Десять дней в ноябре - Герцель Давыдов

молодого писателя, это особенно важно.

В зале было душно, мистер Дрейсон в очередной

раз достал из кармана белый платок, вытер вспотев-

ший лоб и добавил:

– В нашем Виндзоре с его тридцатитысячным

населением мы нечасто балуем любителей театра пре-

мьерами, и неубедительная подача спектакля может

оттолкнуть наших и так немногочисленных зрителей.

Поэтому спешка в таком случае не лучший советчик.

Джули, внимательно слушавшая директора те-

атра, во время возникшей паузы пыталась высказать

свое мнения на сей счет, но голос мистера Дрейсона,

который собирался завершить свою мысль, вынудил

ее повременить.

– Потому мне бы не хотелось, чтобы что-то поме-

шало успеху вашего спектакля, и критики разнесли его

в пух и прах. Вы же понимаете, что в случае провала

нам придется отказаться от этой постановки, а если вам

удастся покорить публику своей игрой, то спектакль

будет иметь долгую жизнь. – Актеры молча слушали

директора, и он после небольшой паузы подвел черту:

– Поэтому я рекомендую вам собраться и вместе с ми-

стером Гоулдом обсудить мое предложение перенести

спектакль на один месяц. Дополнительные репетиции

позволят вашему режиссеру более тщательно порабо-

тать над постановкой, а вам – лучше вжиться в роли.

Джули, понимавшая важность премьеры для ми-

стера Гоулда и нежелание режиссера сдвигать ее на бо-

лее поздний срок, собралась с силами и ответила:

– Мистер Дрейсон, смею вас заверить: хотя ми-

стеру Гоулду уже семьдесят и он в последнее время

неважно себя чувствует, у него все под контролем.

Мы практически готовы, за оставшуюся неделю пла-

нируем провести еще несколько репетиций в его при-

сутствии, и будьте уверены, что к премьере в следую-

щую среду мы будем в отличной форме.

Вдруг что-то затрещало, и декорация к спектаклю,

весившая несколько десятков килограмм, чуть не рух-

нула на сцену, затем донесся вскрик одного из работ-

ников: «Осторожно!» Мистер Дрейсон повернул голо-

ву в сторону взволнованных рабочих, успевших вовре-

мя подхватить конструкцию, и сказал:

– Я прошу вас быть бдительными и действовать

аккуратней. Кровля и стены театра слабы, и от сильных

перегрузок могут треснуть. Чак, Джули, вы видите,

в каких условиях нам приходится работать, – снова

обратился он к актерам. – Смотрите, как выглядят сте-

ны! А все потому что спектакли идут при полупустых

залах, и проданных билетов хватает только на погаше-

ние счетов и зарплату служащим.

Еще раз посмотрев на потолок не самого презен-

табельного вида, пол с трещинами и стены, покра-

шенные последний раз четыре года назад, директор

продолжил:

– После того как в 2011 году мы, как и десятки

других театров Великобритании, лишились государ-

ственного финансирования, нам остается надеяться

на меценатов, а также на разные фонды чтобы быть

на плаву. Мы в отчаянии уже несколько лет пытаемся

получить деньги от муниципалитета на реконструк-

цию и ремонт театра, но все напрасно, – грустно про-

изнес мистер Дрейсон. – Они послали экспертов, и те

выдали заключение, что театр не находится в крити-

ческом состоянии, и с ремонтом можно повременить.

Понимаете ли, у них в бюджете нет лишних средств,

и сейчас другие приоритеты – постройка дворца

культуры для концертов. Эти бюрократы будто не ви-

дели, что со стен валится штукатурка, а крыша театра

совсем прохудилась, и сильный дождь здесь может все

затопить. Надеюсь, что в ближайшее время нам все же

удастся найти деньги.

Чак и Джули внимательно слушали мистера

Дрейсона.

– Вот одна из причин, почему я предлагаю вам

повременить со спектаклем, поскольку, если вы успе-

ете хорошо подготовиться, то это будет для нашего те-

атра успешная премьера, как с творческой точки зре-

ния, так и с финансовой, что для меня, как директора

театра, немаловажно. Вы же и сами прекрасно пони-

маете, что телевидение и Интернет в какой-то степени

отодвинули театр на задний план. Если залы не будут

заполняться, нам придется закрыть ваш спектакль

как нерентабельный, чего бы мне очень не хотелось

делать.

Чтобы еще раз убедить мистера Дрейсона не пере-

носить премьеру, актриса произнесла:

– Я уверена, что спектакль мистера Гоулда будет

иметь ошеломительный успех. Он известный режис-

сер. За долгую творческую карьеру он выпустил много

хороших работ, и публика его знает и любит.

– Сегодня уже ничего нельзя предугадать, в том

числе и реакцию публики. Зритель стал более требо-

вательным и капризным, и тот факт, что он пожилой

режиссер, может сыграть и негативную роль, – воз-

разил мистер Дрейсон, – ведь люди порой желают

видеть свежий взгляд на трагические произведения.

Поэтому я и пытаюсь в последнее время давать шанс

молодым режиссерам, в надежде, что они смогут при-

влечь современного зрителя.

– Мистер Дрейсон, давайте дождемся премье-

ры, – горячо воскликнула актриса. – Мистер Гоулд

приложил много усилий, чтобы спектакль получился

зрелищным, и мы сделаем все, чтобы его не подвести.

Он верит в успех этого проекта и смог заразить сво-

ей верой и нас. Мы убеждены, ему удастся проделать

то же самое со зрителями, и они обязательно полюбят

эту постановку, – заключила Джули.

Актеры затаив дыхание, ожидали реакцию ди-

ректора, который после некоторого размышления,

заключил:

– Давайте поступим следующим образом, завтра

днем я обязательно позвоню мистеру Гоулду, чтобы

справиться о здоровье, и если он выскажет уверен-

ность в успехе постановки, то премьера, как и плани-

ровалось, пройдет в следующую среду… А пока я вам

могу выделить главную сцену, как мы и договарива-

лись, только раз в неделю по средам, а репетировать

и дальше вы можете здесь, на малой сцене. Если спек-

такль будет иметь успех, то мы подвинем другие по-

становки, и вы получите еще один день, – резюмиро-

вал директор театра, взглянув на часы, показывающие

четверть десятого.

– Спасибо! Обещаем вам, мы будем продолжать

активно работать и постараемся показать себя с луч-

шей стороны на этой премьере, чтобы не подвести

наш театр, вас и мистера Гоулда.

Пожелав актерам успеха, мистер Дрейсон напра-

вился в кабинет, а актеры – за сцену.

– Чак, вы слышали, что сказал мистер Дрейсон? —

обратилась актриса к коллеге по дороге в гримерные

комнаты. – Наш спектакль могут закрыть как нерен-

табельный, если будет мало зрителей. Печально осоз-