За тебя, Родина! - Илья83

неполный курс, не прошла даром, есть пара идей как сократить поголовье польского преступного быдла…

— Да, запомнил, Царь… — прохрипел Вуйчик, тяжело дыша.

Саша заметил как полыхнули яростью глаза Яцека когда он назвал его любимым польским ругательством по отношению к русским. Должно быть особенно обидно когда тот самый «русский быдло» называет так тебя самого? Ничего, пусть привыкает, сучонок. За все что натворили предки этого вот Хуйчика станут отвечать их потомки. И за Смуту и за Варшавскую заутреню, когда восставшие поляки убивали не только застигнутых врасплох солдат гарнизона Варшавы но и всех встреченных русских, в том числе беззащитных женщин. Да, потом Суворовские чудо-богатыри жестоко наказали повстанцев и жителей польской столицы за такое злодеяние, но погибших-то было уже не вернуть…

— Вот и хорошо, теперь можешь забирать своего напарника и валить с моей территории! — презрительно улыбнулся Саша, глядя как униженный Яцек с трудом встаёт на ноги, избегая смотреть на него.

Да уж, попади сейчас сам Александр в руки Вуйчика то его смерть точно не была бы лёгкой и быстрой… Вот только рано радовался этот пшек тому что его оставили на свободе и даже сохранили палец. Саша твёрдо решил убить его позже, независимо от того как сложатся обстоятельства. Такого вот Яцека не перевоспитаешь, переубедить можно только того кто колеблется, а этот уже всё для себя решил, он всегда останется врагом всего русского, станет презирать «клятых московитов» и вредить им всеми способами. Ну и зачем тогда оставлять врага живым? Ради гуманизма и привычной русской сердобольности, которая столько раз выходила стране боком? Чтобы потом его детям пришлось расхлёбывать последствия сострадания предков? Нет, такого геморроя нам не нужно! Пусть «Царь» станет тем зловещим персонажем каким поляки-русофобы, а потом и украинские националисты, будут пугать своих детей, ненавидеть и бояться с пелёнок! Раз для них добрый русский — слабый русский, значит получат сильного и жестокого русского! Захотят убить? Да пожалуйста, только в очередь, сукины дети, в очередь!

Другое дело что один в поле не воин, чтобы изменить ситуацию кардинально нужны надёжные люди разделяющие его взгляды, а где их взять? Да и риск провала или предательства будет повышаться с каждым новым соратником. Словом, пока лучше одному…

Оставив двух поляков приходить в себя Саша осторожно выглянул из кустов и не обнаружил ничего подозрительного. Вообще, этот закуток словно специально был расположен вдали от любопытных глаз. Неудивительно что эти два пшека решили на время заглянуть сюда.

Что ж, ещё не вечер а у Александра уже прибыток! Сколько точно составил его улов он не успел посчитать но явно немало. Настроение повысилось и он, снова заходя в зал ожидания, весело насвистывал песенку из мультфильма «Бременские музыканты». Не торопясь и не привлекая внимания Саша пересёк обширное пространство и вышел на улицу через главный вход. Подумал и повернул в сторону дома. Желудок опять стал требовать своего заполнения а на обед сегодня Ванда обещала приготовить очередное польское блюдо…

Глухие рыдания он услышал когда повернул за угол массивного здания вокзала и собирался углубиться в город. Какая-то женщина, прямо на тротуаре усевшись на странно знакомый чемодан, горько плакала, жалобно и с надрывом. Стоп… Да это же та самая учительница! Ирина, вроде бы! Точно! Но что она здесь делает? Почему не идёт в управление городского образования или как там называется это учреждение? О, кстати, раз у глупышки выманили деньги эти два придурка то имеет смысл вернуть учительнице её кровные? Да и украшения тоже, ему-то они не нужны. В принципе, справедливо, от него не убудет, всё равно ещё много останется на свои планы. Так и поступим, а то совесть уже снова начала давить…

Оглядевшись, Саша грустно усмехнулся. Некоторые прохожие смотрели на плачущую женщину но никто не останавливался, не интересовался что случилось. Причём не только «толстокожие» мужчины но и другие женщины, упорно старавшиеся делать вид что ничего и никого не видят. Как это похоже на реакцию людей в будущем! Что сейчас что тогда, всем на всё похуй! Конечно, кроме себя, любимого-любимой… Понятно, у всех свои проблемы но ведь каждый может оказаться в такой ситуации когда сам не справится и потребуется помощь! Не все по жизни одиночки, которые привыкли надеяться только на себя, есть и такие которым нужна поддержка.

Подойдя к учительнице Александр остановился рядом но та была настолько поглощена своим горем что не видела его в упор, спрятав лицо в ладони. Вздохнув, Саша присел рядом с ней на корточки, игнорируя любопытные взгляды львовян. Подумал, опять встал и положил свою руку ей на плечо… На этот раз реакция последовала.

Вздрогнув, девушка открыла заплаканное лицо и посмотрела на него снизу вверх. У неё был такой несчастный вид что у Саши дрогнуло сердце. Не успев даже подумать его руки привлекли её голову к себе и начали ласково поглаживать волосы. Это простое действие словно прорвало последние преграды сдержанности учительницы и она буквально заревела, прижавшись к нему головой и обхватив руками талию. Берет свалился с головы на асфальт но ей сейчас было явно не до него…

Преисполненный жалости Саша почти насильно поднял девушку на ноги, подхватил другой рукой её берет с чемоданом и зашёл в ближайший дворик, подальше от глаз любопытных прохожих. Площадка оказалась небольшая, несколько аккуратных скамеек и в центре небольшая статуя Девы Марии на постаменте. Он уже понял что в Польше это весьма распространённая практика, ставить в разных местах побольше католических распятий и статуй святых. На одну из этих скамеек Александр и усадил рыдавшую учительницу, сам присев рядом.

— Ну что ты, девочка… успокойся… Всё хорошо, никто тебя больше не обидит… — шептал он разные фразы самым мягким тоном каким только мог. Продолжая прижиматься к нему, девушка плакала, обильно смачивая слезами его пиджак, а Саша по-прежнему гладил её по голове, словно маленькую девочку…

Прошло не меньше пятнадцати минут прежде чем рыдания прекратились и девушка затихла у него на груди. Александр попытался переменить положение тела, так как оно онемело из-за долгого неподвижного сидения, и учительница, видимо, решила что он хочет встать. Она расцепила руки и тут же отвернула от него лицо.

— Извините меня, пожалуйста… Сама не знаю что на меня нашло… — тихо всхлипнув, произнесла учительница. — Спасибо вам что… что просто не прошли мимо. Я сейчас… только не смотрите на меня!

По-прежнему не поворачиваясь к нему лицом девушка быстро раскрыла сумочку, выхватила оттуда