Взаперти - Анна Сергеевна Одувалова

Наверное, считает, что у меня сорвалось свидание. Хочу пояснить ему, что это не то, о чем он думает, а потом решаю: «К демону! Я даже его не знаю!», поэтому вежливо прощаюсь.

Поднимаюсь, ноги ватные. На прощание оставляю на столе чаевые и выхожу на улицу, под начинающийся дождь.

Ветер на набережной стал еще сильнее. Поднимаю воротник, но холод пробирает до костей. Иду вдоль воды, не разбирая дороги. Волны шипят, выплёвывая на камни водоросли и обломки ракушек. Где-то вдалеке кричит чайка — звук похож на детский плач.

— Мирс!

Голосок тонкий, словно звон хрустального колокольчика. Оборачиваюсь — девочка. Лет семи, русые косички, платье в синий горошек, слишком лёгкое для такой погоды. Да и сама девочка очень странно смотрелась на ночной набережной. Но прежде, чем я успеваю спросить ее, кто она и чего хочет, дна тянет мне конверт, перевязанный чёрной лентой.

— Вам просили передать!

Беру конверт и тянусь к ленте, но девочка очень серьезно говорит, прикрыв мою руку маленькой, холодной ладошкой.

— Он сказал, открыть позже…

Пока я моргаю, пытаясь разобраться со всей гаммой эмоций, девчонка убегает и я решаю ее не останавливать. На губах появляется улыбка. Он все же тут. Я не ошиблась.

* * *

Стою, сжимая конверт так, что пальцы белеют. Туман плывёт по набережной, как дым от костра, скрывая маяк и силуэты рыбацких лодок. Где-то за спиной слышу шуршание — оборачиваюсь, но лишь чайка взмывает с криком.

Он нашёл способ связаться со мной. Но почему не пришёл сам?

Поворачиваю свёрток. Печать — инициалы на расплавленном сургуче, точь-в-точь как на его перстне. Рука дрожит, едва касаясь угла. Что, внутри? Очередное разочарование или… надежда?

— Карго-о-о!

Карканье разрывает тишину. Чёрная тень пикирует с крыши кафе, крылья бьют по лицу ледяным ветром. Ворон вцепляется когтями в рукав, глаза-бусины горят яростью.

— Отвяжись! — вскрикиваю я, прижимая конверт к груди, не понимая, чего нужно приспешнику Джаспера.

— Кр-р-рыс-са! — скрипит он, клюв щёлкает в сантиметре от глаза. — Должна кр-р-рыс-су! Или глас-с… Залог!

— Не отдам! — Я бросаюсь в сторону, спотыкаясь о мокрые камни.

Карго взмывает вверх, конверт хлопает в его клюве. Сургучная печать цела, но уголок бумаги мелькает, дразня обрывком буквы «Д».

Давид…

— Верни! — Я нелепо прыгаю, пытаясь схватить птицу, но пальцы скользят по перьям. Ворон каркает, кружа над головой, будто смеётся.

— Конверр-р-рт за кр-р-рыс-су!

Он резко взмывает вверх, конверт невредим в клюве. Бегу вдоль пирса, камни скользят под ногами, волны хлещут по щиколоткам.

— Джаспер тебя подослал⁈ — кричу в пустоту. — Скажи ему, я не боюсь!

Ответа нет. Только эхо карканья, растворяющееся в тумане.

Останавливаюсь задыхаясь. Руки пусты. На камнях — чёрная лента, сорванная с конверта. Поднимаю её, сжимаю в кулаке. Шёлк холодный, как кожа змеи.

Сегодня я узнала главное. Давид здесь, и он обязательно меня вытащит из этого ада, но надо вернуть письмо. Я уверена, там что-то важное. Но узнаю я это, только когда найду пернатому вымогателю крысу! Да что б его!

Карго каркает вдали, будто бросая вызов. Поворачиваю к академии. Впереди ждет долгая ночь, ну, а завтра… завтра я верну конверт и узнаю, что мне хотел сказать Давид.

