Исчезнувшая Луна - Ли Брэкетт

Харкер начал резать стебли ножом и обнаружил вход в пещеру — зазубренное отверстие, промытое в гладком дне того, что, вероятно, когда-то было рекой.

— Эта тяга идет с вершины плато, — сказал Харкер. — Видимо, там дует ветер.

У Маклерена и Сэма медленно и робко стала появляться надежда. Все трое, не произнеся ни слова, вошли в туннель.

Глава 2

Чистый воздух действовал как тонизирующее средство, а надежда пришпоривала их.

Туннель начал резко подниматься.

Теперь Харкер слышал вдали низкое грохочущее бормотание воды. Похоже, там текла подземная река. Разведчиков окружала глубокая тьма, но камень под ногами был гладким и ровным, и поэтому шли они быстро.

— Что-то светится впереди, — сказал Сэм.

— Угу, — ответил Харкер, — вроде фосфоресценции. Не нравится мне эта река. Она может остановить нас.

Разведчики молча зашагали дальше. Свет впереди усилился, воздух стал более влажным. На стенах появились пятна фосфоресцирующего лишайника, испускающие болезненное, лихорадочное сияние. Шум воды стал громче.

На реку они наткнулись неожиданно.

Она текла поперек туннеля по широкому каналу, прорытому глубоко в камне.

Уровень воды находился ниже прежнего русла потока, поэтому туннель оставался сухим. Река была широкая, медлительная и величественная. На потолке и стенах лишайники блестели. Тусклый свет их красок отражался в воде.

Над водой чернела вырубленная в скале широкая, уходящая ввысь труба. Холодный воздух дул из нее с ураганной силой. Большая часть тяги рассеивалась в главном речном туннеле. Харкер решил, что на поверхности имеется какое-то скалистое образование, которое направляет ветер вниз. Труба была совершенно недоступна.

— Я думаю, — сказал Харкер, — что мы пойдем вверх по течению, по краю.

Камень был довольно сильно изъеден эрозией. На разных уровнях торчали широкие выступы.

Маклерен сказал:

— Что если эта речка идет не с поверхности? Что если она начинается от подземного источника?

— Тогда мы сломаем шеи, — ответил Харкер. — Пошли.

Они двинулись. Через некоторое время в воде появились золотистые существа.

Увидев людей, они замерли, а затем поплыли снова.

Они были не очень крупные — примерно, с двенадцатилетнего ребенка. Тела их походили на человеческие, но плавали они с помощью перепонок. Кожа их сияла тем же бледно-золотистым цветом, что и лишайники на стенах, черные глаза не имели век. Лица же… Харкер просто не знал, с чем их сравнить, смутно вспоминая золотые одуванчики, которые росли на летних земных лужайках. Головы и лица Пловцов походили на эти одуванчики, и могли двигаться самостоятельно, словно были не только декоративными, но и сенсорными органами.

— О господи! — воскликнул Харкер. — Кто они?

— Они похожи на цветы, — сказал Маклерен.

— А по-моему, вроде рыб, — отозвался Сэм.

— Держу пари, что они и то, и другое. Это, скорее всего, плэнни[1] из амфибий. Видал я в болотах разные диковинки, но им далеко до этих. Вы только посмотрите! У них человеческий взгляд!

— Они и по виду почти как люди.

Маклерен вздрогнул.

— Я бы предпочел, чтобы они не смотрели на меня.

— Пусть себе смотрят, — махнул рукой Сэм. — Меня это не тревожит».

Существа стали приближаться, без усилий двигаясь против течения. Некоторые начали карабкаться на низкий выступ, возвышающийся за спинами людей. Они были проворны и грациозны, но чувствовалось в них что-то неприятно детское. На сушу выбралось пятнадцать или двадцать Пловцов, напомнивших Харкеру банду озорных ребятишек, только озорство их было бездумно-злобным.

Харкер приказал своим товарищам отступать, а сам приготовил нож и сжал в правой руке короткое копье.

Шум реки изменился, канал расширился, и Харкер увидел, что туннель впереди заканчивается широкой темной пещерой — там река превращалась в озеро и медленно переливалась через низкую и широкую каменную губу. В озере резвились сотни золотистых Пловцов. Они тут же присоединились к своим товарищам, смыкая кольцо вокруг троих людей.

— Мне это дело не нравится, — проворчал Маклерен. — Чего доброго, они сейчас устроят шум.

Так и случилось. Под сводами пещеры раздалось пронзительное хихиканье. Существа, сверкая глазами, стремительно плыли вдоль выступа, высовывались из воды, хватали людей за лодыжки и смеялись. У Харкера свело внутренности.

Маклерен орал и лягался, острые, как иглы, когти впились в его лодыжку. Сэм ударил копьем в мягкую, бескостную золотистую грудь. Легкое перепончатое тело взлетело в воздух, разбрызгивая зловонную, зеленоватую кровь. Действуя копьем, точно бейсбольной битой, Харкер столкнул двух чудовищ обратно в воду, потом сшиб с выступа еще двух — они были, на удивление, легкими — и закричал:

— Давайте наверх, на высокий выступ! Надеюсь, туда они не залезут!

Он протолкнул Маклерена вперед, помог Сэму отбиваться от наступавших сзади, и все трое устремились по крошившейся под ногами тропе. Маклерен добрался до самого верха и швырял камни в атаковавших. По потолку пещеры бежала большая трещина — шрам, оставшийся после какого-то древнего землетрясения. Здесь начинался небольшой уклон.

— О'кей, — проорал Харкер. — Мы под самым потолком. Сюда им не забраться.

Плэнни прекрасно плавали, но по камням они ползали плохо. Они отчаянно цеплялись за выступы, соскальзывали обратно и угрюмо возвращались в воду. Наконец маленькие монстры ухватились за тело своего товарища, убитого копьем Сэма, и стали пожирать его, злобно ссорясь из-за каждого куска.

Маклерена вырвало. Харкер тоже чувствовал себя не слишком благополучно. Сэм помог Маклерену перевязать кровоточащую ногу.

Высокий выступ, на который они забрались, огибал стену большого озера. Здесь было холоднее и суше, но совершенно темно, потому что лишайники исчезли. Харкер крикнул, и эхо его голоса вернулось не скоро: пещера оказалась куда более обширной, чем они думали.

Внизу, в черной воде, золотые тела кометами прочерчивали темноту, поспешно направляясь в неизвестное. Харкер осторожно ощупывал дорогу. Кожа его шевелилась от предчувствия опасности, от ощущения чего-то невидимого, незнакомого и злобного.

— Я что-то слышу, — сказал Сэм.

Они замерли. В воздухе разлился слабый запах чего-то пряного, сладкого, гниющего. Откуда-то спереди доносился мягкий шорох. Харкер решил, что там входное отверстие для воды. Но Сэм имел в виду не это. Он обратил внимание на странный сухой хруст, шедший отовсюду. Черная поверхность озера была теперь усеяна фосфоресцирующими пятнами. Они быстро росли, сближались и вскоре превратились в сплошной ковер из цветов — голубых, золотых и пурпурных, а на цветах сидели сверкающие Пловцы.