Французский псевдоним - Франсуаза Легран

Как же Аманда узнала о Норберах? Из газет? У Насти были одни вопросы и никакой возможности отыскать человека, который мог бы на них ответить. Последнее, что можно было бы сделать, — это просмотреть номера телефонов в мобильном телефоне Кристиана, но это было бы уже верхом неприличия.

Глава 12. Автограф Аманды Лей

Закончив свои бесплодные поиски, Настя взглянула на часы, было около пяти. Она решила, что сама зайдет за Кристианом в его контору, а по дороге заедет в квартиру Аманды, чтобы переодеться.

Отпустив такси у дома Аманды, Настя вошла в подъезд. Тревожное ощущение присутствия постороннего не покидало ее. Она уговаривала себя, что все это бред, просто ее воображение, разыгравшееся от обилия впечатлений. Тщетно пытаясь обуздать свой страх, девушка почти бегом поднялась по лестнице. Еще стоя за дверью, Настя услышала в квартире какой-то шум. Первым ее порывом было бежать от этого дома подальше, но потом она прислушалась и поняла, что бормочет радио и на кухне, видимо, возится приходящая работница, Элиза. Настя открыла дверь и попыталась незаметно проскользнуть в спальню. Ей совсем не хотелось с кем-то сейчас разговаривать.

— Мадам, — окликнула ее работница.

Настя остановилась.

— Мадам, я хочу вам сказать, что когда я пришла сегодня днем, то дверь в квартиру была не заперта… — Женщина говорила чуть плаксивым голосом, будто упрекая в чем-то Настю.

— Простите, Элиза, — тихо сказала Настя, это, видимо, я забыла вчера закрыть.

Работница поджала губы, в выражении ее лица явно читалось легкое презрение ко всем безалаберным представителям богемы, к которым она, очевидно, относила и Настю, то есть Аманду.

— И еще, мадам, вам звонил ваш брат.

— Что? — Настя чуть не подпрыгнула на месте. — Кто звонил?

— Учтивый такой господин, простуженный, похоже. Когда я спросила, что передать, он сказал, что он перезвонит попозже. А когда я спросила, как его представить, ответил, что он — брат.

Увидев ужас на лице Насти, Элиза испугалась, что сделала что-то не так.

— Он так вежливо разговаривал, мадам…

— Спасибо, Элиза. — Настя медленно прошла в спальню. Вчера, напуганная звонком, она убежала к Кристиану, даже не заперев дверь. Сейчас, оглядывая комнату, девушка сразу поняла, что этот так называемый брат был здесь. Настя заметила, что незнакомец оставил следы своего пребывания в квартире — слегка сдвинул мелкие предметы, оставил приоткрытыми створки шкафа.

И тут Настин взгляд упал на столик возле зеркала, где стоял рисунок в деревянной рамке на миниатюрном мольберте, который она купила на Монмартре. Сувенир исчез, вместо него лежала записка, нацарапанная на клочке бумаги: «Украсть у вора — не грех. Берегись, это только начало. Я жду нашей встречи».

Насте хотелось кричать, немедленно убежать из этого дома. Она была уверена, что сумасшедший, преследующий ее, копался во всех ее вещах, трогал платья, косметику, белье. А если он сумел подойти так близко, то что в следующий раз может помешать ему добраться и до самой Насти, которая даже не представляет, в чем, собственно, виновата? Она просто подставное лицо, картинка для журналистов и телевидения. Почему же она должна отвечать за поступки странной, неизвестной ей женщины перед каким-то ненормальным? В Настиной душе вдруг закипел гнев на Кристиана, который ради своих рекламных целей вовлек ее в эту нелепую историю, да еще и не хочет ничего объяснять.

Даже не заглядывая в шкафы, Настя быстро вышла из комнаты, и, проскочив мимо все еще ворчащей что-то себе под нос Элизы, выбежала из квартиры.

Девушка сразу же направилась в контору к Кристиану.

Рассеянно поздоровавшись с Николь, Настя хотела сразу пройти в кабинет Кристиана, но секретарша довольно бесцеремонно преградила ей дорогу.

— Мы с вами не договорили… — Голос Николь дрожал от напряжения, она говорила быстро, часто сбиваясь. — Я хочу кое-что сказать вам о нем. Предупредить. Честно говоря, вы мне совсем не симпатичны, но дело зашло слишком далеко. Он пришел ко мне сам, я не хотела этого, а теперь, когда я узнала… Мадам, он — ужасный человек и способен на все!

Николь говорила так тихо, что Настя едва расслышала ее.

— Николь, кто-то пришел? — Кристиан выглянул из кабинета. — Аманда! Заходи скорее, дорогая. Николь, приготовь нам чай, пожалуйста.

Оглядываясь на секретаршу, Настя вошла в кабинет.

— Подожди секунду, я сейчас закончу кое-какие мелочи… — Кристиан вернулся за стол и принялся что-то сосредоточенно писать.

— Кристиан, я так больше не могу! — выпалила Настя. — Этот сумасшедший, он называет себя братом, преследует меня, то есть Аманду. Кто это может быть? Послушай, ты же обещал, что мы сегодня заявим в полицию. Я боюсь, смертельно боюсь! Он уже был у меня, то есть у Аманды, в квартире.

Кристиан сгреб все бумаги на столе в одну кучу, накрыл ее пластиковой папкой, поднялся, подошел к девушке и обнял ее за плечи.

— Милая, — тихо произнес он, — объясни мне внятно, что произошло?

Настя перевела дух и, насколько могла, спокойно рассказала о происшествии в квартире Аманды.

— Я вчера, видимо, не заперла дверь, — покачала она головой, — вот он и вошел… Кристиан, я чувствую, что он все время где-то рядом. Он охотится за мной. Откуда мы знаем, что у него в голове? И вообще, кто это такой? Я появляюсь везде, в телешоу, в газетах, мелькаю, как приманка для этого ненормального.

— Успокойся! — Кристиан усадил Настю на диван. — Ты будешь все время со мной, я не дам тебя в обиду. Ну, пожалуйста, потерпи еще немного. У нас целая программа для Аманды. И конечно же я заявлю в полицию, хотя шум вокруг имени Аманды совсем нежелателен…

— Ты рискуешь мною, чтобы выполнить свою рекламную программу?! — задохнулась от возмущения Настя.

— Поверь мне, Анастази, если бы я действительно думал, что тебе что-то угрожает, я бы ни за что не стал рисковать тобой. — Он очень серьезно посмотрел Насте в глаза. — Ты очень дорога мне, веришь? Мне дорога именно ты, а не тот образ, который ты воплощаешь. Никогда еще ни одна женщина не очаровывала меня так. Встреча с тобой — лучшее, что случилось в моей жизни…

Настя сразу же забыла свой гнев. Такие слова, произнесенные искренне и нежно, покорили ее. Она приникла к плечу Кристиана.

— Ты говоришь правду? — тихо спросила она. — Тебе можно верить? Я знаю тебя так недолго… Мне одиноко здесь, в чужом городе, в чужой стране…

— Мне немного страшно говорить это, но, кажется, я люблю тебя, — тихо произнес Кристиан. — И ты не должна чувствовать себя одинокой. Я — с тобой.

— А как же Николь? — почти непроизвольно вырвалось у Насти. — У вас ведь было что-то?