Простые истины - Модин Мун

Ее глаза стали огромными от удивления; она раскрыла рот, но вопрос так и не прозвучал. Лукас передал ей через стол конверт с двумя фотографиями. Немая от изумления, она молча открыла конверт и долго смотрела на снимки.

— И я, значит… О, боже! Подумать только! — Она закрыла глаза и положила фотографии на стол.

— Хотите взглянуть на брата, мисс Уилсон?

Она не ответила. Лукас не удивился, принимая во внимание обстоятельства. Из отчета ФБР он узнал, что она работает дневным бартендером в известном ресторане в центре, а живет в довольно тихом районе, хотя и вовсе не фешенебельном. На ней было что-то вроде униформы официантки: в жизни Мэг Уилсон, теперь Карлтон, не было места изыскам. Ну, это изменится.

Лукас перебрал остальные фотографии, привезенные с собой, и, выбрав одну, передал Мэг. На фотографии Эдвард и его молодая жена стояли в саду за домом.

Мэг разглядывала фотографию. На долю секунды Лукас заметил выражение тоски на ее лице. Но она тут же вскинула голову, и на губах ее появилась усмешка.

— А он, похоже, благополучно пережил трагедию.

От Лукаса не укрылась ее злость.

— Возможно, эта вам понравится больше, — ответил он, борясь с ответным раздражением. И передал Мэг фотографию Эдварда, сделанную год назад. На ней он казался целеустремленным, преуспевающим и… опустошенным человеком. Лишь когда Эдвард повстречал Дженни, его душевные раны стали затягиваться.

Мэг рассматривала его. На мгновение ее черты — женственная копия Эдварда, поразительной красоты, вдруг осознал Лукас, — затуманились, совсем как черты брата.

— И как же… — вырвалось у нее, — как же меня зовут? — Фотография выпала у нее из рук и опустилась на стол. — Кто я?

Ее зовут Мэган-Элизабет Карлтон, и через три месяца ей исполнится двадцать девять. Двадцать девять. Нечасто женщине выпадает отмечать дважды двадцать девять и тридцать лет. Губы Мэг скривились в горькой усмешке.

Ее приемным родителям придется ответить на кое-какие серьезные вопросы. Ей и агентам ФБР. Знали ли они, сколько ей на самом деле лет? Или же от них скрыли ее настоящий возраст? Это важно. Но если они прознают про то, кто она и где находится, об этом узнает и Блейк, ее бывший муж.

Они ехали в машине полицейского. Внимание Ламберта было приковано к дороге, он вел машину к дому Мэг. И все же она не раз ловила на себе его слишком пристальный взгляд. Сам он едва ли чистый американец со смуглой кожей и слегка арабскими чертами. Его крепкое сложение почему-то не наводило на нее страх, какой она испытывала перед полицейскими. Этот не походил на блюстителя закона, видимо, в этом все и дело.

Нет, все же походил. Но на такого, кто предотвращает нападения и убийства, рискуя своей жизнью. А может, он похож на гладиатора. С боевыми шрамами, которые не может скрыть даже лоск дорогого костюма.

— И что же это было? — В голосе Ламберта послышался южный акцент.

Мэг снова насторожилась.

— Что?

— То, что вдруг превратило вас в жалкую, беспомощную дамочку. «Ах, со мной сейчас случится обморок!» Вы хоть раз в жизни теряли сознание?

Мэг с облегчением вздохнула. И покачала головой.

— На следующем светофоре поверните налево.

— Вы от кого-то скрываетесь?

Не полицейский, говоришь? Такой талант, и пропадает в каком-то заштатном городишке!

— Еще раз налево и через полквартала остановитесь.

Лукас припарковал машину у бордюра и заглушил мотор. Но когда Мэг потянула за дверную ручку, он остановил ее.

— Я представляю, что за потрясение вы пережили, — сказал он. — Вас ожидают всевозможные перемены в жизни, такие, что трудно и вообразить. Но я хочу знать, не доставлю ли лишние неприятности в Авалон. Эдварду и Дженни. Им только этого не хватало. Вы вошли в кабинет дознания полумертвая от страха. Вы отказались ехать к Эдварду, пока вам не объяснили, что иначе вас разыщут газетчики. Я что-то не понимаю вас, леди, и пора бы вам объясниться.

Мэг откинулась на спинку сиденья. Может, Ламберт ей и не друг, но уж точно не враг. В любом случае не может же она вечно хранить свою тайну!

— Обещаю, что отвечу на все ваши вопросы. Но не раньше, чем окажусь у себя дома.

Лукас, согласно кивнув, отпустил ее. Мэг выбралась из машины. Войдя в дом, она направилась прямиком в спальню. Небольшая кучка денег и кредитные карточки, лежавшие на верхней полке над кроватью, исчезли. Мэг не стала проверять дальше, она знала, что остального тоже нет.

Она в изнеможении оперлась о дверной косяк, позволив себе минутную слабость. Но тут же взяла себя в руки и отправилась к Ламберту.

Он вошел в дом следом за ней, но остановился у открытой двери, ведущей в ванную. Зеркальная дверца шкафчика с лекарствами была приоткрыта. И написанное на ней было хорошо видно, хотя и писали кремом.

— «Б»? — удивился он.

— План «Б», пояснила Мэг. — Он у нас уже был. Как, впрочем, и план «А», и план «В»…

— Расскажите мне все, Мэг.

Она кивнула, нервно сглотнув, затем сняла с крючка полотенце и принялась стирать крем.

Лукас остановил ее, забрав полотенце. Он положил руки ей на плечи.

— Расскажите, — повторил он тихим голосом.

Мэг передалось спокойствие, исходившее от его рук. Если бы она только позволила себе опереться на него, ведь он сильный. И ей очень захотелось переложить на другого свои заботы и страхи, ставшие постоянными спутниками ее жизни… Мэг вдруг вздрогнула — она вспомнила о том, что он полицейский.

Собрав остаток сил, она отстранилась.

— Ваш друг Эдвард сегодня не просто обретет сестру, — сказала она. — В его семью войдет еще один человек.

— Мэг…

— Можно, я расскажу позже? — попросила она. — Мы должны успеть в аэропорт, иначе мой сын улетит во Флориду.

Дэнни оказался похожим на мать. Худющий и настороженный. Он выглядел старше своих двенадцати.

И вот они в реактивном самолете Карлтонов. Мальчик заснул, уютно примостившись в кресле у иллюминатора. Он слишком перенервничал за последнее время. Лукас отлично понимал его состояние.

Мэган, едва ступив в салон самолета, вскрикнула от изумления. Лукас подумал, что новость о неожиданно объявившемся брате свалилась на нее как снег на голову и до сей поры она не представляла себе всех размеров состояния Эдварда. В передней части салона были удобно расставлены кресла. Мэг молча опустилась в одно из них.

— Скольким еще людям я буду рассказывать свою историю, шериф? — наконец, спросила она.

Лукас покачал головой.

— Не знаю. Многим, ведь расследуется убийство. Агенты ФБР постараются вытянуть из тебя все. Эдвард не будет допрашивать тебя с пристрастием, но захочет услышать, что произошло с тобой. И мне кажется, я тоже должен быть кое во что посвящен. Чтобы защитить тебя от того, от чего вы бежите куда глаза глядят.