Женские истории. Просто о сложном (СИ) - Крынская Юлия

Иван открыл клетку и достал миску с остатками корма:

— Здорово, Бутус! Скучал? Сейчас подсыплю тебе зерна.

— У вас ещё куча жильцов, — подивилась Ивета. — Как Таня с этим управляется?

Иван пожал плечами.

— Так ведь и дети помогают. Не маленькие уже. У нас даже мелкой даёшь губку — подключается к уборке.

— А моего Сашку не заставишь фантик за собой убрать. Не говорю уже про вещи.

Иван развёл руками.

— Тут уж вам ничего не подскажу.

— Вы, наверное, осуждаете меня? — Ивета не знала, как теперь загладить свой поступок.

— Нет. Всё имеет оборотную сторону. Я и детей учу никого и никогда не осуждать.

— Что вы мне всё-таки посоветуете?

— Перестаньте думать лишь о себе.

— Но я… — Ивета призадумалась. — Пожалуй, вы правы.

Ивета вернулась домой, и одиночество снова навалилось на неё бетонной плитой. Всю жизнь она считала себя идеальной женой, но муж уже давно не летел домой на крыльях. Считала себя идеальной матерью, но сын в тринадцать лет уже ни во что её не ставил. Быть может, она ещё сможет быть кому-то полезной.

Ивета включила телевизор и наткнулась на ролик с просьбой помочь больному малышу. Раньше она не обращала внимания на такие призывы, а тут схватила телефон и отправила триста рублей. Вроде мелочь, а на душе полегчало.

Ивета вновь прошлась по квартире, подняла пакет в спальне и отнесла его в холодильник. Сладкого не хотелось, а мысли о низком гемоглобине больше её не занимали. За окном сгущались сумерки. Ивета вышла на улицу и направилась в парк неподалёку от дома.

Сев на скамейку, она наблюдала за собачниками. Шумная компания с беспородными питомцами поначалу вызвала раздражение, но Ивета вспомнила Ивана и изгнала из сердца подступившее было осуждение. Она задумалась, не хочет ли ещё детей, настолько уютным показался ей дом Ивана и Тани. Тут же пришла вторая мысль — Борис вряд ли захочет.

К ногам Иветы подкатился мяч, и за ним прибежал вислоухий рыжий пёс. Она пнула мяч ногой, пёс рванул за ним, поймал и снова принёс ей под ноги свою игрушку. Ивета улыбнулась и снова оттолкнула мяч. Пёс вернулся с ним в зубах, приветливо виляя хвостом.

От компании отделилась женщина и крикнула:

— Кузькин, не приставай!

Кузькин сел и, склонив голову, уставился на Ивету.

— Иди, а то хозяйка заругает.

Но пёс напротив подошёл ещё ближе и снова сел. Женщина поспешила к Ивете:

— Он вам не мешает?

— Да вроде мило общаемся.

— Вы ему понравились. Он добродушный парень, хоть и много настрадался в жизни.

— Так это не ваша собака?

— Теперь наша, приютская. Вылечили собакена, теперь ищем ему хозяина.

Ивета посмотрела на Кузькина. В детстве у неё был похожий пёс.

— Можно его погладить?

— Конечно. Мы наших пёселей моем регулярно. И за здоровьем следим…

Ивета разговорилась с Леной, как представилась женщина, а потом и вовсе присоединилась к их компании. На следующий день купила лакомств и отправилась навещать Кузькина и его приятелей. Со слезами на глазах она слушала истории жителей приюта, и забрала Кузькина домой. Позвонила Борису и рассказала об их новом жильце.

— С ума там не сходи! — едко ответил муж.

Но Ивета теперь каждый вечер ходила гулять с Кузькиным в парк. Заказала в приют корм и новые лежанки в вольеры. В пятницу поехала на электричке на дачу. Муж скептически посмотрел на собаку. Ивета доложила:

— Здоров, стерилизован, от блох обработан.

— Поздравляю.

В воскресенье Ивета вернулась домой пораньше, чтобы успеть погулять с новыми друзьями. Её жизнь с их появлением обрела новый смысл. Вернулся Сашка из лагеря, и Ивета привлекла его к делам приюта. Собаки его обаяли.

В июле муж забеспокоился переменами в жене и приехал домой среди недели. Обнаружив дома кроме жены, Сашки и Кузькина ещё двух псов он категорично заявил:

— Или я, или собаки.

Ивета улыбнулась и тихо произнесла:

— Собаки.

