Особенные. Элька-4 - Ольга Ильина

Распрощавшись с бабушкой, я направилась к себе, и не успела подняться на второй этаж, как наткнулась на Василича, нашего коменданта. От его радостного предвкушающего оскала меня аж передернуло и захотелось свалить по-тихому. Но поздно и не куда.

— Панина, ты когда отрабатывать будешь? — не стал ходить вокруг да около Василич. — Чего глазки опустила, заработала месяц отработок, так вот тебе швабра, тряпка и ведро. Начинай.

С этими словами мне в руки сунули швабру и кивнули на ведро.

— Что? Прямо сейчас? — простонала я.

— А чего ждать?

— Дайте хоть сумку в комнату отнести.

— Э, нет. Знаю я вас, говорите, я на минутку, а сами возвращаться не спешите, да еще и прячетесь по углам.

— Я не собираюсь прятаться, — возмутилась я.

— А кто тебя знает, Панина, собираешься ты или нет. А ну, пошли.

— Куда? — вконец растерялась я.

— В комнату твою. Так и быть, разрешаю сумку отнести, но смотри у меня. Исчезнешь, я очень разозлюсь.

— Да куда я денусь?

— А кто вас магов знает? — философски заметил комендант. — Я в прошлом году оставил одного подвалы отчищать, так исчез. До сих пор всей школой ищем.

— Не надо подвалов, — побледнела я. С этим Василичем и не поймешь, то ли шутит он, то ли всерьез. А проверять как-то не хочется, и в подвалы не хочется. Хватит, насмотрелась уже.

Так что мы вдвоем потопали в комнату, но лучше бы я осталась в коридоре, ей богу. И черт с ней, с этой сумкой, вот что мне стоило вернуться на час позже, или на два? А так я стою в дверях и смотрю, как Венера и мой… бывший, вдвоем, в моей комнате обнимаются, и, кажется, одними обнимашками не обошлось. То ли они уже закончили, то ли только начали. Мне от их вида взвыть хочется или взорвать что-нибудь. Особенно от вида Венеры в коротком шелковом халатике, соблазнительно облегающем ее точеную фигуру. И она даже и не подумала убирать руки от моего… уже не моего парня. На него я даже смотреть не могла, уставилась в ее победное, наглое лицо и мечтала его расцарапать, жаль ногти недавно остригла, дура.

Бог знает, чего мне стоило остаться равнодушной, хотя в душе все кипело, словно я чайник, гигантский чайник на ножках, так и жаждущий облить ее кипятком. Я так живо представила эту картину, что моя татушка нагрелась, а я едва не взвыла уже от боли, зато оклемалась. А то стою, как памятник себе любимой на пороге, и слова вымолвить не могу, да что слова, я глаз даже отвести не могу. Сладкая парочка, блин!

Так, Элька, держи себя в руках. Сейчас ты нацепишь на себя маску абсолютного безразличия, подойдешь к кровати, бросишь сумку, развернешься и уйдешь. Я так и сделала, в точности, как представила. Самовнушение помогло. Вот только на пороге, стервозная вампирша с ухмылкой проговорила:

— Хм, ты перестала, наконец, притворяться добренькой?

— Иногда это полезно, понять, кто ты есть на самом деле, — пожала плечами я и ушла, плотно закрыв за собой дверь. Надо же, я даже ни разу на него не взглянула, словно мне безразлично его присутствие, словно он просто незнакомец, просто никто. Но за дверью скрыть эмоции не получилось. Знаю, ревность — плохое чувство, но сейчас это было что-то другое, отчаяние какое-то. Как? Как он может быть настолько жестоким?

Я настолько увлеклась переживаниями, что совсем позабыла о Василиче, зато он обо мне не забыл, и, видимо, сейчас у меня действительно был очень жалкий вид, раз он так по-доброму, по-отцовски со мной заговорил.

— Панина, ты чего нос повесила? Я же не зверь какой. Помашешь тряпкой с часок и отпущу тебя, зачту этот день за два.

— Спасибо, — слабо улыбнулась я и пошла к ожидающей меня швабре.

Махать тряпкой оказалось довольно приятно, от мыслей тяжелых здорово отвлекает, а именно от гаданий, чем же они там занимаются? Жаль, что не в шахматы играют. Так и хотелось помахать тряпкой где-то в районе своей комнаты, я даже методично начала мыть пол конкретно в том направлении, пока мое ведро с водой не сбил какой-то припозднившийся студент.

— Эй, поосторожнее нельзя? — возмущенно всплеснула руками я и посмотрела на болвана, из-за которого мне еще час придется на коленках ползать, собирая воду. Вот только когда я его лицо увидела, стало не до смеха. С виду обыкновенный, лопоухий парень, в форме, только нашивки нет, как будто оторвана, а вот его взгляд… с ним явно было что-то не так. Он смотрел не на меня, а сквозь меня, совершенно пустым, отсутствующим взглядом. Никогда такого не видела.

— Ты в порядке? — решила уточнить я.

— В порядке, — равнодушно ответил парень, обогнул меня, и даже листки свои не поднял, которые при столкновении с ведром, разметались по всему коридору.

— Эй, — крикнула я, подобрав листки, но того уже и след простыл.

Интересно, с какого он курса? Явно не один из моих. И непонятно, то ли его проклял кто, то ли опоил, то ли еще чего с бедолагой приключилось. Вот тебе и школьные правила. Когда не надо, Джулс тут как тут, а когда такие странности творятся, не дозовешься. Думаете, с меня сняли те минусы за нападение на Венеру, ага, сейчас. Нападение это дурацкое, конечно, большой секрет, но дело сделано, преступление, как говорят, совершено, так что будь добра, Элечка, отрабатывай. Дааа. У бабули железная логика, только срабатывает, когда не надо.

Эта странная встреча окончательно меня отвлекла, я даже была благодарна парню, жаль, на листках имени не стоит. Кажется, это конспекты. Только предмет какой-то странный. Формулы. Я вчиталась в листок, не совсем осознавая, что читаю, и совершенно не понимая, почему я понимаю прочитанное.

— Да быть того не может!

Я собрала все полусырые листы, разложила их на подоконнике и начала смотреть с самого начала. Это действительно оказалась формула… моего яда. Таааак. Спокойно, Элька. Прежде чем срываться искать этого мальчишку, надо подумать. Эх, как же Крыса не хватает сейчас, вот он бы наставил свою глупую подопечную на нужный мыслительный лад, а так. Это что же получается? Этот отмороженный меня отравил? Как? Почему он? А главное, зачем? Да он сам выглядит так, словно его самого отравили. Нет, здесь явно что-то не чисто. И неужели просто так он тут проходил и рассыпал свои листки?

Так, стоп. Такими темпами я, бог знает, до чего додумаюсь. Не мог он знать, что я окажусь здесь. Да я и сама пять минут назад не знала. Стояла у лестницы и раздумывала, то ли в свой коридор свернуть, то ли ниже спуститься. Так что умысел отпадает, а в удачу что-то не верится. Впрочем, может не мне, а этому отмороженному не повезло. Так отморозился, что улики разбросал? Неужели так бывает?

Я решила отложить свои вопросы до завтрашнего сеанса с Крысом. Как там говорят? «Одна голова хорошо, а три уже змей Горыныч», ой, нет. Это из другой сказки, но суть правильная. Две головы надумают гораздо больше одной.