Двойник Энцелада - Эдуард Сероусов

части охлаждающей жидкости? – спросил Ричард, когда они преодолевали особенно сложный участок пути.

– В текущем состоянии – не критично, – ответил Алекс. – "Нерей" сейчас работает на минимальной мощности, большинство систем в спящем режиме. Потребление энергии и, соответственно, тепловыделение минимальны. Мы можем безопасно изъять до 60% охлаждающей жидкости без риска для субмарины. Но…

– Но это ограничит наши возможности по использованию "Нерея" в дальнейшем, – закончил за него Ричард.

– Именно, – кивнул Алекс. – Без полноценной системы охлаждения мы не сможем запустить двигатели на полную мощность или активировать все научные системы одновременно. "Нерей" останется функциональным как убежище, но его возможности как транспортного средства будут серьёзно ограничены.

Они добрались до дока и снова спустили на воду технический плот. На этот раз перемещаться было немного легче – они уже знали безопасный маршрут среди обломков.

Достигнув "Нерея", Алекс и Ричард спустились внутрь, в то время как техник остался на плоту, готовя оборудование для транспортировки жидкости.

– Система охлаждения находится в нижней части корпуса, – сказал Алекс, с трудом передвигаясь в наклонной кабине. – Нам нужно добраться до технического отсека.

Они пробрались через главную кабину управления к небольшому люку в задней части, ведущему в технический отсек. Из-за наклона субмарины люк теперь располагался не на полу, а на стене, что делало доступ неудобным.

– Придётся лезть, – сказал Алекс, открывая люк. – Я пойду первым, ты подавай мне инструменты.

Он протиснулся в узкий технический отсек, освещая путь фонарём скафандра. Здесь царил полумрак, только редкие индикаторы на оборудовании мерцали красным и зелёным. Из-за наклона субмарины многие компоненты находились в неестественном положении, некоторые трубы и кабели были натянуты до предела.

– Вот главный резервуар охлаждающей жидкости, – сказал Алекс, указывая на массивный цилиндр в центре отсека. – Нам нужно подключить насос к вентилю на его нижней стороне. Подай мне ключ на 20.

Ричард передал инструмент, и Алекс начал работу. Отсоединить штатную систему охлаждения от резервуара было непросто из-за неудобного положения и тесноты отсека, но через двадцать минут напряжённой работы им удалось установить временный отвод с клапаном.

– Теперь можно подключать внешний насос, – сказал Алекс, вытирая пот со лба. Несмотря на прохладу в субмарине, от напряжения и тесноты в скафандре становилось жарко. – Давай шланг.

Ричард протянул гибкий армированный шланг, один конец которого Алекс подсоединил к установленному клапану. Второй конец они вывели через верхний люк субмарины к технику на плоту.

– Всё готово, – сообщил Алекс по рации. – Начинайте откачку.

Техник активировал электрический насос, и тот загудел, перекачивая драгоценную охлаждающую жидкость из резервуара "Нерея" в транспортные контейнеры.

– Медленно, но верно, – прокомментировал Ричард, наблюдая за процессом. – Сколько времени займёт полная откачка необходимого объёма?

– Примерно час, – ответил Алекс, проверяя показания расходомера. – Мы извлечём около 200 литров жидкости, это примерно 50% от полного объёма системы охлаждения "Нерея".

Процесс шёл по плану, когда внезапно субмарина вздрогнула, сотрясаемая новым сейсмическим толчком. Не слишком сильным, но достаточным, чтобы вызвать смещение некоторых неустойчивых обломков вокруг.

– Чёрт! – выругался Алекс, хватаясь за ближайшую опору. – Проверь соединения, не повредило ли их!

Ричард быстро осмотрел систему: – Всё в порядке, соединения держатся. Но, похоже, толчок вызвал смещение субмарины – наклон увеличился.

– Это плохо, – нахмурился Алекс. – Если "Нерей" накренится ещё сильнее, мы не сможем эффективно откачивать жидкость из резервуара. Кроме того, возникнет риск затопления некоторых отсеков через повреждённые участки корпуса.

