Женские истории. Просто о сложном (СИ) - Крынская Юлия

— И что? Бубенчик хочет, чтобы я вернулась?

Морозов замотал головой. Я покрутила пальцем у виска.

— Он сказал, что раскаивается.

— Так я сейчас приду! — приободрилась Лена.

Через пять минут она уже звонила в дверь.

— Сестра, говоришь? — спросила она с порога, с подозрением оглядывая меня.

— Сестра, — подтвердил Морозов и чмокнул бывшую в щёку. — С наступившим, Ленок. Прости, что сразу не объяснил.

— Видите ли. Я попала в очень неловкую ситуацию, и Карл сказал, что вы, как женщина, сможете мне помочь.

— Уже интересно, — подбоченилась Лена.

— Мой бывший жених, итальянец, прилетел следом за мной. А я не хочу больше иметь с ним ничего общего.

— При чём тут я?

— Вы не могли бы его… Как это сказать… Отшить!

— А чем он тебя не устроил? Нищеброд?

— Что вы! Он очень богат. Я бы сказала несметно.

Лена сглотнула, и Морозов довольно улыбнулся — рыбка проглотила наживку.

— Лен, — вздохнул он, — выручай.

— Ты его встречать, что ли, поедешь? — поинтересовалась она.

— Нет. Он сам приедет. Встретишь его ты. А я, как и говорил, поеду к бабушке. Ещё и Дана приехала. Вот обрадуется старушка. А ты уж поговори с ним по душам. Пусть оставит девушку в покое.

Лена поправила золотое платье на пышной груди и подмигнула мне:

— Жених-то симпатичный?

— Дело вкуса. Сам он считает, что Аль Пачино ему в подмётки не годится.

— Что ж ты связалась с ним?

— У меня был контракт с его модельным агентством. Винченцо красиво ухаживал. Его ревность и вспыльчивость убила наши отношения.

— Винченцо, — мечтательно произнесла Лена и тут же по-деловому взглянула на Морозова. — У тебя, как всегда, в холодильнике мышь висит.

— Мышь коты съели, — улыбнулся Морозов. — Но есть кошачьи консервы.

Лена фыркнула.

— Я успею домой за салатами смотаться?

— Успеешь. Этот перец ещё в аэропорту. Ленка, ты человечище! Позвони, как чужеземца выставишь, — Морозов взглянул на часы. — Время пошло, девоньки.

Пока Лена бегала за салатами, я позвонила Винченцо, дала ему адрес «брата» и перетащила чемодан в свою квартиру. Оставив Лену в квартире Морозова, мы с ним по-тихому пробрались в мою.

— Располагайся поудобнее, — Морозов, подвинув тарелки, поставил на стол ноутбук. Открыл крышку и вскоре на экране возникла «братская» квартира.

Лена, пританцовывая, накрывала на стол.

— Почему вы расстались? — я взяла с тарелки галету с икрой, откусила и, лопая икринки на языке, прикрыла глаза от удовольствия.

— Мы и не сходились, — вздохнул Морозов. — В конце ноября возвращался домой, услышал женский крик из кустов. Я туда. Смотрю там трое парней до женщины домогаются. Раскидал их. Она рыдает, по карманам шарит, ключи найти не может. Я со смены был. Устал как собака. Уже не было сил идти Ленкину дверь вскрывать. А Лена и не хочет домой идти. Типа, шок у неё. Привёл к себе. Чаем напоил. Постелил ей на диване. Сам вырубился в спальне. А она намылась и ко мне под бочок — страшно, не уснуть. В общем, как-то всё само собой случилось. Зачастила ко мне с борщами да котлетами, смотрю, вещи стала переносить. Но это полбеды. Начались сцены ревности. Как, например, сегодня. Почему это, мол, я со смены ушёл, а ей не сказал. Психанул, высказал всё, что думаю и все вещи её в один баул засунул. А ты как в постели с толстосумом оказалась?

— Подставили меня здорово…

В квартире Морозова звонит домофон.

— Готовность номер один! — Морозов щёлкнул мышкой, и на экране возник коридор.

Лена открыла дверь и впустила Винченцо. В первый момент на её лице мелькнуло разочарование, но она тут же натянула гостеприимную улыбку. Винченцо походил больше на итальянского гангстера из комикса, чем на Аль Пачино. Носатый и с весомым брюшком.

— Дана жить здесь? — шагнул Винченцо в квартиру, оглядываясь по сторонам.

— Лена жить здесь! — Лена, протиснувшись между гардеробом и Винченцо, закрыла дверь. Развернулась к нему, задев пышным бюстом и облизнула губы в красной помаде.

