Двойник Энцелада - Эдуард Сероусов

Новая серия мощных толчков сотрясла базу. Послышался зловещий скрежет металла под напряжением и треск ломающегося льда.

– Что это? – напрягся Алекс.

Чен быстро проверил показания структурных сенсоров: – Повреждения в секторе D, ближайшем к ледяной коре. Похоже, смещение ледяных пластов создаёт критическую нагрузку на крепления базы.

В этот момент включилась система общего оповещения, и голос Хироши раздался по всей базе: – Внимание всем! Зафиксированы структурные повреждения в секторе D. Всему персоналу немедленно эвакуироваться в центральный модуль. Повторяю: всему персоналу немедленно эвакуироваться в центральный модуль!

Алекс и Чен быстро завершили проверку генераторов и направились к центральному модулю. По пути они встретили Елену и Ричарда, также спешивших в указанное место.

– Ситуация ухудшается быстрее, чем предполагалось, – сказала Елена, когда они вместе шли по коридору, периодически хватаясь за стены для равновесия при очередном толчке. – Доктор Новак говорит, что эпицентр сейсмической активности продолжает смещаться в нашу сторону.

Когда они добрались до центрального модуля, там уже собрались остальные члены экипажа. Хироши стоял у главной консоли управления, окружённый голографическими дисплеями с данными о состоянии базы.

– Доклад о повреждениях, – потребовал он, как только увидел вошедших.

– Сектор D испытывает критические нагрузки, – доложил Чен. – Вероятность структурного разрушения в ближайшие 2-3 часа – около 60%. Резервные энергетические системы функционируют нормально и готовы к активации в случае отказа основных реакторов.

– Научное оборудование и образцы перемещены в защищённое хранилище центрального модуля, – добавила Елена. – Все критические данные дублированы на изолированных носителях, защищённых от ЭМИ.

Хироши кивнул: – Хорошо. Теперь наша главная задача – пережить ближайшие несколько часов с минимальными потерями. Все системы базы переводятся в режим повышенной защиты. Доктор Новак, каков текущий прогноз?

Сара подошла к главному дисплею: – Сейсмическая активность продолжает нарастать. Пик ожидается через 1-2 часа. Одновременно с этим должен наступить максимум солнечной вспышки. Если оба явления достигнут пика одновременно…

Она не успела закончить. Внезапно база содрогнулась от самого мощного толчка за всё время кризиса. Послышался оглушительный треск, свет мигнул и на мгновение погас, прежде чем включилось аварийное освещение.

– Доклад о повреждениях! – крикнул Хироши, когда толчок прекратился.

– Сектор D полностью разрушен! – доложил оператор систем мониторинга. – Герметичные шлюзы активированы, но мы потеряли структурную целостность в зоне стыковки с ледяной корой.

– Энергетические системы? – Хироши повернулся к Чену.

– Основные реакторы остаются в рабочем состоянии, но линии передачи энергии к внешним секторам повреждены. Центральный модуль работает на полной мощности, периферийные секции переведены на резервное питание.

Новый, ещё более сильный толчок сотряс базу. На этот раз свет не просто мигнул – он полностью погас, и даже аварийное освещение не включилось сразу. Несколько секунд центральный модуль был погружён в полную темноту, пока наконец тусклый красноватый свет аварийных ламп не рассеял мрак.

– Полная потеря основного энергоснабжения! – доложил Чен. – Переключаемся на резервные генераторы.

Постепенно системы базы начали восстанавливаться, работая от резервных источников энергии. Главные дисплеи снова засветились, показывая критическое состояние большинства внешних секторов базы.

– Это было не просто сейсмическое событие, – мрачно сказала Сара Новак, изучая данные. – Судя по характеру разрушений, произошёл крупный тектонический сдвиг в ледяной коре. Целый участок льда, к которому крепились внешние секторы базы, просто… отломился.

– Связь с Землёй? – спросил Хироши у специалиста по коммуникациям.

