Спецслужбы России за 1000 лет - Сергей Чуркин

Приведем один наглядный пример. В апреле 1910 г., после получения сведений о возможном покушении на министра народного просвещения, начальник Петербургского охранного отделения М. Ф. фон Коттен[656] и начальник Охранной команды министра ротмистр Лукьянов приняли следующие меры: «У дома № 10 по Каменноостровскому проспекту, где проживает г. министр, установлено 5 постоянных постов. Из них 2 суточных – первый у парадного подъезда, а второй у черного хода – и остальные 3 дневные. Из числа дневных – один пост в парадном подъезде занимают по очереди два старших агента, наблюдая за всеми приходящими в этот подъезд, а остальные два поста установлены на Каменноостровском проспекте на расстоянии от Б. Ружейной улицы до Кронверкского проспекта. Каждый суточный пост обслуживается 3 агентами, а дневной 2. Служба на всех постах несется с 8 часов утра до 12 часов ночи или возвращения домой г. министра. Таким образом, у квартиры г. министра в охране состоит 12 агентов.

Независимо сего при поездках г. министра в Министерство народного просвещения выставляются посты на Троицкой площади, Троицком мосту и на Чернышовской площади и внутрь здания министерства посылаются 4 агента в форме курьеров, а один старший агент в статском платье. Также посылается наряд агентов и при поездках г. министра в другие пункты г. С.-Петербурга. Все лица, вновь прибывающие в дома, расположенные вблизи дома, где проживает г. министр, проверяются по Охранному отделению, а также проверяется подлинность выдачи названным лицам видов на жительство»[657].

Помимо государя наиболее серьезные меры безопасности предпринимались в отношении председателя Совета министров. Предлагаем вашему вниманию справку Департамента полиции о мерах охраны Столыпина во время его пребывания в имении Колнобержи летом 1910 г.:

«1) 29 мая 1910 года за № 356 ковенский губернатор в дополнение к личным переговорам с господином директором Департамента полиции тайным советником Зуевым препроводил проект организации охраны, на основании коей заведывание возлагалось на штабс-ротмистра Семенова, вместе с ведомостью ежедневных нарядов стражников, которых предполагалось назначать 62 пеших и 14 конных. Вместе с тем губернатор ходатайствовал об ассигновании 250 рублей на исправление сигнализации. Ходатайство это, как равно о назначении суточных денег штабс-ротмистру Семенову и стражникам, удовлетворено было.

2) Телеграммой от 4 июня № 396 (по Особому отделу) предложено начальнику Ковенского губернского жандармского управления командировать в означенное имение четырех конных и двух пеших жандармских нижних чинов.

3) Телеграммой от 6 июня № 345 (по Секретарской части) начальнику Ковенского губернского жандармского управления предписано командировать в „Колнобержи“ шесть конных жандармов.

4) Телеграммой от 6 июня № 346 (по Секретарской части) ковенскому губернатору предложено усилить на 12 человек первоначально определенное количество направляемых в помянутое имение пеших стражников, т. е. командировать туда 74 пеших и 14 конных стражников.

5) Для охраны в имение „Колнобержи“ 5 июня командированы 4 агента с. – петербургской Охранной команды.

6) 19 июня Департамент полиции, сообщая по телеграфу о выезде господина министра из С.-Петербурга в имение „Колнобержи“, предложил принять меры охраны начальникам Виленского и Ковенского губернских жандармских управлений и ковенскому губернатору.

7) 19 июня для охраны в пути следования командированы 8 агентов с. – петербургской Охранной команды.

8) 2 июля предложено ковенскому губернатору дополнительно командировать в имение „Колнобержи“ для освещения окрестностей 22 пеших стражников.

9) Того же числа предложено начальнику Ковенского губернского жандармского управления командировать в имение пять жандармов.

10) Ввиду получения сведений о готовящемся покушении на жизнь господина министра начальник С.-петербургского охранного отделения, во исполнение предложения Департамента полиции от 1 июля за № 112489, командировал 2-го июля в местечко Кейданы близ имения „Колнобержи“ 11 опытных филеров отделения и для руководства ими штабс-ротмистра Офросимова.

11) Вслед за ними выбыл в Ковенскую губернию полковник фон Коттен, который по ознакомлении с положением дел представил 7 июля за № 9945 доклад.

12) На основании этого доклада Департамент полиции 16 июля за №№ 113063 и 113064 предложил начальникам Виленского и Ковенского губернских жандармских управлений привести в исполнение следующие распоряжения:

а) установить филерское наблюдение как на станциях Жеймы, Кейданы и Датнов, как ближайших к сему имению, а равно и на станции Кошедары, на коей должны пересаживаться все следующие из-за границы через Вержболово пассажиры;

б) для освещения окрестностей имения „Колнобержи“ поселить (совершенно открыто) филеров в деревне Колнобержи, в небольшом поселке без названия из двух дворов, расположенном на реке Невяже напротив имения „Колнобержи“; при паромной переправе через реку Невяжу при деревне Свентобродзе, при такой же переправе при деревне Кросты; в м. Опитолоках, в дачной местности Бобянах, в м. Датнове, в дер. Монтвидове, рядом с коей расположено принадлежащее зятю господина министра внутренних дел Боку имение „Пильмонт“; в дер. Шлапоберже; в дер. Покросць и в мест. Сурвилишки;

в) поселенным в указанных пунктах филерам вменить в обязанность установить надлежащие отношения с местным и окрестным населением и приобрести в среде населения своего района вспомогательную агентуру, могущую осведомлять немедленно о появлении подозрительных лиц; в этом случае филер должен немедленно собрать о появившемся негласные справки и озаботиться личным опознанием и в тот же день доложить об этом штабс-ротмистру Офросимову;

г) штабс-ротмистру Офросимову вменить в обязанность не менее раза в сутки объезжать всех филеров в этих пунктах, а равно установить регистрацию всего приезжего населения и проверку самоличности прибывших лиц;

д) подчинить штабс-ротмистру Офросимову всех командированных в Ковенский уезд филеров и унтер-офицеров»[658]

Для обеспечения личной безопасности высочайших особ практиковалось и создание временных структур, действовавших в местах пребывания императора и его семьи. Они получили название регистрационных бюро и выполняли задачи по проверке населения на предмет установления личности. Заведовавший Охранной агентурой при дворцовом коменданте Спиридович разработал «Положение об Особом регистрационном бюро».

Впервые Особое регистрационное бюро создано при Полтавском охранном отделении в 1909 г. на период празднования 200-летия Полтавской битвы. Основанием к созданию бюро послужила оперативная информация, полученная в апреле – мае 1909 г. из трех различных источников. В одном из сообщений говорилось: «Ездивший [в] Париж <…> из Белостока сотрудник максималист „Владимиров“ заявил ротмистру Андрееву, что он присутствовал на собрании парижских социалистов-революционеров максималистов в присутствии Бурцева. Обсуждался вопрос о желательности совершения цареубийства во время следования государя из Петербурга до Полтавы или во время объезда войск и депутаций учащихся в Полтаве»[659]