Женские истории. Просто о сложном (СИ) - Крынская Юлия

На Пасху в вагончике уже было не протолкнуться. Прошли крестным ходом вокруг намеченного котлована для каменной церкви. Люди зажгли свечи и пели: «Христос Воскресе из мертвых смертию смерть поправ, и сущим во гробех живот даровав».

Не совершить ошибку

Карина пришла устраиваться секретарём в компанию сразу после колледжа. Увидела шефа на собеседовании и погибла. Вячеслав Андреевич, темноволосый красавец с властным взглядом голубых, как небо, глаз, выбрал Карину из множества претенденток с высшим образованием. Она летала от счастья, на работе аккуратно исполняла свои обязанности и, утопая всё больше в шефе, всячески пыталась угодить ему. Вячеслав Андреевич держался с ней холодно, что очень расстраивало Карину. Его мимолётная улыбка казалась благословением небес.

Спустя месяц шеф попросил Карину задержаться и пригласил в свой кабинет обсудить итоги её работы на испытательном сроке. Карина привыкла видеть его в пиджаке и при галстуке. За панорамными окнами закат окрасился в рыже-фиолетовый, на его фоне шеф в расстёгнутой белой рубашке казался демоном, спустившимся на землю с одной целью — свести её с ума.

— Вы исполнительны, Карина, и быстро всё схватываете, — Вячеслав Андреевич встал из-за стола и, сунув руки в карманы, подошёл к окну. Его слова звучали не похвалой, а констатацией факта. Карина пожирала взглядом его спину и ждала, что шеф скажет дальше. Он повернулся и пристально взглянул на неё. — Но нравится ли вам работать у нас?

Карина, сидя на краешке стула, до побелевших костяшек сжала в руках ежедневник.

— Да, Вячеслав Андреевич.

— Подойдите ко мне, Карина.

Она на полусогнутых подошла к шефу.

— Ближе! — приказал он.

Карина шагнула к нему, оказавшись настолько близко к предмету своего обожания, что закружилась голова.

— С вашей внешностью вам бы моделью работать, а не секретарём. Золотистые волосы, взгляд, фигура. Боюсь, что такую красавицу сложно будет долго удержать в офисе. Или найдёте работу поинтереснее, или влюбитесь и выскочите замуж.

— Я вряд ли уйду от вас по собственной воле, — как под гипнозом произнесла Карина.

— Вот как? И в чём причина? — шеф улыбнулся, и ямочки проступили на его щеках. — Или в ком?

— Мне нравится работать у вас. Приходить каждое утро в ваш кабинет за заданиями, готовить вам кофе… — Карина уходила от прямого ответа, но всё больше увязала в своей глупости.

— То есть дело во мне? — изогнул бровь шеф.

К щекам Карины прилила кровь.

— Я… Я…

— Дайте ваш ежедневник, — шеф протянул руку к рабочему блокноту Карины.

Она покраснела ещё больше, прижимая его к груди. Слава забрал его и пролистнул страницы.

— Какой аккуратный почерк. А это что у вас? — он открыл последние страницы и прочитал: «Люблю, люблю, люблю, славное моё солнышко». А вы неплохо рисуете, — Слава вгляделся в собственный портрет. — Неужели это я?

Карина выхватила ежедневник из рук шефа и отступила.

— Простите, Вячеслав Андреевич. На той неделе на переговорах солнце так удачно падало на ваше лицо, что я не удержалась.

— И заодно признались солнышку в любви?

Карину бросило в жар, и она машинально расстегнула пуговицу на рубашке: «Сейчас он уволит меня! Просмотрел мой ежедневник, когда меня не было и теперь уволит. Он женатый мужчина. Какая же я дура».

— Можете расстегнуть ещё пуговицу, — шеф смотрел на неё, как волк на овцу перед тем как ею позавтракать. — Если жарко.

— Простите, — Карина бросилась застёгиваться, выронила ежедневник.

Одновременно с шефом они наклонялись за блокнотом и стукнулись лбами. Слава схватился за голову, а Карина испуганно пролепетала:

— Нужен холод. Принесу лёд.

— Не нужен. Зови меня просто Слава, — шеф поднялся, привлёк её к себе и поцеловал. Долго. Властно. Горячо.

