Бог войны - Дэвид Вебер

утром от князя Бахнака прибыли гонцы с просьбой как можно незаметнее войти в город. Базел так рассчитал время, чтобы добраться до Харграма к ночи. Снова сильно похолодало: подобные перепады температуры были обычны для конца зимы в этой части Норфрессы. В такой мороз жители старались не выходить после захода солнца, поэтому никто не видел, как они миновали городские ворота.

Сам Бахнак, Бародан и Танхар, еще один старший брат Базела, уже ждали их. Князь сжал младшего сына в объятиях.

– Я даже не догадывался, что вам предстоит, когда желал вам удачи, мальчик мой, – произнес Бахнак. – Как же я рад, что ты вернулся домой целым и невредимым. – Он разомкнул объятия, сделал шаг назад и придирчиво оглядел Базела. – Гарнал передал мне все душераздирающие подробности, о которых ты умолчал в своей записке. Между прочим, ты ни словом не упомянул ни о каком демоне.

– Ну, это заслуга Вейжона, – ответил Базел, пожимая плечами.

– Да, Гарнал мне рассказал. Я был бы просто счастлив, если бы в будущем ты избегал таких приключений. Нет, – Бахнак предупреждающе поднял палец, – я не жалуюсь, я понимаю, что ты лучше меня знаешь, как поступать. Только твоя мать несколько расстроится, если демоны, дьяволы или тому подобные существа разнесут тебя на куски. Все-таки она потратила немало сил, вынашивая и воспитывая тебя. Матери – они, знаешь ли, такие… Да еще она наверняка обвинит во всем меня.

– Я это учту, – пообещал Базел с улыбкой. Но улыбка исчезла с его лица, когда он повернулся к двери. Его товарищи молча вносили завернутые в одеяла тела. Базел покачал головой.

– Я потерял добрую треть своих людей, отец, – тихо произнес он.

– Из рассказанного Гарналом следует, что вы еще легко отделались, – ответил Бахнак так же тихо. Бародан с Танхаром согласно кивнули. – Я еще не сообщал их семьям, – продолжал принц после паузы. – Не знал, как вы с братьями, – он обвел рукой всех присутствующих, а не только своих сыновей, – захотите все обставить. И, честно говоря, у меня были на это и свои причины. – Он подождал, пока Базел поднимет на него глаза, и невесело усмехнулся. – Вы сделали то, что было необходимо, в этом нет сомнений. Но, мне кажется, мы потревожили осиное гнездо. Когда все узнают, что произошло… Полагаю, мы сами должны объявить об этом, и чем скорее, тем лучше. Надо признать, что у других князей будут основания подозревать самое худшее относительно моего участия в этом деле, особенно когда выяснится, что случилось с Чалгазом. Поэтому я хотел бы, чтобы вы с Хартаном и еще Брандарк и Керита обсудили с Марглитой и со мной, как лучше подать эту новость.

* * *

Слухи о вылазке поползли сразу после восхода, и при каждом новом пересказе они становились все невероятнее. Причем ни один человек, кроме родственников Бахнака и воинов, участвовавших в походе, не знал, что весь отряд Базела принес клятву Томанаку. Слухи разрастались все больше, но только горстка людей знала правду о причинах похода.

Наименее фантастическим предположением было то, что Бахнак выслал отряд поджечь несколько приграничных постов в Навахке, не дожидаясь официального объявления войны. Никто не мог понять, почему он так поступил, но предполагали, что это первый шаг в тщательно продуманном плане, призванном вынудить Чернажа нанести ответный удар. Ожидали, что в таком случае Бахнак заявит, будто его люди никогда не пересекали границ Навахка, назовет Чернажа лжецом и уже на законных основаниях отреагирует на «необоснованное» нападение Навахка. В этом объяснении было мало приятного, но ходили слухи и похуже. Говорили, что принц отрядил своих воинов аж в столицу Чернажа (их возглавлял Базел, поскольку он хорошо знает город, где провел немало времени), чтобы перебить князя и его сыновей прямо в постелях. Как отряд из шести десятков Конокрадов мог незаметно пробраться в столицу Кровавых Мечей, предполагалось представлять самим слушателям.

Но главное было даже не в достоверности или недостоверности рассказов. Многие жители Харграма были ошеломлены тем, как их князь, нарушив все обычаи, напал на тех, с кем его все еще связывал мирный договор, до объявления войны. И в то же время они были рады, что вылазка прошла так успешно. С другой стороны, большинство послов при дворе заботило другое. Представители Чернажа и его союзников возмущались грубому попранию всех традиций и разрыву Бахнаком перемирия. Союзники Бахнака злились, что он ничего им не сказал. В конце концов, это означало, что они тоже окажутся вовлеченными в войну, а он даже не счел нужным с ними посоветоваться. Подобные действия не пристали хорошему политическому деятелю, а его легкомысленная самоуверенность могла привести к гибели недавно созданного союза Конокрадов.

Заявления, протесты, слухи и догадки, появившиеся в это утро, становились все более бредовыми, приводя послов в исступление. Но ни один из них и подумать не мог, что сам Бахнак приложил ко всему руку и позаботился, чтобы его агенты донесли до их ушей самые нелепые версии происшедших событий.

Базел недоверчиво поглядел на отца, когда тот признался, что он сам и распускает сплетни, но Бахнак лишь усмехнулся:

– Конечно, мальчик, это я, и не без участия Марглиты разумеется.

– Но зачем?

– Слухи поползли бы в любом случае, даже если бы мы сделали официальное заявление, – пояснила сестра Базела, – а правду могли бы просто не принять. У многих имеются причины делать вид, что они не доверяют словам отца. Что бы ни думали эти люди про себя, они все же служат Чернажу и его союзникам.

Она умолкла, и когда, подумав, Базел понимающе кивнул, Марглита продолжила.

– Поэтому, посоветовавшись с отцом, мы решили: чем больше будет разрыв между их нынешними догадками и той правдой, которую они узнают потом, тем лучше. Чем больше обвинений, самых диких, выдвинут люди Чернажа, тем сокрушительнее поразит их истина, когда наконец выйдет наружу. И чем глубже будет всеобщее потрясение, когда отец докажет присутствие Шарны в Навахке, тем легче большинство послов ему поверит.

Базел долго и пристально поглядел на отца, и Бахнак пожал плечами:

– Да, да. Я догадываюсь, о чем ты думаешь, сынок. Вот этот старик схватился за палец и думает, как бы ему лучше откусить всю руку. Но политика есть политика, и хочешь ты того или нет, Орден Томанака, который ты основал, будет восприниматься остальными как орудие для возвышения Харграма над остальными княжествами градани. Не стану отпираться, я действительно хочу извлечь из ситуации как можно больше пользы для нашей страны, но подумай и сам. Ты говоришь, что не желаешь, чтобы Орден