Добро пожаловать в Америку! - Татьяна Глисон

все за ним бегала. Пить стала по-черному, так и спилась, – закончила свой рассказ Аля.

– Если б мне в школе сказали, что Вова Афанасьев преступником станет, ни за что бы не поверила. Помню каким он скромным и застенчивым мальчиком был, ресничками длинными хлопал, учился хорошо. Что с людьми происходит? – задумчиво сказала Рита.

– Мне Надия Танабаева в «Одноклассники» все время пишет, – сказала Мира, я с ней никогда не дружила, не знаю, что ей писать.

– Она не только тебе пишет, она всем одноклассникам пишет, – добавила Валя.

– Надия недавно в Курган переехала из Владивостока. Сначала все в гости ходила, но я ей бутылку не ставила, так она перестала ходить, – сказала Аля.

– Я видела ее лет 15 назад на Увале, когда к отцу в гости приезжала. Надия тоже у матери гостила, – вспомнила Рита. – Она мне рассказывала, как пять лет в тюрьме отсидела.

– Я слышала, что Надия сидела, но не знаю за что. Она тебе говорила? – спросила Лида.

– Да. Она после медучилища во Владивосток за романтикой, да и от отчима-пьяницы уехала. Там замуж вышла, сына родила. Муж шофером был. Медикам мало платят, вот Надия и решила пойти работать в морской порт кладовщиком на склад. У нее на подотчете корабельные моторы были и всякое другое оборудование. Когда она пошла в декрет со вторым ребенком и передавала склад новому кладовщику, оказалось, что одного мотора не хватает. Куда он делся Надия не знает. Чтобы его вывезти, кран нужен. Надия думает, что ее обманули, когда она склад принимала. Ее обвинили в краже в особо крупном размере, дали 5 лет колонии. Приговор отсрочили до исполнения ребенку одного года. Потом ее посадили, старший сын в садик ходил, а годовалого муж себе на грудь привязывал и весь день так с ним на машине работал. Вышла она из тюрьмы, как она сама сказала, совсем другим человеком. С тюремного чифиря перешла на водку. Работать никуда не брали. Потом устроилась санитаркой в больницу. Муж с ней развелся, у него уже другая женщина была. Сначала любовники были, а потом одна осталась. Дети подросли. Старший от рака в 23 года умер, младший в тюрьме сидит за грабеж. Он наркоман, все из дома вытащил и продал за дозу. Ему выходить скоро, вот она и смоталась из Владивостока, чтоб он к ней снова жить не пришел. Вот такая невеселая история. А у кого из наших все отлично сложилось?

– У Нади Григорьевой. Но тоже большая беда была – раком она болела. Муж у нее хороший, выходил ее. Живут богато, дружно, детей вырастили, внуками занимаются. Все, как и быть должно в счастливых семьях.

– Слава Богу, хоть у кого-то все нормально, – сказала Мира.

– Картошка поспела. Давайте есть, пока горячая. Лида, наливай еще по одной, – попросила хозяйка подругу, сидящую рядом с бутылкой вина.

Потом пели под гитару песни своей юности и разошлись, когда стемнело.

Рита старалась как можно больше помочь Алле по дому: мыла, скребла, белила. Мачеха особой аккуратностью не отличалась. Увидев у отца страшные наросты на ногтях ног, возникшие от сахарного диабета, она вызвала на дом мастера сделать ему педикюр. Он сперва отнекивался, но, когда почувствовал облегчение и перестал цокать ногтями по полу, обрадовался. Дочь заплатила педикюристке за год вперед, чтоб она приезжала раз в месяц к отцу. Вечерами Аллочка расспрашивала ее об Америке, охала и удивлялась, как по-разному живут люди в мире, а отцу Ритина жизнь была не интересна. Он оживлялся только когда садились за стол и жена доставала бутылку вина. Выпив рюмочку, отец, по обыкновению, начинал хвастаться своими знаниями и достижениями. Рита навещала подруг, познакомилась с родителями Наташи, жены двоюродного брата Андрея, и его детьми, была у мамы на кладбище. Ей очень хотелось съездить в Петухово, на родину матери, где она часто гостила в доме ее родителей, но по Российским законам она не имела права покидать Курган. И еще одна мечта не осуществилась: она не смогла повидаться с внучкой Полей. Еще из Бостона Рита писала ее матери Ане, чтоб та приехала с внучкой хотя бы на пару дней в Курган. Полине было уже 12 лет, а они еще не виделись. Аня пообещала, но потом стала всячески отнекиваться. Рита поняла, что она боится, что Рита возьмет внучкины волосы или другой биоматериал и сделает ДНК тест.

Отпуск закончился. Рита возвращалась домой. Она приехала в Екатеринбург вечером. Самолет на Франкфурт отправлялся через 3 часа. Рита устроилась с книгой в зале ожидания. Вскоре к ней подсел мужчина примерно ее возраста и попытался завязать разговор:

– Я во Франкфурт лечу. А Вы?

– У меня пересадка во Франкфурте, – вежливо ответила Рита, не отрываясь от книги.

– Меня вот друзья пригласили в гости. Мы с ними на одной лестничной площадке 10 лет прожили душа в душу. А Вы тоже в гости?

– Нет, домой, – не переставая читать, ответила Рита.

– А где же Вы живете? – опешил попутчик.

– В Бостоне.

– Это где?

– В Америке.

– Так значит Америка твой дом? – ехидно уточнил он, перейдя на «ты».

– Да, – спокойно подтвердила Рита.

– Сбежала, значит?! Вот из-за таких, как ты, Россия развалилась! Нет, чтоб Россию поднимать, так они сваливают! Легкой жизни захотели!

И его понесло… Рита, послушав немного, резко прервала мужчину:

– Вы разговариваете с гражданином иностранного государства. Вы оскорбляете меня. Я сейчас вызову полицию и Американского представителя в аэропорту. Может разразиться международный скандал, и Вас привлекут к ответственности.

Он опешил. Хотел еще что-то сказать, но передумал, встал, подхватил свой чемодан и быстрым шагом ушел из зала.

«А ты сам много для России сделал? – с горечью думала Рита. Я по крайней мере пыталась. Да и не по политическим соображениям уехала – любви и семьи хотелось. А легкая жизнь в Америке может только сниться. Америка ленивых не любит».

Дома Риту ждал неприятный сюрприз. Эрик без ее разрешения поселился в Юлиной комнате. Рита пыталась его выгнать, но Юля умоляла оставить отца ее ребенка. Рита сдалась. Спускаясь в кухню, Эрик был любезен, старался помочь в каких-то мелких работах по дому. Она радовалась, что у племянницы налаживается жизнь. Но вскоре Рита заметила, что как только Эрик появляется во дворе с работы, так Юлька бросается бежать в свою комнату. А потом у нее стали появляться синяки. Рита стала расспрашивать племянницу, но та упорно утверждала, что она то упала, то стукнулась сама. Теперь Эрик работал днем, а Юля работала ночами, ухаживая за