Смахнув бумаги со стола, Слава усадил её на стол. Так случился первый раз Карины.

Через две недели Слава снял ей квартиру, и Карина съехала от родителей.

— Купи специальные таблетки, — велел он ей, покидая их новое гнёздышко. — Мне не нужны неприятности.

Карина закрыла за ним дверь и впервые почувствовала себя грязной. До этого Слава предохранялся сам, и она не задумывалась над их будущим. Но оказывается ребёнок от неё — всего лишь неприятность? Карина не собиралась пока рожать, но услышать такое оказалась не готова.

На следующий день Слава заметил её опухшие глаза. После собрания попросил остаться.

— Карина, ты моя любимая девочка, — он встал за её спиной и положил руки на плечи. — Но у меня семья. Брак мой держится не на любви, а на соглашении с отцом жены. Это не более чем бизнес. Если ты меня любишь — поймёшь.

Карина записалась на приём к гинекологу.

— Пройдите на кресло, — кивнула врач, заполняя в компьютере карточку.

— Так мне только таблетки…

— Делайте, что вам сказали, — строго взглянула на неё врач.

Карина легла на кресло и вздрогнула, когда холод инструмента коснулся её изнутри.

— Поздно пить таблетки, — вздохнула врач. — Вы беременны. Так что встаём на учёт.

— Какой учёт? — пролепетала Карина, вспоминая, как её вырвало утром от одного запаха яичницы.

— По беременности. Сейчас возьмём мазки, и я вам дам направления. Сдадите анализы и сделаете узи.

На следующий день Карина избегала настороженного взгляда Славы.

— Что-то случилось? Ты сама не своя.

— Нет.

— Приеду к тебе сегодня.

— Давай завтра. Я обещала сегодня навестить родителей, — Карина впервые обманула Славу.

Карина узнала, где живёт Слава и решила посмотреть, как он проводит летний вечер с семьёй. На электричке она доехала до пригорода и полчаса шла по шоссе к дому шефа. Особняк располагался за решётчатым забором, от посторонних глаз его скрывали кусты акации и сирени.

Оглядевшись, Карина перебралась через канаву и забралась в самую гущу кустов. Уютный двор с газоном и альпийскими горками, качели, батут и домик для барбекю. Светловолосую женщину лет тридцати пяти Карина узнала сразу. Фотография Лизы с двумя детьми стояла на рабочем столе Вячеслава.

Лиза читала журнал, развалившись в шезлонге. Детей Карина увидела не сразу. Они сидели в небольшом открытым домике за деревом. Играли за столом. Машина Славы стояла на парковке рядом с красным кабриолетом. Из дома вышел Слава с двумя коктейлями. Подошёл к Лизе, поцеловал её, поставил напитки на стеклянный столик и сел в соседний шезлонг. Между супругами завязался непринуждённый разговор. Лиза рассмеялась и взяла свой бокал. Карина больше не могла этого выносить. Она выбралась из кустов и поспешила на станцию. Слёзы градом катились по щекам. Слава обманывал её, обманывал жену, но при этом Лиза была абсолютно счастлива с ним, а Карина жила в ожидании непонятно чего.

Слава на работе внимательно присматривался к Карине. Но она делала вид, что ничего не произошло. Рассказать о ребёнке боялась и по-прежнему исправно обслуживала Славу на его рабочем столе. Именно так теперь виделось ей то, что она раньше считала любовью.

После работы заходила в детские магазины, любовалась детскими ползунками и игрушками. Об аборте даже не помышляла. Вскоре Слава повёз Карину в командировку в Петербург. Они катались на теплоходе, любовались разведением мостов, любили друг друга до утра в роскошном номере гостиницы. Всё было хорошо, пока Карину с утра не настигла утренняя тошнота.

— Какой срок? — хмуро поинтересовался Слава, войдя следом за Кариной в ванную.

— Двенадцать недель.

— Мы немедленно едем в клинику, — Слава вытащил телефон из кармана и вышел.

— Слава, нет! — бросилась за ним Карина. — Я не убью нашего ребёнка!

— Я тебя предупреждал! — Слава побагровел. — С тобой у нас пока не будет детей!

— Что значит «пока»? — отступила Карина. — Если он уже живёт во мне.

— То и значит, — Слава набрал номер. — Добрый день! Хотели бы записаться на аборт.