Женские истории. Просто о сложном (СИ) - Крынская Юлия

Женские истории. Просто о сложном

Поздняя любовь

— Вы беременны.

— Что? — Лена приподнялась на локтях в кресле. — Как? — Мурашки мелким бисером рассыпались по телу. В висках застучали молоточки, уши заложило.

— Вам лучше знать, что и как, — снимая перчатки, улыбнулась врач. — Сейчас пойдёте на узи, там вам точно скажут срок. Примерно десять недель.

— Вы же сами поставили мне бесплодие два года назад. Мой муж… — Лена схватилась за щитовидку, виновницу беды.

— Что ваш муж?

— Будет рад, — пробормотала Лена: «Какой Смысл рассказывать докторице, что муж уже катает коляску с малышом и счастлив с молодой женой?»

— Вот и хорошо. Всё меняется. Вы же принимаете гормоны…

— Но я уже несколько лет их принимаю, и всё без толку…

Лена рухнула обратно на кресло, и потолок над ней закружился.

— Может, всё-таки вспомните, когда у вас были последние месячные.

— Постараюсь.

— Одевайтесь.

На узи срок подтвердили. На ватных ногах Лена вышла из консультации. Весеннее солнце больше не радовало. Забеременеть от сына лучшей подруги — хуже не придумаешь. Лена села в машину и потёрлась затылком о подголовник. Закрыла глаза и перенеслась в холодный январский вечер.

Катя с размахом отмечала пятидесятилетие. Заказала банкет на сорок человек. Лена была младше подруги на десяток лет с хвостиком. Они работали в одной компании. Лена пришла сразу после института, и они с Катей делили на двоих кабинет отдела кадров. Поэтому многих за столом на юбилее Лена знала. Кого понаслышке, кого лично.

Тамада сыпал шутками и вытаскивал даже самых застенчивых поучаствовать в конкурсах. Таким гостем оказалась и Лена. После развода с мужем она замкнулась и избегала шумных компаний, хотя раньше любила потанцевать на вечеринках. Даниил, сын Кати, встал с ней в пару. Участники конкурса танцевали на газетах, и каждую минуту нужно было их складывать пополам и продолжать танец на утлом клочке бумаги. Когда на газетах осталось места только для одного, мужчины поставили партнёрш на носки ботинок, а Даниил подхватил Лену на руки.

— Да ты пушинка! — мазнув по Лене взглядом серых глаз, прошептал Катин сын. После армии Даниил раздался в плечах и продолжал совершенствовать тело в зале.

— Вообще-то, я тяжёлая артиллерия, — улыбнулась Лена, не сразу сообразив, что парень перешёл на «ты», и потрепала его по тёмным волосам. Принюхалась, вроде не пьян.

— Батальоны просят огня, — облизнул губы Даниил и заглянул в глубокий вырез Лениного платья.

После конкурса Даниил пересел поближе к Лене и не сводил с неё глаз. Она помнила сына подруги ещё подростком. В прошлом году он разменял четвертак, возмужал, и теперь его взгляды заставляли Лену краснеть. Непринуждённая болтовня с соседями по столу сошла на нет. Лена, чтобы как-то напомнить Даниилу, что она подруга его матери, участливо осведомилась:

— Катя говорила, у тебя девушка есть. У вас всё серьёзно? Мать мечтает о внуках.

— Мы расстались… — Заиграла медленная музыка, и Даниил поднялся: — Пойдём потанцуем?

— Ой, нет, я… Я…

— Даня, пригласи меня, — рассмеялась его тётка, весом в центнер. — А то Лена смущается.

— В другой раз, тёть Тань, — Даниил подошёл к Лене и протянул руку. — Отказать сыну именинницы, всё равно что отказать ей самой.

Татьяна подмигнула Лене:

— Иди потанцуй. Когда ещё с молодым парнем потанцуешь?

Лена с Даниилом пошли танцевать. Он одной рукой припечатал Лену к своим бёдрам, а в другой утопил её ладонь.

— Как на новом месте работается? — нащупывала Лена нейтральные темы.

— Борьба с преступностью — моё призвание. А с такими очаровательными похитительницами — удовольствие.

— Почему это я похитительница? — нервно хихикнула Лена.

— Потому что ты давно похитила моё сердце.

— Да ну тебя! — Лена вдруг поймала себя на мысли, что ей уютно в сильных руках Даниила. Разница в возрасте пугала, но больше напрягало, что Даниил сын Кати. Подруга места себе не находила, когда узнала, что сын в армии увлёкся сорокалетней женщиной с двумя детьми, и облегчённо вздохнула, когда он вернулся домой один. Какими только словами Катя не крыла ту даму.