– Потеряна, – последовал ответ. – Основные коммуникационные антенны располагались в секторе D. Резервные системы связи работают, но из-за солнечной вспышки сигнал не проходит сквозь ионосферу Сатурна.

– Связь с орбитальной станцией?

– Прерывистая. Мы можем отправлять короткие сообщения с базовой телеметрией, но полноценный обмен данными невозможен до окончания вспышки.

Хироши обвёл взглядом собравшихся: – Итак, мы временно отрезаны от внешнего мира и должны полагаться только на собственные ресурсы. Наша задача теперь – стабилизировать ситуацию и обеспечить выживание экипажа до окончания кризиса. Майор Чен, полный аудит доступных ресурсов: энергия, воздух, вода, продовольствие. Доктор Новак, продолжайте мониторинг сейсмической активности. Нам нужно знать, чего ещё ожидать.

Пока команда выполняла распоряжения, Алекс подошёл к Хироши: – Командир, что с "Нереем"? Док субмарины располагался рядом с сектором D.

Хироши проверил данные на ближайшем дисплее: – Док частично обрушился, но основная конструкция пока держится. "Нерей" получил дополнительные повреждения от падающих обломков, но остаётся на плаву в бассейне дока.

– Я думаю, нам стоит рассмотреть возможность использования субмарины как резервного убежища, – предложил Алекс. – Она имеет автономные системы жизнеобеспечения, рассчитанные на 10 дней, и хорошо защищена от внешних воздействий.

Хироши задумался: – Идея имеет смысл. Но для этого нужно сначала оценить текущее состояние субмарины и возможность безопасного доступа к доку.

Новая серия толчков прервала их разговор. На этот раз вибрация была менее интенсивной, но продолжалась дольше. Когда она наконец прекратилась, Сара Новак сообщила: – Похоже, мы прошли пик сейсмической активности. Интенсивность начинает снижаться, хотя остаточные толчки будут продолжаться ещё несколько часов.

– А солнечная вспышка? – спросил Хироши.

– Пик излучения ожидается в ближайшие 30-40 минут, – ответил специалист по коммуникациям. – После этого интенсивность должна постепенно снижаться, но полное восстановление нормальных условий займёт не менее 12 часов.

Хироши кивнул: – Хорошо. Используем это время для оценки повреждений и планирования дальнейших действий. Доктор Райнер, ваше предложение о "Нерее" принято. Как только условия позволят, отправим группу для оценки состояния субмарины и возможности её использования в качестве резервного убежища.

Следующие несколько часов прошли в напряжённой работе. Экипаж оценивал масштаб разрушений, проверял работоспособность уцелевших систем, рассчитывал доступные ресурсы. Постепенно картина произошедшего становилась яснее, и она была неутешительной. Почти треть базы "Мидгард" оказалась разрушенной или отрезанной из-за тектонического сдвига в ледяной коре Энцелада. Основные энергетические реакторы, хотя и оставались функциональными, были изолированы от большей части сохранившихся модулей из-за повреждений в системе распределения энергии. Радиоизотопные генераторы обеспечивали лишь базовое функционирование критических систем.

Майор Чен завершил аудит доступных ресурсов и представил результаты Хироши: – Ситуация серьёзная, но не безнадёжная, – начал он, выводя данные на центральный дисплей. – Запасы воздуха в центральном модуле при текущем потреблении рассчитаны на 14 дней. Системы регенерации функционируют на 60% мощности из-за ограничений энергоснабжения. Питьевой воды достаточно на 21 день. Продовольствия – на 30 дней при нормированном рационе.

– Что с гидропонным садом? – спросил Хироши.

– Частично повреждён, – ответил Чен. – Около 40% растений погибло из-за разгерметизации секции или потери освещения. Оставшиеся растения могут обеспечить примерно 15% от нормального рациона экипажа при условии восстановления полноценного освещения.

– Медицинские ресурсы? – вмешался врач базы.

– Основная медицинская лаборатория расположена в сохранившемся секторе, но доступ к ней затруднён из-за структурных повреждений. Аварийные медицинские запасы в центральном модуле включают базовые лекарства, антибиотики и оборудование для