Простые истины - Модин Мун

— Блейк!

— Он не узнает. Не сейчас. Пока ФБР не задало еще своих вопросов, все сведения о тебе — кто ты, что, откуда и чем занималась — держатся в тайне. Но это лишь вопрос времени. Он обязательно узнает, Мэг. Он и другие, кто знал тебя раньше.

Она язвительно заметила:

— Спорим, в самое ближайшее время меня окружат такой семейной любовью, какой я не видывала за всю жизнь?

— Я не позволю им приблизиться к тебе.

Глаза Мэг заблестели — она не могла бороться со слезами; может, потому, что чувствовала — нет нужды притворяться перед ним.

— Ах, Лукас! Они не могут причинить мне большей боли, чем уже причинили. Но Дэнни нужен отец. И еще он не понимает, почему бабушка с дедушкой не желают видеть его. Он беззащитный, такой…

— Ну-ну. Дэнни уже не маленький и способен отличить пустые слова, за которыми ничего не стоит.

— Но он же…

— Фэллон подготовит бумаги об опекунстве, которые будут подписаны, прежде чем эта шайка из Калифорнии разыщет тебя.

Мэг хихикнула.

— Шайка из Калифорнии?

— Эдварду хорошо известно, что может сделать страсть наживы с неокрепшей детской душой. Он позаботится о том, чтобы с Дэнни такого не произошло, даже если этой компашке и случится проскользнуть мимо нас с тобой. Теперь у Дэнни есть семья, Мэг, и его будут любить без всяких условий. К тому же его любишь ты!

Да. Да, она любит своего сына. Мэг заморгала часто-часто, гоня обратно предательскую сырость, грозившую вот-вот пролиться слезами и подмочить великолепный макияж, которому ее научила Марианна. Мэг дотронулась до щеки Лукаса.

Тот опешил. Он посмотрел на ее руку, заглянул в блестящие глаза.

— Все будет хорошо, Мэг. Обещаю.

— Я знаю, — откликнулась Мэг; она верила ему. Невозможно было усомниться в несокрушимой силе, что чувствовалась в нем. — Я знаю.

За дверью послышались шаги. Лукас обернулся. И встал; он будто бы обрадовался внезапному вторжению. Хозяин вкатил столик на колесиках, покрытый льняной скатертью. На столике был их обед.

Уже вечерело, когда они вернулись в усадьбу. Время бежало неумолимо, тени начали удлиняться, и наступил момент, когда Лукас обернулся к Мэг с немым вопросом во взгляде. Молодая женщина поборола желание вцепиться в его руку и не отпускать. Вместо этого она вздохнула и покорно кивнула.

Миссис Томпкинс сообщила им, что дети внизу, в игровой, и Джейми дожидается, когда отец заедет за ней. Там они их и нашли. Дэнни и Джейми растянулись перед мягким диваном; они с головой ушли в компьютерную игру. Заслышав взрослых, оба подняли головы. Джейми тут же вскочила, ей словно передалось напряжение, не отпускавшее Мэг.

— Ты ведь еще не знакома с моей дочерью? — спросил Лукас.

Мэг покачала головой. Нет, не знакома. Но сомнений быть не могло — перед ней стояла дочь Лукаса, такая же смуглая и высокая. Ее сложение еще принесет ей гонорары на подиуме, подумала Мэг, если у нее окажется подходящий для такой профессии характер и возникнет желание.

— Нет, — ответила Мэг. — Рада познакомиться с тобой, Джейми.

— А я — с вами. — Девочка шагнула навстречу Мэг. Она улыбалась открыто, уверенная в том, что ей действительно рады, уверенная в себе. Мэг почувствовала, как улыбка слетает с ее лица, но приложила все усилия к тому, чтобы удержать ее. Когда ей было столько же, сколько Джейми сейчас, она была такой же худющей и высоченной, но и только. В остальном они ничуть не походили друг на друга. Она увидела, как Лукас обнял дочь. Мэг попыталась припомнить, обнимал ли ее кто-нибудь, кроме Дэнни, радовался ли ей.

Что же, если и нет, какое это имеет значение? Все осталось в далеком прошлом.

Дэнни оторвался от пульта.

— Привет, ма!

— Привет, сынуля! — Ему не понравится, но Мэг ничего не могла с собой поделать — подошла и взъерошила сыну волосы. Глянув на экран, Мэг тут же узнала игру. Одна из самых любимых у Дэнни. Они частенько брали ее напрокат и играли вдвоем по выходным. — Кто впереди?

Дэнни всего передернуло, то ли от того, что она взъерошила ему волосы, то ли ему не понравился вопрос и не поймешь даже. Мэг подозревала, что и от того, и от другого. Наверняка парню было досадно, что новая знакомая, девчонка, обыграла его в игре, в которой он давно уже считал себя докой.

— Что случилось? — ответил он вопросом на вопрос.

Случилось, Дэнни, и немало, подумалось Мэг, но вслух она этого не произнесла.

— Нам надо поговорить. Но можешь доиграть.

Дэнни покосился на Лукаса.

— Да нет, — небрежно бросил он. — Если Джейми пора, пусть идут. Еще наиграюсь. Тут этих игр полный шкаф. — И вдруг позабыл все свое напускное безразличие, с таким тщанием выстраиваемое. — Ты ведь еще придешь, Джейми?

— Джейми с мистером Лукасом еще не уходят.

— Прошу прощения. — В дверях появилась миссис Томпкинс. В руках она держала радиотелефон, взгляд ее был обращен на Лукаса. — Мистер Карлтон на проводе.

— Спасибо, Томми. — Лукас взял у нее телефон. — Меня или Мэган?

— Вас, сэр.

Лукас бросил быстрый взгляд на Мэг. Это могло быть извинением, а могло быть и чем угодно другим. Он поднял трубку с телефона.

— Да, Эдвард. Да. Да, я знаю. Нет. Да, есть. Все в порядке. Понимаю. Да. Скажи ей… скажи… — весь город переживает тут за нее. — Лукас улыбнулся; его голос потерял официальные нотки шерифа при исполнении. — Ну, вы с Мэг стоите друг друга. Конечно же, она хочет. — Лукас протянул трубку Мэг. — Он не был уверен, хочешь ли ты говорить с ним.

Эдвард Карлтон не был уверен, хочет ли она говорить… с ним? Мэган взяла телефон из руки Лукаса и опустилась на диван, утонув в нем.

— Привет!

— Привет, Мэган! — Голос се брата ничуть не изменился — такой же, каким она впервые услышала его. Единственно, что не такой уверенный. — Извини, что оставил тебя одну.

— Да ну, пустяки какие…

— Нет, не пустяки. Мы должны быть рядом. Как только Дженни оправится настолько, чтобы одолеть перелет, мы тут же вылетим.

— Как она?

— Отдыхает. Операцию отложили дня на два, но ухудшения нет. Матильда, медсестра, что ухаживает за ней, все-таки выдворила меня из палаты. Ты-то как?

Мэг диву давалась. Дженни тяжело больна, а Эдвард не забыл и про нее, Мэг. Господи, да она сейчас разревется.

— Я… я привыкаю.

Он засмеялся. Не усмехнулся, не хохотнул, а засмеялся от души; в его смехе ей почудилось понимание.

— Да уж, представляю. А Дэнни? Тоже привыкает, а?

Мэг глянула на сына. Тот изо всех сил делал вид, будто его нисколечко не интересует разговор.

— По-своему.

Эдвард снова захохотал. Но когда заговорил, в его голосе не было уже и намека на веселье.