Защитник - Ана Хуанг

Спасибо. — Улыбка заиграла на её губах. — Думаю, ты получишь контракт с «Зенитом», независимо от того, попадёшь ты в финал или нет. Ты – это ты.

— Это комплимент?

— Обычно нет, но в этом случае – да. Не придавай этому слишком большого значения, — предупредила она. — Я в бреду от недостатка сна.

— Еще и десяти нет, бабушка.

— Я рано проснулась, бездельник.

Моя ухмылка отражала её улыбку, и мы снова погрузились в наше непринуждённое общение. Наш короткий момент уязвимости прошёл, но его отголоски сохранились, сглаживая остроты наших оскорблений.

— Я пойду спать. — Бруклин искренне зевнула и встала. — У меня завтра долгий день. — Она помедлила, а затем сказала. — Спасибо, что пригласил посмотреть шоу вместе с тобой. Это было... весело.

— В любое время. Спокойной ночи, Лютик.

— Спокойной ночи.

Я подождал, пока она не скроется в коридоре, прежде чем убраться в гостиной и пойти спать.

Только выключив свет, я понял, что совсем не подумал о нашем пари после того, как мы начали разговаривать. Моя бдительность полностью ослабла. Если бы она сделала свой ход сейчас, я бы попался на удочку.

Я закрыл глаза предплечьем. Блять.

ГЛАВА 9

Я не большой фанат астрологии, но планеты, должно быть, сместились. Было слишком много странных событий, чтобы найти другое объяснение.

Во-первых, пари с Винсентом, которое вызвало тревогу в ту же минуту, как он его предложил. Я любила сложные задачи, но соревноваться с ним, кто первый соблазнит, было плохой идеей по всем параметрам. Первое, это заставило бы нас больше общаться, как будто совместной жизни было недостаточно. Второе, выигрыш в пари означал бы нарушение политики «Блэккасла», запрещающей отношения, хотя, я полагала, никто бы об этом не узнал, если бы мы им не рассказали. И, наконец, третье, как бы мне ни было противно в этом признаваться, я находила его ужасно привлекательным.

Я думала, что жизнь с ним убьёт его привлекательность, потому что большинство парней были неряшливыми, грязными и отвратительными. Он был полной противоположностью. Он убирался, готовил (ну, почти) и безупречно складывал бельё. Я постоянно сталкивалась с ним, когда он выходил из ванной, а он пользовался самым ароматным в мире лосьоном после бритья. Это бесило.

Ничего из этого не заставило меня поцеловать его. Даже близко не заставило. Но этого было достаточно, чтобы мне стало не по себе.

Беспокойство усугубилось нашим странно приятным вечером под «Лучший пекарь Британии». Я пошла в гостиную, надеясь выиграть пари пораньше. Он был парнем, а парни не могли устоять перед девушкой в футболке. Это было общеизвестно. Но вместо того, чтобы добиться от него поцелуя, я начала... получать удовольствие. Разговаривала с ним, прижималась к нему (хотя и неохотно) и вела настоящий разговор без наших обычных оскорблений и колкостей. Это был самый запоминающийся вечер на неделе, так что это меня немного беспокоило.

И вот мы с отцом были на давно отложенном ужине, и он выглядел как-то не так.

Поправка: он выглядел хорошо, но это было неправильно. Планеты явно были несинхронизированы.

Фрэнк Армстронг, как известно, носил спортивную одежду. Когда-то он попал в сводки новостей по всей стране, появившись на благотворительном вечере в тапочках, но теперь он был в костюме и галстуке.

— Кто это придумал? — проворчал он. Он с болью в глазах потянул галстук. — Как можно есть спокойно, если ты медленно задыхаешься?

Я подавила смех.

— Папа, тебе не обязательно надевать галстук. Пиджак подойдёт.

— Я думал, это часть дресс-кода.

— Это не так.

— Все остальные парни здесь носят галстуки.

— Можешь надеть, если хочешь, но это необязательно. — Я открыла сайт ресторана на телефоне и показала ему текст. — Видишь?

— О, слава богу. — Галстук исчез в мгновение ока. — Не понимаю весь этот дресс-код. Знаю, здесь должно быть шикарно, но я бывал в нескольких подобных ресторанах. Ни одна их курица не лучше, чем в «Нандо».

— По крайней мере, стало тише. Мы даже можем слышать, как говорим сами, — небрежно сказала я.

Льняные скатерти, хрустальные люстры и меню в тисненых кожаных переплетах – ресторан был определенно более шикарным, чем мы привыкли.

Несмотря на свою немалую зарплату одного из ведущих тренеров Премьер-лиги, мой отец был крайне сдержан. Возможно, мне стоило выбрать более скромное место для ужина, но мне хотелось чего-то особенного.

Когда я собрала вещи и уехала из Калифорнии после окончания аспирантуры и поступления на стажировку в «Блэккасл», я понятия не имела, как всё пройдёт. Я просто знала, что больше не могу оставаться в Сан-Диего и смотреть, как мама суетится вокруг своей новой семьи.

Я также решила, что пришло время лучше узнать отца. Мы не жили в одном городе с тех пор, как мне было два года, когда мои родители развелись, и мама уехала из Великобритании, поклявшись никогда больше не возвращаться. В подростковом возрасте я проводила несколько летних каникул с отцом, но он в основном работал, а я в основном бегала по Лондону, флиртуя с парнями и наедаясь булочками до отвала. Мы так и не сблизились по-настоящему, хотя это не мешало ему чрезмерно опекать меня всякий раз, когда он отлучался с поля на достаточно долгое время, чтобы понять, что я уже в возрасте, когда можно встречаться с кем-то.

В этот раз наши отношения не сильно изменились, но я была полна решимости приложить усилия. Моя мама была безнадёжна, но если мне удастся спасти отношения хотя бы с одним родителем, это стоило бы того.

Отец прочистил горло.

— Извини, Брук, — сказал он, видимо, вспомнив, что ресторан – это моя идея. Он был единственным человеком в мире, кто называл меня Брук. — Я не хотел жаловаться. Уверен, еда будет отличной.

— Всё в порядке. Отзывы хорошие, так что надеюсь, они не врали.

Я отпила воды. Он положил салфетку себе на колени.

Я ломала голову в поисках интересной темы для разговора, но не могла придумать ничего, кроме футбола и шоу «Лучший пекарь Британии», который мой отец определенно не смотрел.

Почему я заранее не составила список тем, о которых мы могли бы поговорить? Глупо.

Наше молчание стало мучительным, пока официант не подошёл принять заказ. После его ухода снова повисла тишина, ещё более тяжёлая, чем когда-либо.

— Так...

— Как...

Мы заговорили