За что мне такому хорошему такая хреновая жизнь? Креативный антивирус для мозга - Алексей Капранов

Но самая опасная вина навешивается не другими, а происходит от внутриличностных ролей, которые мы играем для внутренней мамы. Это наша совесть, когда никто не знает, а мы себя живьем съедаем. Допустим, есть роль «мать». И если вас вызывают в школу – это социальная роль, «мать его»: «Ах, она сменную обувь забыла. Я с ней обязательно поговорю!» Домой приходите, включается межличностная мать: «Слышишь, дорогуша, долго я за тебя краснеть буду?» Затем просыпается третья мать, или внутренняя мама: «Что ты наорала на ребенка? Она в таких сандаликах уже стесняется в школу ходить, поэтому их забывает!» И больше всего мы страдаем именно от внутренней мамы.

Можно ли стоять на потолке?

А можно ли вообще избежать чувства вины?

Любая роль укладывается между двумя аномалиями: верхняя граница – это потолок, а нижняя – плинтус. Все, что выше потолка – подвиг. Все, что ниже плинтуса – преступление. А между потолком и плинтусом – нормальная жизнь.

Но слово «нормально» для женщин и мужчин имеет разный смысл. Для мужчин «нормальный мужик» – это комплимент. А если женщине сказать, что она нормальная, как все, она готова убить. Она никогда не согласится быть нормальной.

В нашей стране мы всегда должны стремиться к идеалу, подвигу. Для подвига даже хорошее слово нашли – «настоящий»: «настоящий = герой», («Повесть о настоящем человеке» – повесть Бориса Полевого, написанная в 1946 году). Чтобы стать настоящим человеком, человеку нужно как минимум стать военным летчиком, потом его должны сбить в бою, он должен проползти и отморозить ноги, затем встать на протезы, сплясать чечетку и снова сесть за штурвал самолета.

Раньше нас «стимулировали» манипуляцией «Все могут, а тебе слабо…?» И мы доказывали, что тоже можем как все остальные, что мы не хуже всех.

Анекдот в тему

– Доктор, у меня комплекс неполноценности!

– Нет у вас комплекса неполноценности.

– Доктор, а что тогда у меня?

– Вы просто неполноценны.

Теперь манипуляции гораздо круче: «Ну, и кто ты, после этого?». «Ну, и какой ты… (роль)?»

И мы постоянно должны доказывать, что мы настоящие. Подтянули цитату из «Фауста» Гёте: «Лишь тот достоин жизни и свободы, кто каждый день идет за них на бой».

Нам, кровь из носа, нужно быть настоящей женщиной, настоящей матерью, настоящим мужчиной, настоящим работником и т. д. Либо мы настоящие, либо никакие, то есть недочеловеки и недо… все остальные роли. И как жить?

Пока мы не совершим подвиг, будем считаться ненастоящими.

Наша беда оттого, что мы знаем, как правильно, и все оцениваем через призму крайностей «либо-либо», но не учитываем, что между ними есть еще оттенки. Например, у нас есть достоинства и недостатки. Мы все стараемся скрыть недостатки и выставить достоинства. Например, не показать лень, ложь, жадность, глупость, эгоизм, вспыльчивость, грубость, коварство, ревность, зависть. И, наоборот, выпятить трудолюбие, искренность, щедрость, ум, справедливость, спокойствие, вежливость. Вот, я пишу, что говорите вы. Ум – это достоинство, да? А трудолюбие? А как же тогда фраза: «Дураков работа любит»?

А теперь представьте, что ваш муж состоит из одних достоинств. Он очень трудолюбивый – работает вообще не за деньги, а из любви к труду; очень щедрый – зарплату домой почти не доносит, помогает всем; спокойный – вы на него орете, а ему пофиг; искренний – приходит и сознается во всем. Весело? А вроде мужчина состоит из одних достоинств.

Чем тогда отличаются достоинства от недостатков? На самом деле у человека нет ни достоинств, ни недостатков. Есть такая фраза: «Люди состоят из недостатков, и только некоторые из них называют достоинствами». А можно сказать, что вы состоите из одних достоинств, а некоторые из них недостатки. Есть качества, которые либо нравятся, либо не нравятся. Граница между достоинствами и недостатками там же, где и граница между разведчиком и шпионом. Разведчик работает на Родину, а шпион против.

Поэтому если качества работают за нас – то это достоинства, а если против нас – недостатки.

Если ваш муж щедр для вас – ништяк! А если для всех – козел.

Поэтому наш плинтус задирается выше потолка. Либо я настоящий герой, либо никакой, а значит, преступник. Конечно, до потолка допрыгнуть можно, но стоять там точно не получается. Мы все не застрахованы от ошибок. Идеальными быть невозможно. Поэтому и живем мы в такой «Ж» с бешеным комплексом вины и неполноценности.