– Что будем делать?

Алекс задумался на мгновение: – Нужно стабилизировать положение субмарины. У нас ведь есть частично рабочий двигатель на левом борту. Если активировать его на минимальной мощности, можно создать небольшую тягу, которая будет противодействовать наклону.

– Но для этого нужно запустить основные энергетические системы, – возразил Ричард. – А это повысит нагрузку на оставшуюся охлаждающую жидкость.

– Риск есть, – согласился Алекс. – Но если мы потеряем стабильное положение субмарины, последствия могут быть хуже. Я активирую двигатель на минимальной мощности, буквально на несколько минут – этого должно хватить, чтобы слегка выровнять корпус.

Он с трудом пробрался обратно в главную кабину управления и активировал резервную энергетическую систему. Консоли ожили, загораясь индикаторами.

– Запускаю левый двигатель на 10% мощности, – сообщил Алекс. – Вектор тяги направлен на противодействие крену.

Субмарина слегка вздрогнула, когда двигатель активировался. Послышался приглушённый гул, и "Нерей" начал медленно менять положение, постепенно выравниваясь.

– Работает! – воскликнул Ричард, наблюдая, как изменяется наклон пола. – Крен уменьшается.

Внезапно на одной из консолей загорелся красный индикатор, и прозвучал предупреждающий сигнал.

– Что это? – напрягся Ричард.

Алекс быстро проверил показания: – Перегрев в двигательном отсеке. Без полноценного охлаждения температура растёт быстрее, чем я рассчитывал.

– Отключай двигатель!

– Ещё несколько секунд, – напряжённо сказал Алекс, наблюдая за показаниями крена. – Нам нужно достичь стабильного положения… Почти… Готово!

Он отключил двигатель, и гул постепенно стих. "Нерей" теперь находился в более устойчивом положении, крен уменьшился примерно на 15 градусов.

– Фух, успели, – выдохнул Алекс, вытирая пот со лба. – Температура в двигательном отсеке превысила норму, но осталась в безопасных пределах. Системы не пострадали.

– А как с откачкой охлаждающей жидкости? – спросил Ричард.

– Должно стать проще теперь, когда субмарина в более стабильном положении, – ответил Алекс. – Возвращаемся в технический отсек и проверим процесс.

Действительно, после выравнивания корпуса эффективность откачки повысилась. В течение следующих сорока минут они успешно перекачали около 180 литров охлаждающей жидкости в транспортные контейнеры.

– Этого должно хватить, – наконец сказал Алекс, проверив показания расходомера. – Мы изъяли примерно 45% охлаждающей жидкости, оставив "Нерею" минимально необходимый запас.

Они аккуратно отсоединили систему откачки, герметизировали резервуар субмарины и начали подготовку к возвращению на базу.

– Как думаешь, этого достаточно для спасения реактора? – спросил Ричард, помогая технику закреплять контейнеры на плоту.

– Должно быть, – ответил Алекс. – При работе на пониженной мощности этого объёма хватит для поддержания стабильной температуры активной зоны. Но это временное решение. Нам всё равно нужно восстановить доступ к основным запасам охлаждающей жидкости или найти способ отремонтировать внешние теплообменники.

Они осторожно загрузили контейнеры на плот и направились к берегу бассейна, откуда предстоял долгий путь через повреждённые секторы базы обратно к центральному модулю.

Когда они наконец добрались до реакторного отсека с драгоценным грузом, майор Чен встретил их с явным облегчением: – Как раз вовремя. Температура активной зоны достигла предупреждающего уровня. Если бы вы задержались ещё на час, пришлось бы начинать процедуру аварийного отключения.

– Мы столкнулись с некоторыми сложностями, – объяснил Алекс, помогая разгружать контейнеры. – Но задача выполнена. 180 литров охлаждающей жидкости, совместимой с системами базы.

– Отлично, – кивнул Чен. – Мы уже подготовили реактор к работе на пониженной мощности и отключили все неприоритетные системы. Сейчас начнём процесс замены жидкости в контуре охлаждения.

Процедура была технически сложной и