* * *

Солнце садится, окрашивая белёсые домики в персиковые тона. Узкие улочки вымощены брусчаткой, в окнах кафе теплятся огоньки. Даже порт выглядит опрятно — синие лодки качаются на волнах, сети аккуратно свернуты на деревянных помостах. Но под этой картинкой скрывается иное.

Я сворачиваю за угол, в ушах все еще звучит противное карканье Карго. И вместо того, чтобы, как все нормальные люди отправиться спать, я отправляюсь на поиски крысы. Очень надеюсь, то здесь есть где-то магазины для животных. В Горскейре везде продавали мышей на корм питонам и прочей экзотической живности. Не очень гуманно, но все лучше, чем ловить эту дрянь самой. А иного способа обменять записку у Карго я не вижу. Вот ведь противный ворон. Надо было ему появиться рядом со мной именно сейчас!

Зоомагазин я нахожу довольно быстро. Крошечная лавка с витриной, заставленной пустыми аквариумами. Вывеска покосилась, на дверях замок, покрытый морской солью.

— Закрыто, — зачем-то говорю я вслух и какое-то время печально изучаю заколоченные досками окна. Пойти простым путем, увы, не получилось.

Медленно поворачиваю назад, пытаясь понять, где можно найти крысу. И здесь меня осеняет! Там, где много пищевых отходов! Мне нужна помойка. Это последнее место, где бы хотела очутиться. Мой путь из элиты Горскейра на помойку провинциального города оказался каким-то уже очень быстрым.

Найти помойку несложно, нужно просто идти на запах, повинуясь крикам чаек. Помойку я нахожу в темноте за доками и понимаю, что это не то место, где мне хотелось бы провести вечер.

— Прелестно… — бормочу я, брезгливо и придвигаюсь ближе, чтобы убедиться. Крысы здесь есть.

Горы мусора, пропитанные дождём, шевелятся. Сначала думаю, что это ветер, но потом вижу: крысы. Десятки. Серые комки шерсти копошатся среди объедков, пищат, дерутся за кости.

— Фу… — выдыхаю, но шагаю ближе, содрогнувшись от омерзения. Как я должна поймать хоть одну? И очевидно, мне не нужна живая крыса! Я ее не донесу! А если она меня укусит? Мерзость! Мерзость! Мерзость!

Оглядываюсь по сторонам, в поисках орудия убийства. Противно.

Первая крыса бросается прочь, едва я поднимаю с дороги камень. Вторая, жирная и медлительная, замирает у банки из-под тунца. Прицеливаюсь, но рука дрожит. Все же живое существо, которое не могу хладнокровно убить. Противное, мерзкое, но живое.

«Тварь. Просто тварь», — убеждаю себя и, зажмуриваясь, все же швыряю свой снаряд.

Камень падает мимо, с грохотом скатываясь в воду сточной канавы. Крысы разбегаются, кроме одной — раненой, с перебитой лапой. Она забивается под прогнившую доску, глазки-бусинки сверкают в темноте.

— Давай… — шепчу, подползая на корточках. — Всё равно сдохнешь.

Меня трясет. Мне жалко этот мокрый, отвратительный комочек шерсти. Снова поднимаю камень, но когда готовлюсь бросить, крыса взвизгивает так, что я шарахаюсь в сторону, ударяясь затылком о ржавую бочку.

— Тварь! — Смахиваю с волос какую-то слизь, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Я не могу! Просто не могу!

Сдаюсь, я не готова поймать Карго крысу. Надо идти в академию, возможно, завтра придумаю что-то. Например, найду кого-то из местных мальчишек или рыбаков. Кого-то, кому можно заплатить, но сама… нет. К такому меня жизнь не готовила. Я слишком мягкосердечна.

* * *

Отступаю от этого пугающего, гадкого места и слышу, как рядом что-то шуршит. Оборачиваюсь — чёрный кот с белым пятном на морде. В зубах