Что натворил Бог. Трансформация Америки, 1815-1848 гг. - Daniel Walker Howe

"благородных дикарей", находящихся в гармонии с природой, на самом деле коренные американцы сотрудничали с белыми в изменении окружающей среды и истощении ее ресурсов69.

Белые, участвовавшие в торговле пушниной, следовали примеру, а иногда и фактическому руководству франко-канадцев, которые участвовали в этом предприятии задолго до Луизианской покупки Джефферсона. Помимо покупки шкурок, белые также занимались отловом бобров самостоятельно. Начиная с 1825 года, фирма Уильяма Х. Эшли платила зарплату, чтобы белые трапперы круглый год находились в дикой местности, отступив от практики депо своего британского конкурента, Компании Гудзонова залива. Другие "горные люди" работали как свободные агенты или на паях со своими кредиторами. Эти белые мужчины часто женились на женщинах из числа коренных жителей, которые давали ценные знания как связные, проводники и переводчики. Все они ежегодно устраивали рандеву друг с другом и с торговцами из многих индейских племен, чтобы объединить свои уловы. Торговля бобровыми мехами сократилась примерно после 1840 года, поскольку бобра стало труднее найти, а мода на мужские меховые шапки прошла.70

После провозглашения независимости Мексики в 1821 году старые испанские меркантильные ограничения на торговлю с иностранцами были отменены. Теперь нуэвомексиканцы могли обменивать мексиканское серебро, скот и бобровые шкурки на американский хлопковый текстиль и промышленные товары. Торговцы открыли сообщение между западом Соединенных Штатов и севером Мексики. Предприимчивые мексиканцы в поисках коммерческих возможностей отправлялись на север вплоть до города Совет-Блаффс, штат Айова. Тропа Санта-Фе, по которой они и их американские коллеги следовали между Нью-Мексико и Сент-Луисом, была исследована и обозначена федеральным правительством США вплоть до международной границы, хотя реальная дорога так и не была проложена. В 1833 году форт Бентс на территории нынешнего юго-восточного Колорадо стал способствовать торговле между американцами, мексиканцами и индейскими племенами южных равнин; он стал "столицей южной торговли пушниной "71.

69. Эндрю Изенберг, "Уничтожение бизонов" (Кембридж, Англия, 2000); Эллиот Вест, "Путь на Запад" (Альбукерке, Н.М., 1995), 53-83; Дэн Флорес, "Экология бизонов и дипломатия бизонов", JAH 78 (1991): 465-85.

70. Дэвид Уишарт, Торговля пушниной на американском Западе (Линкольн, Неб., 1979); Уильям Гетцманн, Новые земли, новые люди (Нью-Йорк, 1986), 127-45.

71. Howard Lamar, The Far Southwest (New York, 1970), 46-55, цитата из 46; David Dary, The Santa Fe Trail (New York, 2000), 55-106; Stephen Hyslop, Bound for Santa Fe (Norman, Okla., 2002), 47-50.

В период своего расцвета в 1820-30-е годы торговля бобровым мехом значительно расширила знания белых о географии Северной Америки. Коммерческие экспедиции горных людей открыли ценную информацию о Скалистых горах и практических способах их пересечения. Самым масштабным из исследований американских торговцев пушниной была экспедиция Джедедайи Смита. Четвертый из двенадцати детей, родившихся в фермерской семье из Нью-Гэмпшира, в 1821 году в возрасте двадцати двух лет он поступил на работу в меховую компанию Эшли, а в 1822-23 годах повторил большую часть маршрута Льюиса и Кларка вверх по Миссури. За свою короткую жизнь Смит проявил себя прирожденным лидером, бесстрашным исследователем и успешным бизнесменом. Взяв с собой Библию и нескольких спутников, этот трезвый и религиозный молодой человек проложил маршрут будущей Орегонской тропы через Южный перевал в 1824 году и исследовал район Большого Соленого озера. Он проехал через пустыню Мохаве в мексиканский Сан-Диего и вернулся первым американцем (вполне возможно, первым человеком), пересекшим Сьерра-Неваду и Большой Бассейн. В следующем году он во второй раз отправился в путешествие по суше в Калифорнию, а затем по суше добрался до побережья Орегона. На протяжении тысяч миль, которые он прошел без карт, он сражался с одними индейцами, торговал с другими, пережил голод, жажду, снежные бури и наводнения, а также был растерзан гризли. Он успешно противостоял компании Гудзонова залива в пушном бизнесе и вместе с двумя партнерами смог выкупить своего работодателя Эшли в 1826 году. Вернувшись в Сент-Луис в 1830 году богатым человеком, Смит увидел на Западе Скалистых гор больше, чем кто-либо другой в его время, и больше, чем большинство людей с тех пор. Он решил совершить последнюю экспедицию, в Нью-Мексико, отчасти для того, чтобы завершить карту Скалистых гор, которую он составлял на основе собственного опыта. В мае 1831 года он отправился в путь по тропе Санта-Фе в одиночку, оторвавшись от своего хорошо оснащенного повозки, в поисках источника воды. Он нашел водопой, но его настигла охотничья группа команчей. Когда его нервная лошадь покатилась, они восприняли это как враждебное движение и открыли огонь. Его тело так и не было найдено72.

 

IV

В 1815 году Изабелла, семнадцатилетняя девушка-рабыня, жившая в округе Ольстер, штат Нью-Йорк, вышла замуж за Томаса, мужчину постарше, принадлежавшего, как и она, к семье Дюмон. В течение следующих одиннадцати лет Изабелла родила Томасу пятерых детей в перерывах между изнурительным трудом в поле. В 1809 году Нью-Йорк признал законность браков между рабами, а это означало, что теперь пару и их детей нельзя было продать отдельно друг от друга. Сама Изабелла была продана от собственных родителей в возрасте

72. Дейл Морган, Джедедиа Смит и открытие Запада (Индианаполис, 1953).

девяти лет за сто долларов, когда их хозяин умер и его имущество было выставлено на аукцион. Первым хозяином Изабеллы был американец голландского происхождения, и первым языком ребенка был голландский. Следующий хозяин, англоговорящий, бил ее за то, что она не понимала его команд; шрамы остались на ее спине до конца жизни. К 1810 году ее еще дважды продавали (каждый владелец получал прибыль от сделки), и в итоге она попала к Дюмонтам.

Штат Нью-Йорк принял программу постепенной эмансипации, постановив, что рабы, родившиеся после четвертого июля 1799 года, должны стать свободными в возрасте двадцати восьми (для мужчин) или двадцати пяти (для женщин) лет. Это позволило бы владельцу, на плечи которого легли расходы по воспитанию детей, компенсировать несколько лучших лет их трудовой деятельности. Изабелла, родившаяся до этой даты, осталась бы в рабстве до конца своих дней. Но в 1817 году законодательное собрание Нью-Йорка ускорило процесс эмансипации и постановило, что 4 июля 1827 года все оставшиеся рабы, когда бы они ни родились, должны стать свободными. Хозяева не получали от государства никакой денежной компенсации, но у них было еще одно десятилетие, чтобы использовать неоплачиваемый труд своих подопечных. Незадолго до того, как окончательная эмансипация вступила в силу, пятилетний сын Изабеллы был продан от нее на юг, в Алабаму. Это было нарушением нью-йоркского закона; вновь освобожденная Изабелла предприняла замечательный шаг - подала в суд и добилась возвращения мальчика. Этот поступок стал образцом решительного противостояния несправедливости на протяжении всей ее жизни73.

Начав в детстве активную молитвенную жизнь под руководством матери, Изабелла