Лучший из миров - Сергей Че

на стол, приблизив лицо к камерам так, что стали видны капли пота на пухлых щеках.

-Эту штуку надо уничтожить. Слышишь, посланник? Уничтожить. Немедленно. Сегодня же. Сейчас.

-По-вашему этот неизвестный опасен? Он приблизился к обитаемым планетам?

-Да… То есть, нет. Незначительно. На полфарсанга.

Учитывая расстояние до Теснины, это означало, что корабль чужаков почти стоял на месте.

-Ясно, - сказал Тимур. – Тогда спешить некуда. Сейчас я наведаюсь к вам в гости на флагман, а по делам отправлюсь, пожалуй, завтра. Скажите, эфенди, ваши планеты славятся своими курортами. Не посоветуете, где лучше провести веселую ночку? Так, по-простому, без фанатизма.

Чиновник издал горловой звук и вырубил связь.

Тимур некоторое время смотрел на свое отражение в потемневшем экране, усмехаясь. Изводить чинуш ему с детства нравилось. Забавно было наблюдать, как эти напыщенные идиоты, привыкшие повелевать миллионами подданных, трясут щеками, не зная, что ответить.

Он вызвал посадочную палубу флагмана, задал координаты стыковки и включил автопилот. Затем прилег на ложе, убрав гравитацию и внутреннее освещение. И долго парил в темноте, разглядывая сквозь прозрачные стены далекие звезды, сиреневый водоворот Теснины Ал-Тарика, наполовину скрытый бешено палящим светилом. И диск великолепной Куртубы с перьями облаков и бликами на океане. Да, она была действительно прекрасна, дальняя жемчужина Халифата.

Кольцо флагмана надвигалось, сверкая бортовыми огнями. На белесом фоне туманности не сразу можно было рассмотреть висящую под ним гравитационную ловушку с застывшими в ней темными ошметками. Тимур пригляделся. Потом увеличил изображение.

Сквозь сетку еле угадывались искореженные крылья, прикрывающие массивные плечи и то место, где должна была быть голова. Головы не было. Среди раздробленных костей сверкали голубоватые кристаллы замерзшей жидкости. Это у них кровь такая, вспомнил Тимур, густая взвесь цвета утреннего неба. В открытом космосе она превращается в кристаллы. Ростовщики на богатых планетах дают за нее бешеные деньги.

Ифрит. Модифицированное существо, способное летать в открытом пространстве быстрее любого дромона. Тупое и выносливое, как архарский верблюд. Надо было очень постараться, чтобы превратить его в подобное месиво. К Дальнему Сектору было приписано десять ифритов. Стоили они дорого, и Тимур подумал, что следует обязательно поинтересоваться у эфенди мухтасиба, какова причина столь небрежного отношения к казенной собственности. Прямо сейчас поинтересоваться. Не откладывая.

Плиты шлюза медленно раскрылись, втягивая «Зу-ль-Карнейн» в ярко освещенное чрево флагмана.

Даже утилитарная посадочная палуба была оформлена по последнему слову моды. Это Тимур понял сразу, как только вышел из корабля. Напольные плиты скрывала изумрудная трава, по стенам струились визуальные водопады, играющие бликами от скрытых за полупрозрачными барельефами светильников. На фоне водопадов стоял завернутый в белые одеяния гулам с вензелем сотника на головной накидке. Рядом присутствовали двое бенарахов в черной броне. Тяжелые альфанги взлетели вверх в приветственном салюте.

Пары минут хватило, чтобы избавиться от гулама и охранников. Не до вас, господа. Что? Полномочия? Взмах руки с динамической картинкой на тыльной стороне ладони. Бенарахи, сопя, прижались к стене, пропуская. Гулам попытался было сопровождать, но был вежливо остановлен. Где, говорите, господин мухтасиб обретается? А, конечно. Нет, спасибо, сам найду, я хорошо знаю корабли этого класса.

А потом бегом, по роскошным коридорам, оформленным в стиле древних магрибских дворцов с арками и вензелями в нишах. Главное – успеть, пока тупые местные чинушки ифритову голову в утиль не отправили.

Эфенди мухтасиб был в медицинском отсеке. Такой же толстый, потный и неопрятный, как и на экране. С тем же десятком бенарахов, стоящих вдоль стен.

Тимур коротко поклонился, как того требовала субординация.

-Я видел останки ифрита, эфенди.

Чиновник дико глянул на непрошеного гостя.

-А что мне было делать? Я ждал два дня.

-У вас был недвусмысленный приказ – ничего не предпринимать до моего прибытия. Я буду вынужден сообщить везиру. Вы послали туда ифрита, я правильно догадался?

Мухтасиб кивнул.

-И его убили?

-Да… То есть нет. Он погиб.

-Если ифрит приблизился к чужому кораблю и погиб – значит, его убили. Ифрита непросто убить. Кто там, эфенди? Пираты? Персы? Где его голова?

Чиновник молча показал на стоящий у стены саркофаг.

Только сейчас Тимур заметил изуродованную рогатую голову, еле уместившуюся под стеклянным куполом. Судя по раздробленным лобным костям, чудовищу досталось изрядно.

-Он смог приблизиться к чужаку только на пару фарсангов. Потом его смяла буря.

Тимур поперхнулся.

-То есть? Первый раз слышу о буре, способной смять ифрита.

Мухтасиб подскочил к нему вплотную. Вблизи его жирная физиономия казалась еще уродливее.

-Я тоже! Я тоже впервые, посланник. Говорю тебе – этот корабль надо уничтожить. Скорее.

Тимур подошел к саркофагу.

Огромные змеиные глаза с потеками застывшей слизи. Бронированный гребень, смятый в двух местах. Тянущиеся из шеи кости и синие сухожилия, разорванные и перекрученные так, что Тимуру стало не по себе от осознания той силы, которая была способна на такое.

-Как все было. Рассказывайте.

-Мы не успели толком разглядеть. Он был еще далеко. Чужой был словно в каком-то тумане. Ничего не видно, только силуэт. А потом вдруг налетело что-то… И связь исчезла. Патруль выловил ифрита в пяти фарсангах от объекта. Точнее то, что от него осталось.

Белая паутина сканера, опутывающая изуродованную голову, вдруг прекратила пульсировать, и на экране загорелся вензель обрыва. Мягкий голос реаниматора сообщил, что информация недоступна.

-Слишком сильно поврежден мозг, - сказал мухтасиб. – Не достанем ничего.

Тимур тронул сенсоры медицинского пульта, убирая герметизацию. Крышка саркофага с шипением отъехала в сторону. По комнате распространился резкий запах гнили.

Мухтасиб хрюкнул.

-С ума сошел?!

Тимур не ответил. Преодолевая отвращение, он опустил ладони на шершавую, покрытую холодной слизью лобовую броню. Он плохо помнил давний семинар по непосредственному контакту, и теперь неумело елозил пальцами по скользкой поверхности, стараясь нащупать точки входа. Ифриты были редкими существами, и персонал стражи общению с ними почти