Жизнь и смерть величайшего биржевого спекулянта - Ричард Смиттен

Он чувствовал себя великолепно, гордился своими свершениями. У него не бьшо не малейших подозрений, что беда стоит прямо за углом, беда огромных размеров.

ГЛАВА 5 Хлопковый король

Единственный раз в жизни я действительно потерял деньги. Это случилось тогда, когда я нарушил свои собственные правила..

Джесси Ливермор своему сыну

ДЖЕССИ ЛИВЕРМОР ТЕПЕРЬ БЫЛ БОГАТ И УСПЕШЕН. ОН МОГ удовлетворить любую свою прихоть. А Ливермор любил красивых женщин. Газеты дошли до того, что заявляли, что он влюбился в знаменитую Лиллиан Рассел, подружку "Бриллиантового Джима" Брэди.

Рассел была известна как "первая красавица Америки". Женщина с классической внешностью, она родилась в 1861 году в Клинтоне, Айова. Ее настоящим именем было Хелен Луиза Леонард. Вместе со своей семьей она переехала в Нью-Йорк после Гражданской войны. Она брала уроки вокала, когда Тони Пастор услышал ее и нанял на работу, чтобы она появлялась в его казино. Позднее она появилась в труппе "МакКол Опера", в концертном зале "Вебер и Филдз", до того как она основала свою собственную труппу. На рубеже веков в Нью-Йорке она была событием. Она обожала ювелирные украшения и была общительной, ослепительной личностью. Неудивительно, что она влюбилась в Бриллиантового Джима.

Бриллиантовый Джим был таким же напыщенным и колоритным, как Расселл. Он начал карьеру как носильщик на вокзале, а затем стал продавцом, и в конечном итоге -поставщиком оборудования на все железные дороги Соединенных Штатов. Первым, что он продал, что составило его первое состояние, была колючая проволока. Человек с

гигантским аппетитом, по мнению некоторых людей, умер от обжорства в 1917 году. Он украшал свое тело бриллиантами: булавками, запонками и кольцами. Даже в его брюки были вшиты бриллианты - в качестве пуговиц, поддерживающих его внушительные подтяжки. И он любил дарить бриллианты, особенно первой красавице Америки, Рассел.

Бриллиантовый Джим был легендой и как гурман. Писали, что он доходил до невероятных крайностей, чтобы удовлетворить свою тягу к удовольствиям. Предполагалось даже, что он заслал шпиона в кафе "Маргери" в Париже, чтобы тот украл рецепт знаменитой камбалы Маргери. Когда шпион вернулся в Нью-Йорк, успешно выполнив задание, Брэди устроил ужин в честь Виктора Герберта, композитора, и Маршалла Филда, короля универсамов, чтобы представить блюдо на их суд. Пока они ели, Бриллиантовый Джим воскликнул: "Полейте этим соусом хоть чертово турецкое полотенце и можно будет его есть!"

Ходили слухи, что Ливермор начал ухаживать за Рассел в 1907 году, сразу после того, как во время паники он заработал свой первый миллион. По общему мнению, он ужинал с ней по всему Нью-Йорку и украл ее у Бриллиантового Джима. Слухи получили официальное подтверждение, когда газеты сообщили, что они вместе отправились в круиз на Палм-Бич на борту "Аниты Венишиан ".

Но это не Ливермор ухаживал за Расселл - а его добрый друг, Александр Моор, который в то время был женат. Впоследствии Моор станет послом в Испании и останется другом Ливермора на всю жизнь. Богатый и привилегированный от рождения, Моор восхищался Ливермором, и уважал его, человека, своими руками сделавшего себя трейдером.

Ливермор внутренне улыбнулся, читая об их романе в "Полис Газет". "Газет" обвиняла его в том, что он стал причиной разрыва самой знаменитой пары в Нью-Йорке. Ливермор обожал свои маленькие секреты. Он, Моор и Расселл знали, что происходит на самом деле, и этого было достаточно.

У Ливермора было все. Именно в тридцать с небольшим лет он стал легендой Уолл-Стрит. Сам Дж.П.Морган однажды попросил его прекратить играть на понижение рынка. Головокружительный рост для молодого трейдера, всего добившегося самостоятельно, у которого не было настоящего образования или родственников, которые обеспечивали бы ему социальное положение или же ставку, чтобы он мог начать свое дело.

Он продолжал жить в Палм-Бич в отеле "Брейкерз", в компании Расселл и своего элегантного друга Моора. В банке у него лежало 3 миллиона долларов. Жизнь была прекрасна. Что могло случиться?

Все трое наслаждались чудесным обедом в "Брейкерз", а затем взяли два педальных такси, знаменитых белых плетеных трехколесных такси Палм-Бич, приводимых в движение хорошо одетыми черными водителями, крутящими педали, до "Брэдлиз Бич Клаб", чтобы немного поиграть. Расселл и Моор направились прямо к рулетке, а Ливермор сел за шемин-де-фер. Через некоторое время он ушел из-за стола и присоединился к Эдварду Брэдли, владельцу клуба, чтобы выпить с ним по рюмочке в баре.

