Заноза - Михаил Викторович Гречанников

Я протянул ему сигареты и он осторожно, стараясь не помять пачку, вытащил одну сигарету толстыми зелёными пальцами.

– Гудвиндс был не очень-то счастлив – ответил я. – Для счастья ему не хватало сделать мне подарок в виде пачки купюр.

– И? Ты принял предложение?

– Нет.

– Ну и дурак.

– Сам знаю, дружище…

Джо не был моим другом как таковым. Как-то раз его недюжинные мышцы вытащили мой зад из передряги, и после того случая я пару раз нанимал его телохранителем, если события развивались печальным образом. Однако постоянно я платить ему не мог, так что большую часть времени Джо работал грузчиком.

Затянувшись сигаретным дымом, я огляделся и увидел серо-рыже-коричневую дворнягу, сидевшую неподалёку от грузовика. Она грустно смотрела на нас, потом увидела мой взгляд и пару раз робко махнула хвостом.

– Привет, дружок! – сказал я собаке.

Та встала и, пригибая голову, сделала ко мне несколько шагов.

– Твоя? – спросил я у Джо.

– Неа. Пару дней тут ошивается. Кто-то один раз покормил, вот она и вернулась за добавкой.

Я протянул собаке раскрытую ладонь, и она уткнулась в неё носом.

Обнюхала, лизнула, дала почесать себя за ухом.

– Ты голодная, да? – Я повернулся к Джо. – Где тут мясная лавка?

– Чуть подальше. Вон, там лотки с апельсинами видишь? За ними налево.

Только ты не прикармливал бы эту псину. Она, как видишь, прилипчивая.

– Ничего, справлюсь. Ну что, – обратился я уже к собаке, – пойдём?

Собака словно поняла меня и радостно завиляла хвостом. Пока я шёл к лавке, она не отставала ни на шаг, бежала справа и заглядывала мне в глаза. Наконец, у дверей мясной лавки я сказал ей:

– Сиди тут! Тебе со мной нельзя.

Собака уселась у дверей и вывалила наружу ярко-розовый язык, словно улыбаясь. Я толкнул дверь лавки и шагнул в прохладное помещение.

– Добрый день, сэр! – поприветствовал меня паренёк лет десяти, торчавший за прилавком в широченном фартуке.

– Добрый. Что у вас тут самое дешёвое?

– Пожалуйста, сэр! Колбаса «Особая»! Всего двадцать центов!

– Идёт. А из чего она сделана?.. Нет, нет, пожалуй, я не хочу знать. Вот твои монеты.

Мальчик ловко сгрёб две мелкие монетки и через мгновение уже протягивал мне завёрнутую в жёлтую бумагу колбаску. По бумаге медленно расползалась клякса жира.

Двумя пальцами я взял края бумаги и, стараясь не выронить угощение, вынес его на улицу. Собака вскочила, голодными глазами следя за бумажным свёртком. Едва я наклонился, чтобы положить еду на землю, как у моей руки клацнули зубы – я даже подскочил от неожиданности. Но, глядя на то, как собака рвёт зубами колбаску, я простил ей нетерпение.

– Приятного аппетита, собака, – улыбнулся я и направился редакцию.

Здорово вновь оказаться за своим столом. Откинувшись на спинку стула, я положил ноги на столешницу и вытряхнул из пачки очередную сигарету.

– Подыми мне тут! – грозно сказала миссис Ланкастер, входя.

– Я у себя в кабинете, дорогуша.

– И я у тебя в кабинете, вот беда. Попробуй затянуться хоть раз, и я вырву твои прокуренные лёгкие. И скинь уже ноги со стола, пока я их не переломала.

Нехотя я уступил её требованиям.

– Можно мне кофе, миссис Ланкастер? – спросил я жалобно.

– Кофе… – пробурчала она и резко выпалила:

– Можно! И ещё. Сними трубку, там твой миллионер на линии ждёт.

– Гудвиндс? – удивился я.

– Он самый. Надеюсь, когда я вернусь, то не застану ни твоих ног на столе, ни табачного дыма в воздухе!

Она ушла варить кофе, а я протянул руку к чёрному аппарату и снял трубку, снова закинув ноги на стол.

– Джон де Витт слушает.

– Мистер де Витт! – Голос и впрямь принадлежал Гудвиндсу. – Мне нужно, чтобы вы срочно приехали ко мне.

– Издеваетесь? Я же только от вас.

– Мне нужна помощь, мистер де Витт. Помощь человека, который не продаётся. И, как это ни смешно, из всего моего окружения у меня такой есть только вы.

– Я не из вашего окружения. Я написал про вас довольно мерзкую статейку, и теперь вы хотите поставить меня на место. Может быть, даже убить. Так что нет, я к вам снова не поеду.

– Мистер де Витт! Джон. – Он впервые назвал меня по имени. – Пожалуйста, Джон. Прошу вас, приезжайте. Хоть с полицией, хоть с армией. Мне нужна ваша помощь.

Что-то в его голосе дало мне понять, что он говорит правду. Наверное, сработала интуиция журналиста – я нутром чуял, что ни запугивать, ни убивать он меня сегодня не собирается. Похоже было, что ему и впрямь была нужна помощь.

– Хорошо, – ответил я, внутренне удивляясь своему согласию. – Когда мне лучше всего приехать?

– Прямо сейчас, мистер де Витт. Мне нужна ваша помощь прямо сейчас.

На выходе из редакции я чуть не налетел на собаку, терпеливо сторожившую у двери.

– Это ты? – удивился я, узнав собаку с рынка. – Ты меня, что ли, ждёшь?

Собака встала и завиляла хвостом.

– Это… Эм-м-м, очень мило, но прости, мне нужно спешить. – Я махнул рукой, останавливая такси. – А ты иди по своим собачьим делам.

Рядом тормознул «Фиат» с шашечками. Я залез в машину, захлопнув дверь прямо перед собачьим носом, и сказал:

– Сперва рынок на Ист-Виллидж, потом поедем на Хайтс. И поскорее.

– Постараемся, мистер, – добродушно ответил таксист, сдвинув фуражку на затылок.

Машина тронулась, и я повернулся, чтобы ещё раз посмотреть на собаку.

Тут меня ждал сюрприз – она бежала за машиной!

– Какого ж чёрта? – пробормотал я. – Да куда же ты бежишь? Иди, иди отсюда! Гуляй!

– Я вас не понимаю, мистер, – отозвался таксист.

– Да я не тебе.

– Тогда ладно.

Машина свернула в средний ряд, и собака побежала следом. Чудом не попала под колёса грузовику, но продолжала бежать. Вокруг раздавалось гудение клаксонов – водители едва успевали затормозить, чтобы не размазать животное по асфальту.

– Говорил же мне Джо, – простонал я.

Такси остановилось на светофоре, и собака нас догнала. Встала на задние лапы и заскребла когтями по дверце. Тогда я не выдержал и впустил собаку внутрь.

– Эй, мистер, вы что это делаете? – возмутился было таксист, но я сунул ему бумажку в пять долларов, и он перешёл от громкого возмущения к тихому бурчанию. – Ну, ладно… Ладно… Просто с животными нельзя, мистер, но для вас – так и быть, одно исключение, только одно…