Что натворил Бог. Трансформация Америки, 1815-1848 гг. - Daniel Walker Howe

выросла в ревностную методистку "святости". Получив свободу, она оставила мужа (которого, возможно, выбрал для нее их хозяин) и стала странствующим проповедником. Она предупреждала о Втором пришествии Христа и требовала отмены рабства по всей стране. В 1843 году она приняла имя Соджорнер Истина, подходящее для странствующего вестника Божественного Слова. Несмотря на свою неграмотность, она властно говорила и надиктовала финансово успешную автобиографию. Ростом пять футов одиннадцать дюймов, со смуглой кожей и мускулистой фигурой, Соджорнер Истина приковывала к себе внимание аудитории. Ее звонкий голос имел нью-йоркский акцент рабочего класса, который никогда не терял следов голландского языка74.

Из всех многочисленных аспектов глобальной экономики начала века ни один не был столь печально известен и не имел более масштабных последствий, чем атлантическая работорговля. И Великобритания, и Соединенные Штаты приняли

73. Тексты нью-йоркских законов 1799 и 1817 годов см. в книге "Джим Кроу в Нью-Йорке", изд. David Gellman and David Quigley (New York, 2003), 52-55, 67-72.

74. За информацией об Изабелле я обращаюсь к Nell Painter, Sojourner Truth (New York, 1996); за акцентом Изабеллы - к 7-8. Реконструкторы обычно изображают ее с неточным южным акцентом.

В 1807 году был принят закон, объявивший вне закона этот и без того печально известный своей жестокостью вид торговли, хотя испанские и португальские колонии в Латинской Америке все еще разрешали ее, а французская Вест-Индия подмигивала ей. Торговля возникла в результате демографической катастрофы после Колумба, которая привела к острой нехватке рабочей силы в Новом Свете. Европейские колонизаторы восполняли спрос на дешевую рабочую силу за счет импорта людей из Африки. В основном это были пленники, захваченные в ходе войн между западноафриканскими государствами, а также осужденные и жертвы похищений. Пленников доставляли на побережье и продавали европейцам, получившим от местных правителей разрешение на управление торговыми пунктами, называемыми "фабриками". Оттуда они отправлялись в ужасный трансокеанский "средний путь" в Западное полушарие. По состоянию на 1815 год в Новый Свет из Африки через работорговлю попало больше людей, чем из Европы75.

В Соединенных Штатах в результате обезлюдения коренного населения земля стала недорогой и доступной после того, как были сняты британские ограничения на миграцию на запад. Большинство свободных людей предпочитали обзавестись собственной фермой, а не работать на чужой земле. Поэтому крупные землевладельцы импортировали несвободных рабочих, сначала европейцев по найму, а затем порабощенных африканцев. Войны в Северной Америке, как и в Западной Африке, также приводили к появлению невольников, но не в больших количествах. По иронии судьбы, свободные земли Америки способствовали развитию рабства - во многом по той же причине, по которой изобильные земли России способствовали развитию крепостного права76.

В 1815 году из примерно 8,4 миллиона жителей Соединенных Штатов почти 1,4 миллиона находились в наследственном рабстве, являясь личной собственностью своих владельцев. В колониальный период рабство было легальным на всей территории будущих Соединенных Штатов, и оспаривание его моральной легитимности было редким явлением. Но Революция популяризировала идеи Просвещения, синтезировала их с элементами христианства и обобщила в утверждении, что "все люди созданы равными" и что все обладают "неотъемлемыми правами". К началу XIX века почти никто за пределами штатов Глубокого Юга - Южной Каролины и Джорджии - не пытался оправдать рабство в

75. Дэвид Брайон Дэвис, "По образу и подобию Божьему" (Нью-Хейвен, 2001), 64.

76. См. Hugh Thomas, The Slave Trade (New York, 1997); John Thornton, "The African Background to American Colonization," in Engerman and Gallman, Cambridge Economic History of the United States, I, 53-94; Juliana Barr, "From Captives to Slaves: Commodifying Indian Women in the Borderlands," JAH 92 (2005): 19-46; Эвси Дорнар, "Причины рабства или крепостного права", Journal of Economic History 30 (1970): 18-32.

принцип. Общественное мнение в 1815 году в целом считало этот институт достойным сожаления злом, противоречащим как христианству, так и естественным правам. Однако в местах компактного проживания афроамериканцев белые опасались, что всеобщая эмансипация поставит под угрозу господство белых и создаст угрозу восстания, и даже там, где чернокожее население было небольшим, белые беспокоились, что освобожденные люди могут стать общественными обвинениями. Белые нигде не хотели, чтобы их облагали налогом для выплаты компенсации владельцам за освобождение рабов.

Конституция 1787 года оставила правовое регулирование рабства за штатами, и большинство американцев, похоже, предполагали, что несколько штатов со временем найдут способы ликвидировать этот институт без лишних трудностей. Пенсильвания и штаты Новой Англии, где рабство никогда не было экономически значимым, отменили его внезапно или постепенно во время Революции. Тысячи людей тогда также обрели свободу, спасаясь от британской армии и уплывая в другие части империи. Некоторые чернокожие мужчины тоже присоединялись к вооруженным силам повстанцев, но на Юге их редко принимали в рекруты. Континентальный конгресс запретил рабство на Северо-Западной территории в 1787 году, поэтому, когда Огайо был принят в Союз в 1803 году, он стал свободным штатом. Нью-Йорк и Нью-Джерси, имевшие больше рабов, ждали до 1799 и 1804 годов соответственно, чтобы начать постепенную эмансипацию. По данным переписи 1810 года, в них по-прежнему проживало двадцать шесть тысяч порабощенных жителей. Процесс в Нью-Джерси развивался так медленно, что в штате оставалось несколько сотен рабов уже в 1840-х годах. Маленький мальчик Изабеллы был далеко не единственным человеком, незаконно проданным за пределы штата во время этих длительных переходных периодов; похитители, а также недобросовестные хозяева совершали эти преступления77.

Те же идеологические импульсы, которые побудили северные штаты к эмансипации, вызвали на Юге широкую добровольную манумиссию со стороны индивидуальных хозяев, особенно в Делавэре, Мэриленде и Виргинии. Следует отметить, что привлекательность свободы усиливалась депрессией на рынке табака в 1780-90-е годы. Многие плантаторы в Чесапикском регионе еще не нашли выгодной альтернативы и оказались владельцами большего количества рабов, чем знали, что с ними делать. ("У меня больше работящих негров, - жаловался Джордж Вашингтон, - чем может быть использовано с какой-либо пользой в системе земледелия"). Те, кто манумитировал значительную часть

77. Артур Зилверсмит, Первая эмансипация: The Abolition of Slavery in the North (Chicago, 1967); James Horton and Lois Horton, In Hope of Liberty (New York, 1997), 55-76; Joannne Melish, Disowning Slavery: Постепенная эмансипация в Новой Англии (Итака, штат Нью-Йорк, 1998), 101-7.

В их число входили сам Вашингтон и один из крупнейших рабовладельцев Вирджинии Роберт Картер III.78

К 1815 году первая волна освободительных акций штатов и отдельных лиц в основном прошла. Некоторые плантаторы Чесапика научились заставлять рабов работать, выращивая пшеницу вместо табака. Другие продавали рабов на запад, из Тайдуотера в Пьемонт или Кентукки. Делавэр не принял никакой государственной программы освобождения, хотя в нем было всего четыре тысячи рабов, а