Перси Томас, Хлопковый Король, также присутствовал в баре, он в одиночестве сидел за соседним столиком. "Жаль Хлопкового Короля", - сказал Ливермор.

"Да. Он был одним из наших лучших клиентов", -добавил Брэдли. - "Он мне нравится и мы принимаем как должное то, что он не будет играть до тех, пока вновь не встанет на ноги. Но мы всегда рады, когда он заходит пообедать или что-нибудь выпить".

Разговор ушел в другое русло. Брэдли закончил пить свою газировку - единственное, что он когда-либо пил - и вышел из-за стола. Томас подошел к Ливермору и спросил: "Мржно я составлю вам компанию, господин Ливермор?"

"Конечно, и зовите меня Джей Эл", - ответил Ливермор и кивком пригласил его присесть на свободный стул.

Томас был уравновешенным, культурным, эрудированным и привлекательным. Он обладал природным даром - способностью говорить на любые темы. Они говорили о музыке. Ливермор любил классическую музыку и легкую оперу. Это было одной из причин, почему ему нравилась Расселл. Они с Моором ходили на многие ее спектакли.

В конце концов, Томас подошел к непосредственной цели своего визита. "Джей Эл, у меня есть некоторые задумки, и я хотел бы перейти прямо к делу".

"Конечно, пожалуйста", - сказал Ливермор.

"Давайте станем партнерами на рынке хлопка".

"Я польщен. Если бы я готов был стать кому-то партнером, то, возможно, это были бы именно вы. Но я уверен, что вы знаете, что я играю один. Всегда играл и всегда буду. Я знаю, что вас считают всемирным экспертом на рынке хлопка, и я всегда восхищался Вашей игрой на рынке. Но я играю один. Это одно из моих правил".

"Послушайте, молодой человек. Я никогда не встречал такого трейдера, как вы. То, как вы выбрались из расставленной Каттеном ловушки - корнера на рынке кукурузы, было действительно потрясающе. Каттен был уверен в своей победе. И откуда вы знали, что те ребята в Чикаго купятся на эту игру по овсу, когда казалось, что покупателями являются Арморы? Мастерская игра, здорово!"

"Немного удачи и хороший расчет, вот и все".

"Скорее прилив вдохновения, а размещение этой статьи в "Уорлд" - Ливермор загоняет в угол рынок хлопка. Просто блестяще, мой мальчик, просто блестяще!"

"Я не размещал эту статью. Я был удивлен не меньше остальных. Именно поэтому мне нравится играть одному. Я не люблю кому-либо объяснять мои ходы и я не утруждаю себя объяснениями и жалобами в случае ошибки. Просто я не хочу работать с кем-то, кому мне придется объяснять свои действия".

"Я понимаю и уважаю то, что вы говорите, Джей Эл". - Он сделал паузу. - "Вы знаете, что я вылетел на мартовском хлопке, получил пинок под зад и я пришел к вам в минуту слабости".

"Я сам полностью разорялся несколько раз и всегда вновь поднимался. Вы тоже поднимитесь". Ливермор принес с собой чековую книжку. Он сунул руку в карман и достал ее вместе с ручкой. "Для меня будет честью оказать вам финансовую помощь. Просто назовите сумму".

"Нет, сэр, благодарю вас, но не это было моей целью. Я проиграл потому, что у меня нет вашего опыта заключения сделок, вы чувствуете рынок, умеете правильно выбирать время. И именно поэтому я хочу, чтобы вы стали моим партнером".

"Мое решение остается непоколебимым. Я работаю

один".

Возникла долгая пауза, во время которой Хлопковый Король изучал молодого Джесси Ливермора в его черном шелковом смокинге. Он улыбнулся молодому человеку. "Но ведь у нас нет причин, чтобы не остаться друзьями, не так ли?"

"Конечно, нет. Давайте пообедаем завтра в "Брейкерз". Я представлю вас своим друзьям".

Вечером следующего дня они вместе пообедали. Они наслаждались компанией друг друга в баре "Брейкерз", на пляже, в танцевальном зале, слушая оркестр. В конце концов, они стали неразлучными друзьями. Хлопковый Король и Мальчик-Игрок представляли собой то еще зрелище. Если к ним присоединялись еще Расселл и Моор, то куда бы они не пришли, везде, подобно мягкому тропическому бризу, начинались перешептывания.

Томас уделял особое внимание обучению Ливермора работе на рынке хлопка - поведал ему всю историю хлопка в Америке, включая происхождение всемирного спроса на хлопок, где взять хлопок для удовлетворения постоянно растущего спроса на него. Он рассказал Ливермору о новых посадках египетского хлопка и размышлял на тему, сработает ли это и какое влияние это окажет на всемирную торговлю. Это был полный и подробный продвинутый университетский курс по хлопку, прочитанный самым умным, наиболее известным экспертом в этой области.