Муж хлопнул дверью и уехал. Ивета обиделась, что муж так категорично поставил её перед выбором, но слишком долго она терпела и прогибалась под Бориса. Сашка с Иветой пристроили двух псов и взяли домой ещё одного бедолагу, которого для созвучности прозвали Берлагой. Работа в приюте сблизила Ивету с сыном, а Кузькин стал светом в окне.

Иван не остался в стороне. Встретив однажды Ивету с Сашкой и Кузькиным, зашёл к ним на чай. Берлага приглянулся ему, и судьба пса решилась. Иван отремонтировал и утеплил вольеры в приюте.

В августе Ивета поехала с сыном и Кузькиным к Борису. Муж сам позвал их. После долгой разлуки Ивете не просто оказалось разговаривать с ним. Она обрывала Бориса, если тот брался осуждать кого-либо. Больше не пасовала перед ним, а приводила доводы.

В воскресенье пошли гулять в лес. Речь зашла о скором возвращении Бориса в город, и снова муж попробовал надавить на Ивету, мол, собак в доме он не потерпит. Надулся как индюк и ушёл далеко вперёд. Кузькин то бежал рядом с Иветой, то носился неподалёку, пугая птиц.

Крик Бориса разорвал тишину. Кузькин помчался быстрее ветра. Ивета, спотыкаясь о кочки и проваливаясь в мох, бросилась следом. Ветки хлестали по лицу, но она неслась на крики о помощи и лай Кузькина.

Когда Ивета выбежала к заболоченной поляне, увидела Бориса. Он провалился по шею в тину. Кузькин завалился на большую кочку и подставил Борису морду. Тот, с искажённым от ужаса лицом, вцепился в ошейник Кузькина. Затаив дыхание, Ивета наблюдала, как пёс, упираясь четырьмя лапами, тащил её мужа из болота. С головы до ног в тине Борис повалился под дерево, обнимая Кузькина.

В конце августа семья Ивана вернулась в город, Борис тоже вернулся к Ивете с сыном. В парк отправились гулять большой компанией, процессию возглавляли Кузькин с Берлагой.

Твоё сердце будет биться

Игорь прошёл за перегородку и кинул использованные перчатки в ведро:

— Операция закончена, коллеги.

Медсестра помогла ему снять халат, и Игорь на ватных ногах покинул операционную. Он шёл по коридору, и собственные гулкие шаги напоминали ему биение сердца Леры. Сердца, которое только что забилось в груди другой женщины.

В ординаторской Игорь грузно опустился в кресло и уставился на их с Лерой фотографию. Коснулся пальцами лица любимой. Ему показалось, что он почувствовал его тепло.

— Лера, — прошептал он, — прости.

Не прошло и суток, как Леру сбила машина. Занесло на льду. Врачи скорой нашли в сумке Леры именной пропуск и привезли изломанное тело в больницу, где Игорь с Лерой работали бок о бок уже много лет. Игорю тут же позвонили из приёмного покоя. Не помня себя, он помчался, перепрыгивая через ступени вниз. Лера лежала на каталке без сознания с капельницей в вене. Русые волосы слиплись от запёкшейся крови. Его Лера! Он не мог поверить.

За жизнь Леры в операционной боролись до последнего лучшие нейрохирурги больницы.

— Она уходит, — заведующий отделения поднял глаза на Игоря.

— Нет! Работайте!..

— Игорь, вы же с Лерой подписывали информационное согласие…

— Вы с ума сошли! — опешил Игорь.

— Возьми себя в руки. У вас в отделении умирает девушка. Сердце Леры может спасти её.

Игорь смотрел на обескровленное лицо жены. Травма головного мозга оказалась смертельной, но её сердце может жить в другом человеке. Требовалось немедленное решение.

— Делайте.

— Ты у нас трансплантолог.

Игорь балансировал на грани разума и помешательства, но действовал чётко. Через четыре часа началась другая операция. Игорю казалось, что Лера стоит рядом с ним, как и многие годы. Сколько операций провели они вместе — не сосчитать. Сейчас в руках Игоря билось сердце любимой женщины, ушедшей, чтобы спасти восемнадцатилетнюю Дину Зайцеву.

Игорь спустился в морг. Кирилл Иванович принёс Игорю стул и оставил его наедине с Лерой. Утром предстояло заняться похоронами, а Игорь так и не мог поверить, что его любимая девочка уже не с ним. Он гладил её ледяные руки, и слёзы катились по его щекам.