вернуться? Но это доказывало бы, что она еще более малодушна, чем думала до сих пор. Утерев лицо, она подняла воротник, чтобы защититься от холода. Она пойдет в Меритон, но ни на минуту не позволит себе думать о Джоне Спарроу.

Мэри храбро пошла по единственной улице, не глядя ни направо, ни налево, но, дойдя до ее конца, уже не имела ни малейшего представления, что ей делать дальше, потому что покинула Лонгборн без всякой цели. Мэри подумала, что могла бы заглянуть в какой-нибудь магазинчик – так поступили бы ее сестры, – но галантерейные лавки, где Китти и Лидия тратили свои карманные деньги, ее не интересовали. Вместо этого она направилась к канцелярским магазинам.

Сквозь стекло витрины Мэри с тоской смотрела на пухлую кремовую бумагу, тонкие острые карандаши и ароматизированный воск для печати. Красивые письменные принадлежности всегда привлекали ее, а эти были особенно хороши. Как приятно было бы найти какое-нибудь полезное занятие, для которого их можно было бы использовать. Они стали бы идеальным материалом для написания небольшой книги. Например, разными цветными чернилами можно было бы очень красиво проиллюстрировать любимые высказывания. Пока Мэри жадно рассматривала товары, ей пришло в голову, что такая книга стала бы прекрасным подарком для ее отца и продемонстрировала бы ему не только силу привязанности дочери, но и степень ее начитанности. Она могла выбрать отрывки из книг своих любимых авторов, переписать их на страницы своего дневника и преподнести так, чтобы заинтриговать мистера Беннета и произвести на него впечатление. Так ей бы удалось сказать то, что она не могла сказать, отразив всю глубину ее заинтересованности. Ее работа, несомненно, стала бы лучшим защитником ее амбиций, чем все, что она могла сказать ему вживую.

Мэри все больше и больше приходила в волнение от этих мыслей. Прежде всего перед ней вставал интеллектуальный вызов – решить, какие отрывки включить в ее сборник. Но также было бы очень славно сделать эту маленькую книжку такой же приятной для глаз, как и для ума. Она купит самый лучший томик, который сможет себе позволить, с мягкой кожаной обложкой и хорошей бумагой. Ей понадобится новый набор ручек, несколько цветных чернил и, возможно, линейка из черного дерева – она всегда мечтала о такой. Войдя в магазин канцтоваров, чтобы сделать покупки, Мэри испытывала невероятное воодушевление. И оно не покидало ее всю дорогу домой, пока она обдумывала, как будет выглядеть первая страница ее книги. Только усевшись за письменный стол, Мэри поняла, что ушла из Меритона, так и не увидев Джона Спарроу. Она ощутила острый укол сожаления, но не позволила этому чувству полностью овладеть собой. Открыв чистую страницу, Мэри достала линейку, собрала все свои ручки и принялась писать.

– 14 –

Мэри работала не спеша, заботясь о том, чтобы все было сделано наилучшим образом. Временами ей не терпелось показать отцу свой маленький дневник и узнать, наконец, что о нем подумает мистер Беннет, но она подавила в себе желание поторопиться – в ней росло понимание истинного значения задачи. Мэри давно уже перестала воспринимать свою работу как обычный сборник. Теперь она знала: это нечто гораздо большее. Это станет призывом для отца признать ее такой, какой она была на самом деле, – его единомышленницей, дочерью, которую так легко полюбить, стоит лишь обратить на нее внимание. Именно это убеждение заставляло Мэри усердно работать день за днем, час за часом, украшая поля и каждый номер страницы цветными завитушками. Она была готова на все, чтобы сделать книгу совершенной в своем роде.

Однажды холодным днем, когда совсем не характерный для сезона ливень заставил всех, кроме самых отчаянных, сидеть дома, в библиотеке у Мэри появилась компания. Пока Мэри занималась за столом, разложив вокруг себя бумаги, неподалеку от нее, на подоконнике, поджав колени и держа в руке книгу сидела Элизабет. Она знала правила, которые соблюдали все посетители библиотеки мистера Беннета, а потому большую часть времени покорно молчала. Однако то и дело с ее уст срывался веселый смешок, и, наконец, она не смогла сдержаться и расхохоталась в голос. Мэри подняла глаза, удивленная таким нарушением дисциплины, но Лиззи лишь улыбнулась, бросив извиняющийся взгляд на отца, в котором не было ни капли стыда.

– Простите, папа. Я не хотела мешать вам.

Мистер Беннет снял очки и посмотрел на Элизабет с такой теплотой, что у Мэри сжалось сердце. Быть может, когда он прочтет ее сборник, то будет смотреть на нее так же?

– Что же ты читаешь, моя дорогая, что доставляет тебе такое удовольствие?

– Это роман мисс Берни «Эвелина». Я читала его столько раз, а он все равно заставляет меня смеяться.

Мистер Беннет опустил свою книгу.

– И какую же его часть ты находишь самой забавной?

– Комические персонажи описаны очень хорошо, но, думаю, больше всего я наслаждаюсь теми моментами, когда юмор совершенно не задумывался. Кто не улыбнется