Взаперти - Анна Сергеевна Одувалова

Тишину разрывает приглушенный стон. Женский. Сдавленный, будто Паула пытается сдержаться, но не может. За ним следует шлепок кожи о кожу — резкий, влажный, заставляющий мой живот сжаться. Я втягиваю воздух, чувствуя, как мурашки бегут по спине.

— Киран… — голос Паулы прерывается, и я слышу, как она резко вдыхает. — Мы не должны…

— Должны, — прерывает ее Киран, и в его шепоте слышится холодная уверенность и снова ритмичные шлепки. Паула глухо вскрикивает, и звук растворяется в поцелуе — жадном, ненасытном.

Я прикусываю губу, чтобы не застонать сама. Вы серьезно? Как мне потом по коридорам здесь ходить? Впиваюсь пальцами в подлокотник, когда же эти двое уйдут и смогу ли я после этого заснуть? Они так близко… Всего в нескольких метрах, за этими стопками книг. Я представляю, как Паула, всегда собранная и строгая, теперь раскинулась на столе, ее юбка задрана, а губы прикушены, чтобы не кричать. Киран… Он не просто занимается с ней любовью. Он наказывает ее. За что? За отца? За то, что выбрала не его?

— Ты же хотела этого, — шепчет Киран, и в его голосе звучит яд. — Все эти месяцы ты пыталась избегать меня, но… мы же знаем, что с самого начала тебя завожу я, а не он. Потому что ты моя…

* * *

— Нет… — неуверенно пытается возразить Паула, но ее голос превращается в стон, когда раздается очередной резкий толчок.

Мое сердце колотится так громко, что кажется, его невозможно не слышать. Но парочку за книжными стеллажами поглотила страсть и о моем присутствии они не догадываются. Ритм ускоряетс, я Паула уже не сдерживается — ее дрожащие стоны разрывают тишину библиотеки. Зажимаю уши руками, но это мало помогает. Киран дышит прерывисто, как зверь, загнавший добычу, а сливаюсь с диваном. Если меня увидят, мне конец. Это я понимаю очень отчетливо, вчерашний склеп, в котором меня закрыли покажется праздником.

— Полетаем? — хрипло шепчет Киран. Паула что-то со стоном ему отвечает, раздается низкий рык парня. Срывающееся дыхание заполняет пространство вокруг.

Слышу шелест одежды и тихий, собранный голос Паулы.

— Ты ведь понимаешь, что эта была ошибка, Киран. Сладкая, волнующая, но ошибка. Если о ней узнает твой отец… ему будет больно.

— Меня слабо волнуют его эмоции, — холодно отзывается парень, звякая пряжкой ремня. — Наши отношения не назовешь теплыми. Но если ты так завуалированно просишь не сливать ему, что мы трахались… то я услышал.

— Я знала, что ты меня поймешь. Ты такой красивый и страстный и немного грубый мальчик… — с тихим вздохом говорит она. — Но это…

— Нет, — отрезает парень. — Это не ошибка.

— Я хотела сказать, это не повторится.

— Повторится. Ты ведь понимаешь, что моя. Моя, а не его, — настаивает Киран и уходит из библиотеки первым. Следом за ним направляется и женщина, а я, наконец-то, остаюсь одна в темноте, как и хотела. Только вот сна ни в одном глазу.

Я сижу, обхватив колени, и понимаю, что теперь в этом месте не чувствую себя в безопасности. Но не хочу никуда уходить, вряд кто-то еще придет сюда, чтобы заняться любовью. А у мирс Паулы у нас завтра лекция. Просто замечательно!

Если она еще раз сделает мне замечание из-за поведения или прогулов, посоветую не спать сразу с двумя мужиками. Вообще, когда возникает некрасивый треугольник последствия, как правило бывают разрушительными. В этом я убедилась на своей шкуре.

Из-за этой сладкой парочки ворочаюсь почти до утра. Просыпаюсь с больной спиной и шеей, разбитая и злая до сих пор пребывая в некотором шоке от того, чему стала свидетельницей этой ночью. Лениво тащусь в нашу комнату, чтобы сходить в душ и надеюсь, что он вернет меня в реальность, из которой я вылетела.

На пороге меня встречает злая Дебора.

— Ты где была? — возмущенно спрашивает она, разглядывая меня с яростью.

— Там где ты меня не достанешь, — недовольно шиплю я и подвинув соседку плечом прохожу к шкафу, чтобы найти чистую одежду. Достала! Не хватало еще перед Деборой оправдываться. Мы с ней не подруги.

— Думаешь, это что-то изменит? — хмыкает она с издевкой. — Собираешься прятаться всю жизнь?

— Я не собираюсь тут проводить всю жизнь, — парирую я и прихватив полотенце со стула хлопаю за собой дверью в ванную комнату, показывая, что разговор закончен. Ненавижу утро, ненавижу Даркленд и Дебору.

Глава 7

Я едва успеваю на первую пару. Кажется, опаздывать становится традицией. И совсем недоброй. Ноги сами несут меня по коридорам, а мысли где-то далеко. В голове крутится одно: вчерашний мужчина в кафе. Его силуэт, знакомый поворот головы, пальто с высоким воротником. Нет, я не ошиблась. Это был он. Должен быть, он.

Лекция по магической теории начинается с опозданием. Преподаватель, мирс Эдвард, — высокий, сутулый мужчина с седыми волосами и вечно недовольным выражением лица. Он расхаживает перед доской, испещрённой сложными рунами, и монотонно бубнит что-то о взаимодействии магических энергий. Скучно. Тупо. Неинтересно и никогда не пригодиться в жизни.

Я сижу у окна, стараясь не привлекать внимания ничего неделанием. За мной — Рика, рыжеволосая девчонка с веснушками, которая, кажется, вообще не слушает. Она что-то рисует в тетради, изредка хихикая. Рядом Лайки — парень с тёмными глазами, который всегда выглядит так, будто только что вышел из тени. Он перекидывает записки через меня к Рике, и я ловлю себя на мысли, что они, кажется, встречаются. Впрочем, какое мне до них дело? Не хочу ни с кем заводить знакомства, да и со мной, скорее всего, общаться никто не будет. Наплевать на всех.

— Даниэлла, — раздаётся резкий голос мирс Эдварда. Я вздрагиваю. — Может, вы нам расскажете, что именно вас так заинтересовало за окном?

Да, я-то здесь при чем? Хочу возмутиться, но сдерживаюсь под пристальными взглядами десятков глаз.

— Простите, мирс, — бормочу я, не желая раздувать скандал. Когда же уже закончится эта дурацкая пара!

— Простите? — Он подходит ближе, и тень падает на парту. Чувствую себя неуютно, так как не люблю, когда надо мной нависают. — Вы, новенькая, думаете, что можете просто сидеть и мечтать? В Дарклэнде так не работает.

Упрямо молчу, а он уже поворачивается к доске и продолжает лекцию.

Рика пихает мне в спину записку. Я разворачиваю её:

«Не парься, он всегда такой. Просто старый ворчун».

Наверное, сказать, что я и не парюсь несколько невежливо, поэтому я улыбаюсь и киваю ей в знак благодарности. Лайки, сидящий рядом, бросает на меня оценивающий взгляд.

— Это ты с