Золотые крылья и красивые вещи - Кейли Кинг

скользнули по мне, выбирая все, что ей не нравилось. Я практически могла слышать ее мысли, пока она создавала в своей голове ложные представления обо мне. Если бы не чрезмерное количество ботокса и наполнителей на ее лице, я уверена, что смогла бы увидеть это и в ее выражении лица. Постоянное хмурое выражение ее лица — единственное, что я видела. Из-за этого я не знаю, есть ли у Каллана ее улыбка, но я была права, думая, что цвет глаз он унаследовал от нее.

— Расскажи мне еще раз, что ты изучаешь, Энди? — она щурится на меня через большой стол, вытирая уголки рта тканевой салфеткой.

— Инди, — поправляет Астор, не удосуживаясь взглянуть на нее. По большей части Астор не уделял ей времени. Хотя она, казалось, была рада его видеть, он почти не узнал ее. Несколько раз его взгляд метнулся в ее сторону, как будто он смотрел сквозь нее. Как будто он блокирует само ее существование. Я думаю, что для освоения этого навыка потребовались годы практики.

— О, мои извинения, дорогая, — фальшивая искренность едва не стекает с ее переполненных губ. — Может быть, если бы мой сын удосужился обсудить тебя и ваши отношения во время наших телефонных разговоров, я была бы лучше подготовлена и запомнила бы твое имя.

Тот факт, что за все это время он так и не удосужился рассказать обо мне своей матери, доказывает, что нам никогда не суждено было быть чем-то большим, чем мимолетными фигурами в жизни друг друга. Если бы я когда-нибудь действительно имела для него значение, мое имя всплывало бы в разговоре еще до сегодняшнего вечера.

Сидя рядом с ней, Каллан вздыхает, качая головой.

— Мама, давай без этого, пожалуйста. Я попросил об одном ужине вместе. Просто такой, где кто-то не ведет себя как задница.

— Ты называешь меня задницей, Каллан Бэйнс?

Если она ходит и скулит, как утка…

Каллан потирает висок, как будто у него уже болит голова. Кажется, ни один из нас не выиграл в материнскую лотерею.

— Нет, я не это говорю… — он замолкает, отказываясь от борьбы.

Решив пожалеть его, я откашливаюсь, возвращая внимание женщины.

— Я хочу стать практикующей медсестрой, поэтому работаю над получением степени бакалавра по медсестринскому делу. Когда я закончу с этим, мне нужно будет получить степень магистра.

Под столом кончики пальцев Астора начинают чертить круги на моем голом бедре. Мне хочется посмотреть на него, но привлекать к себе внимание — это последнее, что нам нужно сделать за этим и без того враждебным столом. Даже когда его движения начинают двигаться вверх, я заставляю себя оставаться на месте.

— Это похоже на долгую учебу, — комментирует Джун, изображая интерес.

Мои бедра непроизвольно сжимаются сильнее, когда пальцы Астора пытаются их раздвинуть. Его хватка на моей коже — мое молчаливое предупреждение. Не лишай меня.

— Мне всего девятнадцать, — объясняю я, и мой голос звучит удивительно, даже несмотря на растущее волнение. Очень медленно я раздвигаю ноги перед Астор и добавляю: — Меня это не слишком беспокоит.

— Ты посещаешь какие-нибудь летние курсы, как Каллан? Эти дополнительные кредиты действительно помогли ускорить его обучение в университете. Лично я считаю, что это к лучшему. Пришло время ему присоединиться к реальному миру, — рука Джун гладит Каллана по плечу, и этот жест ни одному из них не кажется вполне комфортным.

Краем глаза я вижу, как губы Астора кривятся в малейшей ухмылке, когда он обнаруживает, что я снова не ношу нижнего белья. Он сказал мне надеть на сегодняшний ужин то же, что и вчера. Я просто предположила, что он имел в виду то же самое, поэтому снова отказалась от трусиков.

Каллан откашливается и ерзает на стуле.

— Собственно, об этом я и хотел поговорить с вами, ребята, сегодня вечером.

Снова потянув за ногу, я вынуждена слегка сдвинуться на стуле, чтобы развернуться до нужного Астору положения. Ничто в тоне или позе Астора не выдает того, что происходит под столом. Он такой же крутой и сдержанный, как всегда. Между тем, я думаю, что мое колотящееся сердце может сломать ребро.

— Ты хотел поужинать вместе, чтобы мы могли поговорить о твоих летних курсах? — Астор задает вопросы.

— Нет, — поправляет Каллан. — На самом деле я хотел сообщить вам всем, что я уже получил все кредиты, необходимые для получения диплома. Я был занят работой и разговаривал со своими консультантами, и все они согласились, что я могу закончить обучение на семестр раньше. Официально я закончу в декабре.

Гордые аплодисменты и поздравления Джун заглушают резкий вздох, который вырывается из моих губ, когда пальцы Астора касаются моей обнаженной киски. Он дразнит — нет, готовит меня к тому, что задумал. Тот факт, что он попросил меня надеть это чертово платье, показывает, что он именно это и планировал. Это не сиюминутная вещь. Настоящая мысль была вложена в это.

— Это отличные новости, Каллан, — хвалит он сына, кивая головой и томно водя вверх и вниз по моей киске. — Я знаю, что это цель, которую ты преследовал еще со школы. Я горжусь тобой за это.

— Спасибо папа, — Каллан смотрит на меня следующей, и мой отвлеченный мозг быстро вспоминает, что мне нужно что-то сказать.

— Я очень рада за тебя, Каллан. Я действительно имею в виду это, когда говорю это, — мои романтические чувства к нему, возможно, и уменьшились, но я все еще хочу для него только счастья и успеха. — Ты будешь делать потрясающие вещи… — мои слова замирают, когда Астор поддразнивает меня. — Я просто это знаю, — добавляю я напряженно.

У меня нет возможности узнать, выглядит ли улыбка, которую я ему дарю, такой же натянутой, как кажется.

Астор толкает палец внутрь меня, и мой подбородок падает на грудь, пытаясь скрыть потрясенный приоткрытый рот.

Этого не происходит. На самом деле он этого не делает, пока его сын и бывшая сидят за столом. Логическая часть моего мозга пытается рассуждать, но увеличивающийся ритм его пальца, скользящего внутрь и наружу, доказывает обратное.

Глубоко вздохнув, я пытаюсь успокоиться, прежде чем снова поднять голову.

— Какие у тебя планы после окончания учебы? — Джун спрашивает за бокалом дорогого красного вина. Она попросила Каллана принести одну из бутылок из подвала Астора, прежде чем мы сели за стол, как будто у нее все еще было право на вещи Астора.

Каллан смотрит на меня так, будто собирается сообщить новости, меняющие мою жизнь. У меня учащается сердцебиение не из-за его напряженного выражения лица. Это ладонь его отца