Искупление. Часть вторая (СИ) - Юлия Григорьева

— Уже? — поразился герцог. — Я ведь только что лег.

— Уже прошло четыре часа, — ответил с поклоном Матьен.

— Проклятье, — проворчал его сиятельство. — Воды, ледяной. — Потребовал он.

Через полчаса его сиятельство, заметно посвежевший, завтракал и заслушивал вымотанного тарга Когена.

— Документы подготовлены заново, как и письмо Тигана. Мои люди продолжают расследование и выявление неблагонадежных служащих по всем ведомствам, придворных, а так же среди аристократии.

— Отлично! — похвалил герцог. — Вы меня радуете, тарг Коген.

Только после этих слов, тайный советник, наконец, свободно выдохнул. Он был прощен. Да после этой ночи и зверств, которым он стал свидетелем, Коген готов был слизывать пыль с герцогских сапог, лишь бы не дать усомниться в своей преданности. Его сиятельство умел внушать… верность Таргару и его правителю.

Найяр перехватил пухлую папку с подложными документами, просмотрел письмо Руэри Тигана, написанное лучшим мастером подделки почерков, подкинул ее на руке и жестко ухмыльнулся:

— И пусть попробуют заявить, что документы фальшивые.

Герцог подмигнул советнику и покинул покои привычной стремительной чеканящей походкой. Он сбежал вниз, заглянул к Военору, но тот опять отсутствовал, и его сиятельство нахмурился, недовольный тем, что снова вынужден отложить вопрос о служанке, которая до сих пор не объявилась во дворце. Рыкнув на секретаря казначея, он направился в малый тронный зал. Гаэлдарцы уже томились в ожидании аудиенции, ему успели доложить. Найяр взглянул на папку и усмехнулся, заведомо предвкушая представление.

Сегодня его чело было украшено герцогским венцом — тонким золотым обручем с витиеватым узором, спускавшемся на виски. Символ власти мягко поблескивал, придавая своему владельце величие, которого у его сиятельства было и так не мало. Найяр вошел в тронный зал, уместился на своем троне, на мгновение задержал взгляд на втором, поменьше, вечно пустующем, и прошептал:

— Ты ведь со мной, сокровище мое?

Тишина осталась так же нема, как и мгновение назад. Поджав губы, его сиятельство распрямил плечи и велел:

— Впускайте ягнят. Дракону время пообедать.

Гаэлдарский посол со свитой вошли, глядя прямо перед собой. Они были уверены в себе, были уверены в том, что победа у них в руках, Найяр считывал с их лиц, как с открытых книг, довольство проделанной работой. Герцог сознательно никому не отдал папку, он собирался развлекаться сам.

— Доброго дня, ваше сиятельство, — поклонились послы. — Пусть боги овеют вас своей милостью.

— Доброго, ассары, — милостиво кивнул Таргарский Дракон и приветливо улыбнулся.

Эта улыбка немного поколебала уверенное выражение на лице гаэлдарского посла, но уже через мгновение он вновь излучал благодушие и спокойствие.

— Не будем долго расшаркиваться, благородные ассары, — начал герцог. — Перейдем сразу к сути выдвинутых мне, правителю Таргарского герцогства, обвинений. Первое, озвучьте, ассар Блавар.

— Казнь ассара Тигана, подданного Гаэлдара без ведома его величества, ваше сиятельство, — с готовностью отозвался посол.

— Моего подданного, ассар Блавар, — насмешливо ответил Найяр. — Ваша формулировка не корректна. Тарг Руэри Тиган был уличен в предательстве и в шпионаже в пользу Гаэлдара. Вот свидетельские показания, — и в посла полетела папка.

Она глухо стукнула об пол, и документы разлетелись в разные стороны.

— Ознакомьтесь, ассар Блавар, не стесняйтесь, — все так же насмешливо продолжал его сиятельство.

В глазах посла вспыхнула ярость, желваки заходили на скулах, что сразу же отметил его сиятельство и удовлетворенно улыбнулся. И все же ассар поднял несколько документов и пробежал их глазами.

— Кроме того, ассар посол, — снова заговорил герцог Таргарский, — вот письмо, написанное за несколько недель до казни, где тарг Тиган просит вашего властелина взять его и его супругу, тарганну Тиган, под свое покровительство и клянется в верности. Можете подойти, ассар Блавар, я вас не съем.

Посол перешагнул рассыпавшиеся бумаги и подошел к трону, с поклоном приняв письмо. Он и его пробежал глазами. Прилюдное унижение начало играть с послом недобрую шутку. Он поднял глаза на таргарского правителя, открыл было рот, но тут же его закрыл.

— А это документ, где значится, что тарг Тиган принес клятву верности Таргарскому герцогству и его правителю, то есть мне, — на посла мягко спланировала еще бумага, попав на лицо.

Найяр откровенно издевался, выводя из себя гаэлдарского подданного.

— А это письма тарганны Тиган, где она требует развода. И это опровергает второе обвинение, якобы я силой удерживал благородную тарганну. Как вы можете видеть, она не желала быть супругой таргу Тигану, а следовательно, и подданной Гаэлдара. Так что ваш король раньше времени обрадовался двум новым детям, — уже совсем язвительно продолжил герцог. — Что там было еще? Вас убедили доказательства?

— Документы подложные! — воскликнул посол и осекся под мгновенно заледеневшим взглядом его сиятельства.

Найяр склонился вперед и тихим вкрадчивым голосом спросил:

— Откуда такая уверенность, ассар Блавар? Чем докажете?

Посол невольно отшатнулся и облизал пересохшие губы.

— Почерк в письме не совпадает с почерком ассара Тигана, — ответил посол и замолчал, потому что голос вдруг дрогнул.

— Опять ложь, благородный ассар. Почему вы все время лжете? — герцог откинулся назад и вновь насмешливо посмотрел на Блавара. — Вот вам документы, написанные рукой тарга Тигана. Сличайте с письмом. Что скажите?

Свернутые в необходимом Найяру порядке бумаги лежали на его коленях, незаметные тем, кто стоял ниже, и теперь он, словно маг, доставал документ за документом. Герцог и письма Сафи к мужу выбрал именно те, которые она писала намеренно сухим тоном, и теперь он оценил их пользу, как и то, что его сокровище сберегала все. Спрятала, но он нашел, и сейчас был безмерно благодарен своей пропавшей любовнице.

— А Кайо, — Найяр вновь добродушно улыбнулся, — слишком далек от Гаэлдара, чтобы ваш король имел в нем нужду. У вас еще остались вопросы? Нет? Тогда я хочу преподнести вам прощальный дар.

Герцог сделал жест, и к трону приблизился один из слуг с подносом, на котором стояла черная лакированная шкатулка. Его сиятельство взял ее и протянул послу.

— Откройте, ассар Блавар.

Гаэлдарский посол почувствовал, как дрогнули его руки, но отказаться от дара он не мог, потому принял шкатулку, открыл и непонимающе уставился на содержимое.