Лесная кукла - Анна Васильевна Дубчак

при наличии многочисленных, указывающих на него (или нее) улик, он являлся жертвой мудреной интриги. И ведь сам Борис иногда всерьез увлекался расследованием и был азартен, когда помогал, но в какой-то момент, вдруг понимая, что Женя опередила его и добилась больших результатов, «включал» заботливого папочку, если не цербера-мужа, и запрещал Жене заниматься этим делом. Покрикивал на нее, бывал с ней грубым. И снова, как же иначе (!), прикрывался заботой о ее безопасности. Хотя на самом деле просто хотел в ней видеть кроткую домохозяйку, хрестоматийное домашнее животное женского пола, которое должно было ублажать его самого, следить за хозяйством, ну и, конечно, воспитывать ребенка.

Так, размышляя о своей жизни, Женя колесила по деревне, останавливаясь и расспрашивая местных жителей о семье Осиповых и пропавшей двадцать лет тому назад девочке.

И она нашла дом Осиповых. Нашла! Симпатичный, выкрашенный в кремовый цвет одноэтажный дом. Высокие металлические ворота.

Позвонила, поговорила с немолодой уже хозяйкой, за все время разговора так и не снявшей садовых рукавиц. Оказалось, что да, на самом деле эта дача раньше принадлежала семье Осиповых, и что как раз двадцать лет тому назад они ее и продали, поскольку все здесь напоминало им о пропавшей дочери. Что все, кто жил здесь в то время, сочувствовали родителям девочки, и многие из них, конечно же, помнят эту грустную историю. Но трупа ребенка так и не нашли, так что, возможно, ее похитили. Во всяком случае, в это больше хотелось верить.

– Скажите, а вы не помните мальчика Юру, который гостил в соседнем доме у знакомых своих родителей? Иногда его родители привозили сюда и его младшую сестру Лилю.

– Да как же?! Конечно, помню, – отвечала женщина. – Это Никифоровы. Они до сих пор здесь живут. И Юру помню. Осиповы-то уехали, а Юра с сестрой еще какое-то время оставались здесь на лето. Родители в городе работали, а дети проводили летнее время у знакомых. Я еще тогда, честно говоря, удивлялась этому. Сначала думала, что это семья, и только потом соседи рассказали, что это не мама с папой Юры, а друзья родителей. Сами-то они бездетные, может, им на самом деле было в радость позаботиться о детях своих друзей. Да вы сами можете с ними поговорить. Они милые люди, мы уж сколько времени живем по соседству. Таечка, очень приятная женщина, художница, все время проводит дома, в своей мастерской, а муж работает в Москве. Знаю, что у них в Москве квартира, но они ее сдают, а здесь живут постоянно. Это же не так далеко… У меня муж тоже работает в Москве… Здесь многие так живут.

– Скажите, вам известно что-нибудь об убийстве, которое произошло не так далеко от вас, думаю, вон в том лесу… – Женя без труда определила это место, поскольку это был единственный лес, находящийся поблизости.

– Убийство? А я и не знала… Я видела там машины, полицию… Подумала еще, что, может, что-то случилось, но подробностей не знаю. Неужели здесь, в нашем тихом месте, могли кого-то убить? Господи… – женщина перекрестилась. – И кого же убили?

– Молодую женщину.

– Так вы поэтому задаете мне все эти вопросы? Но при чем здесь Осиповы?

– Вот нам и надо разобраться… – проронила Женя, понимая, что не должна была вести себя так, как если бы она вела следствие. Хотя, быть может, она никогда больше и не увидит эту женщину. Но вдруг к ней, как к свидетелю, приедет кто-то из Следственного комитета? Хотя она же договорилась с Журавлевым, что в Сапроново поедет сама.

– Может, Таечка что-то знает, у них дом ближе к лесу… Потом расспрошу ее.

Женя постаралась поскорее свернуть разговор, поблагодарила женщину и, проехав метров двадцать до соседних ворот, припарковалась под старой ивой, вышла из машины и позвонила. За невысоким забором высилась крыша двухэтажного, выкрашенного в зеленый цвет дома. Через ажурную калитку можно было рассмотреть и сам дом с большой верандой, и сад, и цветочную клумбу возле места отдыха. Все чисто выметено, прибрано. Широкое высокое крыльцо дома заставлено горшочками с цветущими геранями.

Таечка Никифорова, которой должно было быть минимум за сорок, выглядела довольно молодо. Хрупкая, невысокая, с пестрой косынкой-банданой на голове и в свободном домашнем платье, она, даже не предполагая, кто приехал по ее душу, широко улыбалась, как если бы они с Женей были знакомы сто лет.

– Вы – Тая Никифорова? – на всякий случай спросила Женя.

– Да. Вы приехали за картиной?

Ах вон оно что! Что ж, придется ее разочаровать.

– Тая, меня зовут Женя. Я приехала к вам по поручению одного своего знакомого, который неравнодушен к судьбе Юры Агневского.

Улыбка моментально сошла с ее лица.

– Юрочка? Что с ним? Он жив?

– Ох, извините, что напугала вас. Да, конечно, он жив!

– А что с ним случилось?

– Он жив и здоров, – повторила она. – Вы позволите мне войти?

Тая извинилась и впустила Женю. Они расположились за столиком, их разделял большой букет розовых пионов в глиняном кувшине.

– Вы слышали что-нибудь об убийстве в вашем лесу?

– Честно говоря, когда вы сказали про Юрочку, я сразу связала ваш приезд с этим делом… Вы не подумайте, это не потому, что Юра имеет к этому какое-то отношение, нет, просто вспомнила всю ту жуткую историю, когда в этом же лесу, который мы так любили, пропала девочка. Но мне про убийство ничего не известно. Просто сказали, что там нашли женщину. Просто жуткое место… А ведь раньше мы часто там бывали, пикники устраивали. Там очень красиво, кострище есть и чудесные качели…

Женя начала задавать вопросы, и Тая рассказала примерно то же самое, что они с Наташей уже слышали от самого Юрия Агневского: про то, как у них летом гостили друзья, Агневские с детьми, но в основном одни дети, Юра и Лилечка. Что Тая, не имея возможности иметь своих детей, с радостью возилась с малышкой Лилей, заботилась о Юрочке. Ей нравилось, когда в доме звучал детский смех. Она постоянно пекла детям пирожки, торты, читала книги, учила рисовать. Они все прекрасно ладили. По соседству проживала семья Осиповых, их дочка Валечка, ей было в ту пору пять лет, дружила с Юрой, они целыми днями играли то в саду, то катались на велосипедах, то на качелях в лесу.

– И потом Валечка пропала, да?

– Да. Это случилось, кстати говоря, ровно двадцать лет тому назад. Вот ушла девочка утром на улицу погулять и пропала. И ее ведь так и не нашли. Такая трагедия случилась. Юрочка