Винченцо чуть отпрянул и гневно зачастил на итальянском. Лена выслушала его, и толкнув грудью в грудь выдала не менее темпераментно:

— Грацо, рогацо, кретино, бамбино, путано, мамба!

Один из котов вытаращил глаза, выглянув из спальни. Винченцо выронил из рук сумку и ошалело заглянул в декольте Лены.

— Да ты раздевайся, проходи! — улыбнулась Лена и сняла с Винченцо кожаный котелок.

— Белла доннина! — опасливо улыбнулся он.

— Вот это другой разговор, — Лена расстегнула пуговицы на его дублёнке и одним рывком стянула её с плеч. — Хэппи нью ир! Или как там по-вашему будет с Новым годом?

— Дана жить здесь? — неуверенно спросил Винченцо и протянул Лене дублёнку.

— И Дана, и Лена. Снимай ботинки!

— Не понимать!

Лена кивнула на его ноги.

— Ботинки снимать! Я тут пол вчера мыть, — Лена достала из обувницы шлёпки и кинула под ноги Винченцо.

Он переобулся, одёрнул пиджак и подхватил сумку.

— У тебя там что? — кивнула на неё Лена. — Евро? Доллары?

— Презент…

— Презенты я люблю, — улыбнулась Лена.

— Я любить Дана! Она сказать, она здесь, — снова заверещал Винченцо. — Я лететь за ней. Она…

— Да что ты всё время орать? Мои уши от тебя уже болеть! — рявкнула Лена и добавила мирно: — Есть хочешь?

— Не понимать, — На Винченцо крик Лены действовал, как команда дрессировщика на тигра. Была бы рядом тумба — запрыгнул.

— Есть, кушать, — Лена изобразила, как люди едят.

— Хотеть, — признался он.

— За мной! — Она повернулась к Винченцо спиной и, призывно виляя бёдрами, прошла в гостиную. Винченцо проводил её оценивающим взглядом и поспешил следом.

Морозов переключился на камеру в гостиной:

— Знакомство состоялось. Ленка и мёртвого уговорит.

— Ты знаешь, а они по темпераменту очень даже подходят друг другу, — рассмеялась я.

Морозов освежил шампанское в бокалах и поднял свой:

— За нас мы пили. Давай за них!

— Давай!

Мы выпили и снова уставились в экран.

Винченцо огляделся в гостиной и ткнул пальцем в фото Морозова на стеллаже.

— Это кто?

— Мужчина Даны. Мафия. Страшный человек!

Винченцо побагровел и разразился таким потоком ругательств, что будь он лавиной, сшиб бы Лену с ног. Но она не растерялась и, подбоченившись, спустила собак в ответ.

— Последний день Помпеи, — заржал Морозов. — Давай, Ленка, жги!

— Она рисковая. Я ведь могла показывать ему фотографии «брата».

— Значит, ты в его глазах сейчас вдвойне обманщица, — Морозов обнял меня. — А у тебя, правда, есть мои фотографии?

— Нет.

Губы Морозова оказались так близко, что у меня перехватило дыхание.

— Чего ты такая пугливая? — взгляд серых глаз Морозова обволакивал.

— Слишком ты быстрый, Карл!

— А ещё смешной, небритый, пьяный, — пропел Морозов.

— Тогда убери лапы.

Мы снова вернулись к просмотру бесплатного шоу.

Винченцо с Леной уже наорались и раскрасневшиеся уселись за стол. Лена навалила Винченцо целую тарелку оливье, а он достал из сумки «Амаретто».

— Воды? — спросила Лена.

Винченцо кивнул. Лена взяла бутылку боржоми и в две секунды открыла её вилкой.

— Беллиссима донна! — восхитился Винченцо. — Амаретто?

— Лучше водки[1], — улыбнулась Лена и разлила её по стопкам доверху.

После третьей рюмки она пошла танцевать. Винченцо ослабил галстук, а потом вообще снял пиджак и присоединился к Лене.

Морозов погладил меня по спине:

— Всё, Дана! Дальше начинается кино для взрослых. Досмотрим?

— Не хотелось бы.

— Тогда давай тоже потанцуем? — он сделал звук в ноутбуке погромче.

Под жаркую мелодию и разрывы фейерверков на улице, мы танцевали, и я не могла наглядеться на Морозова. Когда вернулись к просмотру шоу. Винченцо с Леной уже расположились на диване.

— Теперь ты точно свободна от обязательств, моя прелесть! — объявил Морозов и включил запись. — Это на случай, если Винченцо снова начнёт качать права. Чтобы ты хотела?