Спецслужбы России за 1000 лет - Сергей Чуркин

С 1908 г. для оппозиционных партий наступили тяжелые времена. Агентура Департамента полиции действовала эффективно, что в большинстве случаев позволяло успешно контролировать революционную среду. В этих условиях подпольные организации начали уделять серьезное внимание обеспечению безопасности от провалов и борьбе с агентурой Департамента полиции. На основе опыта подпольной работы были разработаны методы противодействия царским спецслужбам. Особое внимание обращалось на соблюдение строжайших мер конспирации: членам партии рекомендовалось сократить до минимума личные контакты и частную переписку, освоить тактику выявления наружного наблюдения и методы ухода от «наружки»; партийные функционеры получали навыки ведения шифрованной переписки, в том числе и после ареста. Для борьбы с полицейской агентурой предусматривалось создание следственных комитетов, на которые возлагалась обязанность тщательного расследования причин провалов. Основная задача, которую должны были решить партийные следователи, заключалась в выяснении причин ареста: вызван ли он нарушением правил конспирации со стороны революционеров или действиями полицейской агентуры. Следственные комитеты выполняли функции партийной контрразведки, а в некоторых случаях – карательного аппарата по отношению к установленным изменникам. Более подробно о методах работы революционной контрразведки мы расскажем далее.

Наиболее известным разоблачителем агентуры Департамента полиции был В. Л. Бурцев, основавший в Париже после поражения революции 1905–1907 гг. «Революционное сыскное бюро». Благодаря его деятельности были разоблачены многие секретные сотрудники (наиболее известный из них – Азеф). «Шерлок Холмс русской революции» добился успехов не только благодаря великолепным аналитическим способностям, но вследствие предательства некоторых сотрудников полиции. В мае 1906 г. контакты с Бурцевым установил чиновник особых поручений Варшавского охранного отделения М. Е. Бакай. До ареста в марте 1907 г. Бакай сообщил Бурцеву многие секреты политического сыска. В 1909 г. сотрудник Московского охранного отделения, а затем Департамента полиции Л. П. Меньшиков с копиями документов ушел за границу и передал Бурцеву сведения о сорока секретных сотрудниках. Впоследствии многие уволенные за неблаговидные поступки или обиженные несправедливостью начальства сотрудники полиции и агенты продавали Бурцеву известную им секретную информацию. Раскрытие секретной агентуры наносило большой ущерб деятельности органов политического сыска.

5 февраля 1909 г. в связи с разоблачением Азефа Трусевич направил начальникам охранных отделений и жандармских управлений циркуляр «О мерах по сохранению секретной агентуры». В нем говорилось:

«Последовавшее благодаря известным условиям разоблачение услуг, оказанных делу розыска инженером Евно Азефом, может с вероятностью вредно отразиться на приобретении новых и даже, быть может, на сохранении некоторых функционирующих сотрудников. Ввиду сего департамент считает необходимым прежде всего разъяснить, что правильно поставленная внутренняя агентура является одним из самых сильных средств борьбы с революционными выступлениями и предприятиями, а потому дальнейшее ее сохранение и развитие представляется необходимым. В случаях же замеченных колебаний в сотрудниках ввиду раскрытия роли Азефа надлежит указывать сомневающимся сотрудникам, что розыскные органы сумели сохранить в тайне работу Азефа в течение 16 лет и она огласилась лишь при совершенно исключительных условиях предательства и что властями приняты все меры к полному обеспечению тайны работы сотрудников.

Наряду с этим департамент вновь подтверждает делавшиеся им уже неоднократно указания по поводу так называемой „провокации“. При том условии, что каждый сотрудник является прежде всего членом подпольной организации, лица, руководящие ими, должны строжайше внушать сотрудникам совершенную недопустимость проявления последними инициативы в революционных предприятиях и вовлечения в таковые своих единомышленников или совращения на революционный путь лиц, не примкнувших к активной преступной деятельности, а равно участия в преступлениях против личности и имущества. Сотрудники категорически должны быть предупреждены, что при полной обеспеченности конспирации их корректных услуг розыску всякая провокационная деятельность непременно разоблачится как путем агентуры, так и в особенности на формальных расследованиях и на суде и что за такое нарушение своих обязанностей они будут предаваться неукоснительно в руки правосудия без всякой надежды на снисхождение, причем, конечно, будут приниматься все меры к защите их в тех случаях, когда обвинение в провокации будет возводиться на них заведомо ложно.

Наряду с этим надлежит зорко следить за деятельностью сотрудников путем освещения таковой при помощи посторонней агентуры, а когда возможно, и наружного наблюдения, которое особенно важно в тех случаях, когда сотрудники выбывают из мест, где с ними имеют непосредственные сношения представители осведомительной службы.

Имея в виду, что дело Азефа возбуждено исключительно с целью расстройства агентуры и внесения смуты в ряды розыскных органов, Департамент полиции считает своим долгом предостеречь таковые от придания чрезмерного значения упомянутому выступлению революционеров, на которое надлежит смотреть как на единственный случай, созданный небывалыми в истории правительств условиями. В этом событии лица, ведающие розыском, должны лишь почерпнуть новые силы и бодрость в упорном продолжении борьбы с преступным движением, памятуя, что вся их служба основана на риске и всегда является предметом самых усиленных забот и попечения со стороны высшего начальства.

О настоящем циркуляре Департамент просит немедленно поставить словесно в известность начальников железнодорожных жандармских полицейских управлений и отделений»[664].

В июне 1908 г. заведующим Особым отделом был назначен полковник Отдельного корпуса жандармов Е. К. Климович[665]. Он уделял большое внимание обучению и инструктажу представителей территориальных органов политического сыска. При нем началась практика прикомандирования к отделу опытных розыскных офицеров-практиков из провинции.

Е. К. Климович

В декабре 1908 г., после назначения Климовича градоначальником Керчи, Особый отдел возглавил полковник А. М. Еремин. В связи с имевшими место утечками информации из Департамента полиции в 1910 г. в структуре Особого отдела появилось агентурное отделение, где сосредоточились все совершенно секретные сведения о составе и деятельности российских и заграничных розыскных органов. Помещения Особого отдела были изолированы от других частей Департамента полиции, усилилась наружная и внутренняя охрана помещений. В канцелярии была окончательно утверждена номенклатура дел. Каждая партия или общественное движений имели свой номер (индекс), губернии также имели номера, а буквенное обозначение (литера) указывало на характер документов в деле. Например, дело 9, часть 4, литера «В» обозначало: эсеры, Архангельская губерния, списочный состав членов местной организации.