— Лен, правда, ты мне всегда нравилась.

— Прекрати! Тебе нужна подружка помоложе.

— До сих пор считаешь меня мальчишкой? — Даниил включил всё своё обаяние. Его глаза сияли, голос с хрипотцой обволакивал, губы просили поцелуев.

— Дань, нет. Я подруга твоей мамы…

— Давай сбежим, — жарко прошептал ей на ухо Даниил. Его дыхание опалило Лену.

— Куда? В Африку? — тонула она во взгляде серых глаз.

— С дня рождения. Скажись больной, а я вызовусь тебя подвезти.

— Зачем? — Лена почувствовала, как к щекам прилила кровь.

— Просто покатаемся по заснеженному Питеру. Поболтаем.

— Ты же пил.

— Нет.

Лена потрясла головой, прогоняя наваждение.

— Нет, Дань. Катя обидится, и эта прогулка вообще не укладывается у меня в голове.

— Но ты же гуляла со мной по городу десять лет назад. В Русский музей водила. Я уже тогда смотрел не на картины, а на тебя.

— Не заставляй меня чувствовать себя Пугачёвой.

— Это будет просто дружеская прогулка, — улыбнулся Даниил. — Мой ответный ход. А маме сейчас не до тебя.

— Если только прогулка будет дружеская… То почему бы нет. — Лена посмотрела на широкую грудь Даниила, на татуировки испещрившие крепкую шею и тяжело вздохнула: «Не парень, а сгусток тестостерона».

После танца Лена подошла к подруге:

— Катюш, я поеду, — врать было неловко.

Раскрасневшаяся от танцев с кандидатом в мужья, Катя нахмурилась:

— Что-то случилось?

«Случилось», — мысленно призналась Лена. Даниил, видя её нерешительность, обнял мать.

— У тёти Лены голова разболелась. Я отвезу её — и домой. Если на работу не дёрнут.

— Езжай, Данюша, тебе на сутки завтра. А Лене я дам таблетку. У нас ещё торт и танцы в лазерном дыму.

Лена замялась, борясь с искушением. Даниил обнял мать и чмокнул её в щёку:

— Обезбол с алкоголем лучше не мешать, а сладкое портит фигуру. Как страж порядка, переживаю не только за голову твоей подружки. В её районе одной лучше по ночам не шастать.

Тут даже Лена в душе согласилась с ним. На той неделе возле её дома ограбили женщину.

— Да, Кать, я поеду.

Катин ухажёр подошёл к ним, и она тут же потеряла интерес к разговору. Наспех обняла Лену:

— Созвонимся завтра.

На улице Даниил распахнул перед Леной дверь китайского внедорожника:

— Прошу!

Лена села и огляделась:

— Круто!

Даниил устроился за рулём и смущённо улыбнулся:

— Мама дала на первый взнос.

— Она говорила, да.

Машина мягко тронулась и покатила по заснеженному городу. Крупные снежинки белыми мотыльками ложились на лобовое стекло и таяли быстрее, чем их сметали дворники. Даниил включил музыку и повернул на набережную. Лена откинулась на спинку сиденья и уставилась на реку, скованную льдом. Она походила на Ленину сегодняшнюю жизнь. Ни мужа, ни детей, ни любовника. Холодно и статично.

Даниил и Лена вышли возле сфинксов. Он предложил ей потереть лапу одного из них и загадать желание. В машину вернулись замёрзшие, но довольные. Слово за слово, разговорились, первая неловкость ушла. Выпили безалкогольного глинтвейна около Ростральных колонн, прошлись по берегу вдоль Петропавловской крепости.

— Я замёрзла, — Лена сняла перчатки и подула на озябшие руки.

— Давай сюда, — Даниил схватил её ладони и согрел дыханием.

Лена сунула руки в карманы и пошла вперёд. За спиной послышался вздох, и она ускорилась. До Лениного дома почти не разговаривали.

— Я провожу до квартиры, — не терпящим возражений тоном заявил Даниил.

В лифте Лена, испепеляемая взглядом потемневших глаз, изучала носки ботинок Даниила. На ум шли девичьи глупости о соразмерности ноги и мужского достоинства. «О чём я думаю? Надо было попрощаться у подъезда. Даня явно рассчитывает как минимум на чашку чая. И что дальше?»