Ученица скверного мага - Ольга Ярошинская

Кхары — великий дом, это так, но тебе придется перейти под их крышу, принять чужие порядки.

— Я не покину наш дом, — ответила я. — Если и выйду замуж, то приведу мужа сюда.

В зале повисла пауза. Этьен удивленно вскинул темные брови.

— Более того, я бы хотела провести ритуал вместе с братьями, — добавила я, посмотрев на маму. — Я решила. Я хочу влить магию в корни нашего дома.

— Исключено, — ответил вместо нее отец. — Летти, ты девочка! Красивая, молодая, невинная, полагаю.

— Если будет встречаться с сол Кхаром, то вряд ли последнее будет верным надолго, — процедил Этьен.

— Твоя задача — укрепить наш дом правильным союзом, — продолжал папа, не обратив внимания на его реплику. — Скверна наступает, но и помимо нее есть враги. Мы еще помним отголоски войны, после которой от нескольких башен остался лишь пепел. Нам нужны союзники, Летти. Сол Кхар — идеально, но если не выгорит с ним, есть и другие сыны великих домов. Между прочим, стоит рассмотреть свободных мужчин укоренившихся башен второго круга.

— Ни в коем случае! — воскликнула мать. — Тони, эти башни то и дело гибнут!

— Но если приживутся, то Летти сможет стать хозяйкой дома второго круга! Это перспективно! В общем, мой ответ — нет, — отец так энергично покачал головой, что его волосы растрепались, обнажив намечающуюся лысину. — Ты не пройдешь ритуал, Летиция, это серьезно сузит круг возможностей, понимаешь? Я, если честно, и младших бы приберег для возможных брачных союзов, но раз у нас есть еще дочь…

Я посмотрела на маму, но она тоже покачала головой.

— Может, у нашей козявки есть на примете какой-нибудь черенковый маг? — вдруг спросил Этьен. — Смазливый бастард, готовый прийти под сень нашего дома…

— Нет.

Видимо, я ответила чересчур быстро, и Этьен широко улыбнулся, развалившись на стуле.

— Летти влюбилась? — уточнил Терри, чувствительный к эмоциям.

— Ничего не влюбилась, — отрезала я.

— Горан сол Кхар — прекрасная партия, — продолжал бубнить свое папа. — Воспитанный и элегантный молодой человек. А что если отложить ритуал, София? Пригласим их на церемонию…

— Не стоит, Энтони, — мягко ответила мама. — Дом может не подпустить чужих к корням.

— Верно, — спохватился он. — Нельзя уязвлять гордость сол Кхаров, они могут воспринять это как оскорбление. Нет, проведем ритуал сегодня. Решено. Парни, готовы?

— Да, — сказал Терри.

— Да, — подтвердил Рой.

Они были близнецами и при этом совершенно разными: Терри, чуткий, внимательный, с задумчивыми глазами и ровным пробором в золотых волосах, а Рой — шалопай и пройдоха, вихрастый и слегка лопоухий.

Они все были рядом, со мной, и сердцу стало тесно в груди — так много там теперь помещалось любви.

Глава 6.1

Мы спустились в самую глубину дома, где корни стали тоньше и мягче, и белый сок тек по ним как кровь в живом теле. Стены ритуального зала Сол-Лерман мягко светились, и по ним волнами перетекала энергия. Иногда на них проступали лики, открывались давно уснувшие глаза. Предки выходили из небытия, чтобы благословить потомков.

Как только отцу пришло в голову, что можно позвать сюда Кхаров? Здесь не место чужим! Даже братья притихли, чувствуя важность происходящего, а мама медленно прошлась по рунному кругу, выдолбленному в плотной земле, обновляя и зажигая знаки.

Этьен тоже обошел зал, остановился в центре, запрокинув голову и прикрыв глаза. Что слышит он, корневой маг великого дома? Какие секреты духи шепчут ему? Может, они поведают об угрозе, нависшей над нашей семьей? Я бы и сама рассказала. Если кто и поверил бы мне, так Этьен. Но уже через день брат вынужден будет вернуться в скверный дозор. А значит, я лишь заставлю его зря волноваться.

К тому же дом уже решил проблему. Мне было жаль отца, но лучше отделаться сломанной ногой, чем гибелью всей семьи. В глубине души я порадовалась, что в нашей семье мама корневой маг, а не отец. Иначе бы кость срослась уже через пару дней, и никакого алиби не получилось.

Обвив отца вместе с креслом ветвями и корнями, дом снес его вниз и аккуратно сгрузил в сторонке от рунного круга, который уже горел чистым белым сиянием.

— Говорю тебе, Софи, ступенька выросла, — проворчал отец, недовольно устраивая ногу на скамеечке, которую дом услужливо поставил перед креслом.

— Дом тебя любит, Энтони, — с едва заметным раздражением повторила она. — Но если ты считаешь, что он специально сломал тебе ногу, то, значит, так надо.

Отец хватанул воздух ртом и не нашелся, что на это сказать. А с низкого потолка уже спускалась тонкая вуаль корней. Этьен поднял ладонь, и дом обвил его руку, здороваясь точно с другом. Густая золотая магия вспыхнула и перетекла по корням и обратно.

— В круг, — скомандовала мама. — Оба.

Этьен отошел, а Терри и Рой осторожно ступили в центр. Тонкая сетка корней взметнулась как от порыва ветра, рунные знаки вспыхнули ярче. Мать опустилась на колени и положила руки на выдолбленную в земле каемку. Для ритуала она надела свободное белое платье, распустила волосы, и кончики светлых прядей приподнимались, вспыхивая искрами энергии.

Сияние рун пульсировало в неспешном ритме, а чуть позже я услышала ровный стук — биение сердца дома, которое постепенно ускорялось.

Терри и Рой, взявшись за руки, повернулись спинами друг к другу. Оба в белом, босые, корни, свешивающиеся с потолка, медленно их оплетали. Сейчас близнецы стали неотличимы — лица обоих осветило одинаковое выражение потрясения и восторга.

Мне мерещился шепот тысячи голосов, пульс дома стучал все быстрее. Мама встала с колен и раскачивалась в том же ритме, и тонкие корни оплели ее голые ноги.

— Твои сыновья, — повторяла она. — Твои дети. Твои ветви. Твои сыновья…

Кокон корней стал плотнее, но я видела, как запрокинулась голова Терри, а через мгновение — Роя. Светлые вихры спутались с золотистыми прядями и бахромой корешков.

При рождении дом подарил им свою часть и право ею распорядиться, и братья возвращали ее назад. Магия все так же останется с ними, но ритуалом они соединяются с домом. Их сила сделает башню Сол-Лерман выше и крепче. Они не уйдут под сень чужой кроны, их судьбы связаны с домом, навсегда.

Этьен стоял по другую сторону круга,