Добро пожаловать в Америку! - Татьяна Глисон

– Остальные поумирали: кто из-за пьянки, кто по болезни. Колю Дементьева месяц назад похоронили, – продолжала Валя. – От цирроза печени умер. Пил много.

И снова в памяти Риты вспыхнула жуткая сцена ее последней встречи с Колей. Они учились вместе до 8 класса. Рита была секретарем комсомольской организации школы, болела за честь своего класса, и вызвалась подготовить двоечника Дементьева к экзамену по русскому языку. Видимо в это время он и влюбился в нее. Экзамен он сдал, поступил в ПТУ, а Рита пошла в 9 класс в другую школу. И стали у нее утрами на пороге появляться цветы. Однажды зимой она заметила, что он за ней в окно ее комнаты подглядывает. Сделала вид, что не видит его. Потом у нее появился Саша Иванов из ее же класса в новой школе. И опять он был самым красивым парнем в классе. Виделись они с Колей несколько раз в кино, иногда сталкивались на улице.

После окончания десятого класса летом Рита провожала Элю домой в Лесхоз. Дело было вечером, часов в 10. Эля после того случая у бензоколонки боялась ходить одна, а Рита хотела казаться храброй и обычно провожала ее. В тот вечер, благополучно проводив подругу, Рита возвращалась домой. Идти надо было два километра лесом. Вскоре она услышала, как в лесу хрустят ветки под чьими-то ногами или лапами. Сердце заколотилось от страха, но она не позволила себе бежать. Она шла по лесной дорожке размеренным шагом, прикидывая в уме, сколько еще осталось до бензоколонки, где лес кончался и были люди. Шаги преследовали ее до самой колонки. Теперь она перешла шоссе, еще один небольшой перелесок, и вот ее дом. В окнах было темно. Родители, видимо, спали. Рита подошла к калитке. Вдруг от дерева отделилась фигура и пошла к ней. У Риты от страха затряслись руки, и она никак не могла открыть калитку. Фигура приблизилась, и в лунном свете Рита узнала Колю.

– Привет, – сказал он. – Ты что такая напуганная? Меня испугалась?

– Вот еще, – передернув плечами ответила Рита. – С чего мне тебя бояться. За мной в лесу кто-то всю дорогу шел, когда я из Лесхоза возвращалась. Может волк.

Он захохотал:

– Это я был. Ты же дурная, потащилась Эльку ночью провожать. Вот я и пошел следом, чтоб охранять тебя.

– Ну спасибо! А что ж ты не сказал мне об этом? Я всю дорогу шла тряслась!

– Думал прогонишь. У тебя же теперь парень есть, – криво усмехнулся Ритин защитник.

Он наклонился вперед, и Рита почувствовала запах перегара.

– Меня в армию осенью забирают, – сказал Коля, пытаясь обнять ее за плечи.

– Руки убери. Сам же сказал, что у меня парень есть.

– Я тебя никому не отдам. Ты моей будешь, – прошептал он, обнимая и пытаясь поцеловать Риту.

– Сдурел что ли?! – изумилась она. Парень прежде даже близко боялся к ней подойти.

– Моей будешь, моей будешь, – в каком-то исступлении бормотал он, покрывая Риту поцелуями.

– Отпусти сейчас же! – Забарабанила Рита кулаками по его груди.

Прежде он немедленно и безоговорочно выполнял все ее приказы, но сейчас Николай поднял ее за плечи в воздух, посмотрел в глаза и решительно сказал:

– Ты будешь моей, сейчас.

Он прижал ее к груди и опустился на траву вместе со своей добычей. Парень он был высокий, по-крестьянски плотный и сильный. Рита, привыкшая к его подчинению, разозлилась. Она стала вырываться и колотить его куда попало. Это еще больше раззадорило парня. Началась игра в кошки-мышки. Рита не помнит сколько прошло времени, прежде чем ей удалось освободиться из его рук. Она вскочила на ноги, выхватила из поленницы дров бревно и, тяжело дыша, сказала подходившему к ней Николаю:

– Не подходи, убью.

И было, видимо, в ее голосе столько решительности, что он отступил. Сел у ее ног, обхватив руками свои колени, в его взгляде, устремленном на нее, было что-то щенячье.

– Прости, – сказал он и опустил глаза.

Рите стало жаль его. Она опустила полено и села рядом так же, как и он, обхватив колени руками.

– Что с тобой? – сочувственно спросила Рита.

– Повестка сегодня из военкомата пришла. Хотел тебе в кино сказать, но ты с Элькой была. Вот и потащился за вами.

– А нападал зачем?

– Думал, что, если это с нами случится, ты из армии меня ждать будешь.

– Вот дурак!

– Сам знаю, что дурак.

Дверь в доме открылась, полусонный отец прошлепал в уличный туалет.

Рита поднялась на ноги.

– Я пойду, отец увидит, что меня нет, ругаться будет. Ты еще полюбишь кого-нибудь лучше меня, – добавила она на прощанье.

Он ничего не ответил.

Потом Колин друг Вовка Панкратьев передавал ей приветы от Николая из армии, а потом Рита вышла замуж. Больше они не встречались.

Аля посмотрела на Риту:

– Помнишь, как он в тебя влюблен был? Он и на Рите женился, наверное, только из-за имени. Плохо они жили. Он пил, бил ее, а она баба хозяйственная, работящая. Он как встретит меня, всегда про тебя спрашивал: где ты да с кем ты.

Рите стало грустно. Если бы она могла любить тех, кто ее любит, если бы могло быть так, чтоб ее любили те, кто был ей небезразличен. Но, увы: «Мы выбираем, нас выбирают, как это часто не совпадает…»

– Галка Трапезная спилась, под заборами в прямом смысле валяется. Сын пытался ее лечить, но она снова запила пуще прежнего. Муж у нее золотой, не бросает ее. Сам тоже попивает, но не так сильно. Находит ее на улице и домой притаскивает. Детей у нее трое. Галка говорит, что одно у нее в жизни счастье – дети от Афанасьева.

– Ага, еще одна любовная история нашего класса. Я и не знала, что она так Вовку любила. Она же за ним сразу стала бегать, как в 7 классе к нам приехала, – с некоторым ехидством заметила Тома.

– Она, наверное, и спилась от неразделенной любви. Уж что она только ни делала, чтоб с ним быть. Вовка за кражи два раза сидел. Первый раз Галка ждала его два года, ездила на свиданки, посылки высылала. А он вышел и наплевал на нее. Она замуж вышла, вроде нормально жили первое время. Потом Вовка опять сел, Галка узнала и снова к нему на свиданки стала ездить. Говорит, что двух последних детей оттуда привезла. Потом Афанасьев вышел из тюрьмы, с бабой какой-то жить стал. Так Галка у него под окнами ночи простаивала. Он выходил материл ее, в морду давал, а она