Фантастика 2025-69 - Вадим Бурденя

фигур в черных балахонах, напряженно застывших вокруг ритуального круга, вырезанного на чистой, ровно площадке камня. На стенах недавно вырезанной комнаты горели слабые, немногочисленные факелы, источая зеленоватое алхимическое пламя.

Именно такой цвет давали факелы в каждой лаборатории, что оборудовал Улос - и я даже не спрашивал почему. Я переоделся в специально подготовленную белую мантию, что висела неподалеку.

– Приступаем. – приказал я культистам, осматривая их лица.

Угрюмые, усталые, напряженные: удерживать силу в тысяч убитых в ритуальном круге - это непростая задача даже для тех, кто прошел со мной южную резню и рождение новых легионов.

Но они справились, и на миг я даже испытывал легкую вспышку признательности к этим людям. Лучшие из лучших, вернейшие из верных. Убийцы и маньяки, чьи руки по плечо в крови, каждый знал, что пути назад уже нет. Никто и никогда не простит этим людям то, что они сделали во время войны. Никто, кроме меня…

Сила потекла по линиям ритуального круга, наполняя высеченные руны. Алхимическая смесь, которой были засыпаны выжженные смертью линии, вспыхнула едким, резко бьющим в глаза белым светом: сила смерти в обычном состоянии дает темно-серое, а затем антрацитово-черное свечение, но по-моей просьбе Улос сделал именно такую. Я и сам не знал зачем, мимолетный порыв, может интуиция - но если ты хочешь вывернуть смерть наизнанку, наверно, стоит облачиться в белое.

– Калигос, меньше силы на шестой реверс. Невин, выжги дополнительные каналы с третьего перехода на четвертый. Остальные - подать больше силы в кольцо – прозвучал мой голос в абсолютной тишине. – Ещё больше. Ещё…

Яростная, кровавая сила смерти, собранная с поля боя, удушливым флером наполнила комнату, впитываясь и наполняя многоступенчатый ритуальный круг, очищаясь, преобразовывалась, становясь… чем-то иным?

Символы светились всё сильнее и сильнее, словно гипнотизируя меня. Сперва, чисто инстинктивно, я закрыл сознание: но давление всё нарастало и нарастало, словно обруч из белой магии смерти сжимался вокруг моего разума, стремясь раздавить его…

Я сделал глубокий вдох и стиснул зубы, вслушиваясь в собственную рефлекторную защиту. Но если защищаться и дальше, собранная сила просто сломает меня. А затем, рывком, словно ныряя в омут, резким рывком открыл сознание, впуская в него всю возможную силу.

Белый свет словно вспыхнул в невероятном взрыве, поглощая всё вокруг, застилая глаза, ослепляя всё возможный чувства. И следом за ним, словно ласковое покрывало, чувства накрыла тьма. Но не усыпляющая, напротив, проясняющая, спасающая от безжалостного света. И в ней были голоса - отдаленные, но четкие, совсем не похожие на иллюзорные шепот или наваждение.

– Восточный фронт прорван. На западе пока стабильно, но боюсь это вопрос времени. Пора принимать решение. – сухой, уверенный голос немолодого мужчины степенно вел военный доклад.

Тьма словно слегка рассеялась, являя моему взору темную, едва освещенную комнату - за длинным столом сидело восемь мужчин разного возраста в странной одежде единого формата - легкой, похожей на дорожную, выполненную в темных тонах, но без символов. Странный материал - я бы сказал, что-то вроде искусственной, синтетической кожи, но она явно контрастировала с общей обстановкой дома. Это было какой-то поместье, большой особняк с окнам, судя по интерьерам - но сама обстановка напоминала скорее военный совет.

Мужчина помоложе скрипнул зубами и отвел взгляд.

– Я могу поднять хоть тысячу фантомов и закрыть прорыв, но…

– Но они называются повелителями снов не просто так. – оборвал его старик, сидящий во главе стола. – Я вас услышал. Выводы очевидны - военную кампанию за этот мир мы проиграли. Форма магии разума, которую использует противник, оказалась сильнее нашего контроля над любыми видами собственных войск, а для того, чтобы пересилить их возможности по контролю числом наших легионов, материала на плацдарме не хватило. Я не вижу военного выхода из ситуации, поэтому оступление кажется разумным выходом. Мы можем принести в жертву оставшихся пленных и пустить на силу телохранителей, тем самым пробив межмировой канал. Полагаю, это стоит сделать сегодня же… Если только у кого-то нет иных предложений.

Старик обвел холодным, внимательным взглядом матерого подлеца и убийцы собравшихся.

– В яму бегство! – поднялся из-за стола молодой мужчина и стукнул по нему кулаком, яростно дыша. – Нас осталось восемь - ровно на одного человека больше, чем надо, чтобы создать изначальный сигил по всем правилам. Надо создать что-то подходящее, модифицировать оставшиеся войска, и бросить их в прорыв. Они сочтут это жестом отчаяния, но когда контроль не сработает, инициатива будет на нашей стороне. Получим много материала, наберем новых солдат, переломим ход боя. У нас ещё есть шанс.

– Я поддерживаю идею, но смею заметить, среди нас нет мастеров разума, а смерть - плохая стихия для подобного. Слишком много силы уйдет, не успеем защитить всех. – заметил один мастер постарше.

– Нам не нужна защита. Нам нужно искажение. – оскалился молодой мастер смерти. – Скальпель, если хотите. Что-то, рассекающее разум, разрезающее, его, грубая операция, изменяющая сознание или псевдосознание нежити настолько, чтобы она перестала видеть сны в том виде, как эти твари их представляют. Вивисекция, препарирование разума, вот что нам нужно.

– Это может сработать. Не факт, что сработает, но шансы неплохой. Правда, тогда уйти мы уже не успеем… Но мне так же претит бежать, поджав хвост, когда есть возможность победы. – одобрил идею старик во главе стола. – Значит, создаем сигил. Раз ты выбрал, значит будешь ведущим. Желающие отказаться?

Старик обвел спокойным, уверенным взглядом соратников. Но отказавшихся не было.

– Приступаем сейчас. – скомандовал неизвестный мастер смерти.

Молодой мужчина выбросил руку вперед, и черный луч ударил в пространство в середине комнаты, заставляя его дрожать и искажаться. Следом за ним тоже самое повторили остальные.

Восемь черных лучей из чистой смерти словно плавили саму реальность и мироздание, выжигая в нём… Нечто. Нечто переливающееся, искаженное, существующее словно в нескольких измерениях. Символ, выжженный в самой плоти мира. Сигил…

Видение пошло рябью, превращаясь в круги на воде. Но прежде, чем оно закончилось, сам собой ко мне пришел смысл.

Я открыл глаза, стоя в центре ритуала. Сила полноводной рекой текла через меня, изменяя сознание, разрушая его, размывая… Но теперь я знал, что должен делать.

Руны, что мы так слепо использовали, были большим, чем просто символами. Демон не говорил этого - вероятно, создание новых частей алфавита было чем-то большим, чем то, что дают начинающим адептам, но направив прорву силы через них прямо в собственный разум,