Вам в помощь

Пора, наконец, определить, какие роли вы играете и что с ними делать. Как вернуть свой плинтус на место и стать счастливее? Сейчас мы подключим третью внутреннюю фигуру – Взрослого. Он выступит адвокатом вашего внутреннего ребенка перед родителем и облегчит вам жизнь.

Это упражнение необходимо для того, чтобы научить мозг думать по-другому, как вы раньше не могли себе позволить.

Возьмите свой блокнот и ответьте на вопрос «Кто я?». Это ваши роли. Напишите 20 слов на отдельном листочке. Начните с самых простых, социальных ролей. Например:

– сосед;

– покупатель;

– пассажир;

– водитель;

– пешеход.

Сложные роли «сын» или «дочь» не пишите. Эту роль лучше не брать, так как ребенок а) не должен расстраивать маму, б) должен радовать маму, то есть быть хорошим, а для этого играть все мелкие роли так, чтоб мама могла им гордиться (минимум на 6 баллов, по пятибалльной шкале).

Для того чтобы научиться жонглировать, не надо брать ни хрусталь, ни чугун.

Затем на каждом листочке под ролью пропишите свой потолок (подвиг), то есть ролевые ожидания. Настоящая (роль) должна. Например:

Настоящий сосед должен:

– знать всех соседей поименно;

– поддерживать чистоту на смежной территории;

– делиться: солью, спичками, небольшими суммами денег, инструментами… и т. д.;

– в случае отсутствия соседей:???

И всё, всё, вплоть до абсурда, пока мы его не выпишем, мы не сможем осознать, что это НЕВЫПОЛНИМО!

Это все то, что от вас требуется. Ведь, настоящий человек – это тот, кто приносит 100 % пользы другим. Но если вы приносите пользы меньше, чем 100 %, вы виноваты, так как недодали.

Теперь начертите свой плинтус. Это 0 % пользы (меня нет). Пропишите правило: Отсутствие пользы – еще не вред!

Ниже пропишите преступление или вред в данной роли. Все пакости и подлости, которые может сделать очень плохой сосед. Например,

– засунуть спички в замочную скважину;

– залепить жевательной резинкой глазок;

– и т. д.

Дальше задаете себе вопрос: А я это делаю? И обязательно фразу А ведь мог(ла) бы!

Если нет, то я замечательный(ая)… (роль), вы еще плохих не видели!

И так по каждой роли ваш внутренний взрослый должен выступить адвокатом вашему внутреннему ребенку.

Где же скрывается мое настоящее Я?

Если мы постоянно играем роли, возникает закономерный вопрос: «А бываем ли мы вообще когда-нибудь сами собой?»

Мое Я во сне

По-настоящему со своим Я мы встречаемся только во сне. Здесь не имеет значения ни возраст, ни мораль, ни знания, ни статус, ни наличие детей, ни приличия, мы ходим голые, бесстыжие. Во сне просыпается наше настоящее Я. Что касается морали – это правила общежития, которые мы держим в нашей оперативной памяти. А если ее подгрузить, то мы теряемся и не осознаем, кто мы. Так, при ретроградной амнезии человек теряет все моральное.

Ко мне как-то пришла одна женщина. Она прошла Афганистан, получила контузию, у нее была амнезия. Когда она пришла с войны, она не признавала ни мужа, ни ребенка. Вычеркнулись все роли. Но навыки, то, что становится нашей привычкой, или, иначе говоря, наша нравственность, не теряется.

Как-то американцы провели эксперимент. Они откупили детский садик после ремонта на несколько дней, собрали лучших специалистов по эргономике (это новое направление, как сделать помещение уютным) и поручили им сделать полный отчет, как ребенок тактильно и визуально реагирует на помещение. Для этого им пришлось встать на колени, ползать по полу, смотреть в окно так же, как это делают дети. Через 5 минут дяденьки и тетеньки забыли, что они взрослые, и стали драться из-за машинок и куколок. Таким образом наше настоящее Я и проявляется.

Ролевое преступление

Итак, в своих должностных обязанностях мы забываем, кто мы. А в течение жизни у нас накапливается масса ролей. По каждой роли у нас есть ролевые ожидания. В нашем сознании Я должен Это (ролевые ожидания). Преступление возникает, если мы не хотим Это – 50 % вины, или хотим не Это – 100 % вины. Дешевле получается ничего не хотеть.

Допустим, вы домохозяйка, и вы должны уметь готовить. Есть у нас такая роль. Но вы совсем не любите и не хотите готовить, вам проще сходить в кафе и перекусить. Но приходит домой голодный муж и вопит: «Почему ужин не готов? Ты же дома сидишь, должна меня накормить». И вот оно, родное чувство вины накрывает.