Зеркало иллюзий - black__tiger

Забавно, как кстати мистеру Моргану понадобилось вдруг стереть со лба испарину…

Интересно, кто еще позволит себе косо обо мне подумать – по крайней мере, у меня на занятиях?

Трелони была по–своему права, подозревая во мне соперника. И, кажется, она по–прежнему убеждена, что моя тайная любовь – прорицания. Хотя – какой из меня ей соперник? Я преподаю зелья.

Еще раз, по буквам:

— Я — П–Р–Е–П–О–Д–А–Ю — З–Е–Л–Ь–Я.

Мерлин… как звучит!

Только вот поверить в это может только тот, кто совершенно – абсолютно – совсем меня не знает.

Зелья – это часть меня. Это лучшая часть меня. Иногда мне кажется, что они текут в моих жилах… вместо крови. Я не могу преподавать их. Потому что это значило бы – делиться собой. Отдавать часть себя… добровольно. Варить зелья для кого‑то – другое дело. Даже для врага. Но делиться секретами… даже программными…

Я не могу поверить в то, что я все‑таки это делаю.

Ну да, это банальная – вульгарная – примитивная ревность. Меня спасает только то, что учить приходится тому, что любой нормальный маг способен освоить и без преподавателя (я же освоил!). Возможно, когда‑нибудь я и переступлю через сие недостойное чувство. А пока именно оно диктует мне преподавательскую манеру максимальной отстраненности: я пишу на доске рецепт и наблюдаю за процессом.

У кого не получилось – я не виноват.

У кого получилось – тоже.

Вообще, при чем тут я? Есть же учебники!

А плохо – что и они меня знают. Не все, конечно. Первокурсники смотрят настороженным и внимательно – как‑никак преподаватель. Которому, между прочим, в конце года экзамен сдавать. Ну да, я дал это им понять. Прямым текстом.

Но старшие…

Сегодня на паре меня прошиб холодный пот. Первый курс варил зелье… простейшее зелье – от фурункулов. А я просматривал планы на семестр и вдруг понял, что нынешний седьмой курс – это те самые, кто видел меня на пятом. Я учился с ними. Они видели меня студентом – и не в самые лучшие минуты жизни. И это к ним я иду завтра…

Где ты, моя преподавательская манера максимальной отстраненности? Где наспех отработанный имидж сурового преподавателя? Где до сих пор не подводившая меня способность, входя – не в класс – к Темному Лорду! – оставлять за порогом скверное самочувствие, плохое настроение, тревоги и сомнения?

Встреча с прошлым – не слабее Круциатуса.

Мне очень захотелось воспользоваться Обливиэйтом, чтобы, ловя на уроке взгляды, не понимать их значения… Остановило только то, что тогда я забуду заодно и кому и за что должен.

…

Я мыслю – следовательно, существую.

Существую… вот именно, я – существую

А они – живут!

ОНИ – это все, кроме меня. Маглы Паучьего Тупика. Чистокровные Слизерина. Студенты. Преподаватели.

Не–на–ви–жу!

За то, что они все – на своем месте.

И только я… Волшебник в Паучьем Тупике. Полукровка в Слизерине. Уже не студент. Еще не профессор. Я всегда и всем проигрывал. Даже грязнокровкам. Потому что те не стеснялись объединять в себе силы обоих миров. И становиться вдвое сильнее. А я всегда пытался отсечь от себя половину, которая не давала мне обрести законное место в мире волшебников. Я всегда считал, что это моя магловская кровь делает меня слабым.

Почему это не мешало другим?

Особенно Мародерам. Вот для кого “своего места” попросту не существовало. Вообще. Чистокровные, полукровка и маглорожденная Эванс. И оборотень! И никто из них никогда не слышал от других про “свое место”. Или слышали – и смеялись в лицо тому, от кого слышали. Потому что они – жили. Ярко, страстно, без оглядки, не сбрасывая скорости на виражах, захлебываясь смехом и ветром, и финтами Вронского. И не думали, срываясь в пике, что из него однажды можно и не выйти…

Ненавижу!

До зубовного скрежета канувшего в прошлое подростка, который там, в моем прошлом, не сводил глаз со своего отражения в зеркале и не мог понять: чем он – хуже?

Я уже давно не подросток.

Но по–прежнему смотрю в зеркало и все так же не понимаю – почему?

К одиннадцати годам я был начитанным и натасканным на основы (и даже больше, чем на основы) целеустремленным ребенком. Усидчивым, работоспособным и готовым на все, чтобы вычеркнуть из своей жизни Паучий Тупик. В сентябре семьдесят первого, стоя в шеренге одиннадцатилеток перед старой Распределительной Шляпой, я точно знал, чего я хочу – а хотел я в Слизерин. И точка!

О факультетах рассказывала мама. В подробностях. Я еще до школы понял, куда должен попасть, если хочу добиться хоть чего‑то. На самом‑то деле, на Слизерине мне было не место – из‑за происхождения. Ну, и по уму, конечно, тоже – по уму мне была прямая дорога в Рэйвенкло. Но по характеру, по целям, по наследству, наконец – только Слизерин.

Увы! Может быть, мне и не было равных по уму… но в Слизерине не ум определял положение. То есть определял – но не то, которого бы мне хотелось.

Я думал – завидовать будут мне…

А завидовал – я.

И ладно бы – сокурсникам; у нас были одни маяки, хоть и разные стартовые условия… просто мне нужно было проплыть дальше, чем они, и затратить больше усилий. Но были и другие – те, которых я не мог догнать просто потому, что они плыли совсем в другую сторону, на другие маяки. Может быть, я ошибся целью? Не знаю. Не хочу знать.

Ну, какое мне было дело до гриффиндорцев?

Я завидовал Люпину – который по справедливости должен был стать – и не стал!!! – гадким утенком Гриффиндора.

Завидовал Блэку – и всему тому, что было ему дано просто по праву рождения, а он отбросил это от себя, как сбрасывает змея, перелиняв, старую кожу.

Завидовал Поттеру – но вовсе не его успехам в учебе. Или в квиддиче, как думали многие. На кой боггарт мне сдался квиддич? Футбольный мяч бьет не слабее бладжеров – а я отведал футбола с мальчишками в Паучьем Тупике, и мне НЕ понравилось. В Хогвартсе я предпочитал сохранять в целости мозги, которые мне удалось уберечь в магловских играх. Я полагал, что они – мозги, а не игры, разумеется, – стоят этого. Я завидовал тому, что у Поттера были друзья, один из которых, по крайней мере, должен был учиться в Слизерине. Уж не знаю почему, но я был убежден, что мы с Блэком – будь мы на одном факультете – нашли бы общий язык. Хотя бы по способностям. Или у меня было бы на одного врага меньше…

Если бы только он был в Слизерине!

Проклятая Шляпа!

…Я завидовал даже Петтигрю – живому доказательству того, что ничтожествами бывают не только маглы. Потому что он был – востребованным ничтожеством.

Я завидовал – и что‑то, что было сильнее меня, раз за разом бросало меня на укрепления гриффиндорской четверки.

Ну да – я нарывался. Я провоцировал их. Зачем?