Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

– Святослав, а ты не мог бы помочь составить фоторобот этой Мури?

– Конечно, не вопрос, Лев Иванович! – откликнулся тот. – Если это поможет разыскать Андрюху, то хоть десять фотороботов. Завтра с занятий отпрошусь, и все дела. Куда и во сколько подъехать?

– Ну, давай с утра в областное УВД, постараюсь быть там. Если меня не окажется – мало ли что, – предупрежу дежурного, чтобы тебя проводили к криминалистам.

Гуров попрощался со своим собеседником, потом созвонился с дежурным по УВД и поручил ему оставить на завтрашнее утро пропуск на имя Святослава Тарасова. На просьбу дежурного пояснить, к кому именно прибудет Тарасов, он уточнил, что парня нужно будет проводить к криминалистам для составления фоторобота. О том, чей именно фоторобот и по какому делу он будет проходить, сыщик сознательно умолчал. Ведь рядом с дежурным запросто могли оказаться чьи-то посторонние уши.

Звонки Роману и Захару ничего интересного не добавили. Парни очень сожалели об исчезновении их друга. Они рассказали в подробностях, когда и при каких обстоятельствах видели Андрея в последний раз. О девушке по имени Мури молодые люди не слышали ни разу, да и об Оксане Трофименко тоже. Слушая их, Гуров внутренне ощутил, что с этой стороны можно уже не копать. Ребята и в самом деле не располагали нужной ему информацией.

Близился вечер, но времени еще оставалось в достатке. Поэтому сыщик решил навестить и других людей, тоже потерявших своих близких при загадочных обстоятельствах.

Следующей по списку оказалась семья Телегиных, проживающая на улице Ополчения. Остановив такси, Гуров узнал, что эта улица находится весьма и весьма далеко от набережной, практически в другом конце города. Впрочем, как выяснилось тут же, еще одна нужная Льву улица – Тихоновская, располагалась совсем недалеко от Ополчения.

Полчаса спустя он входил в подъезд двухэтажного четырехквартирного дома, давным-давно возведенного из деревянного бруса, потемневшего от времени. Здесь до своего исчезновения проживала двадцатидвухлетняя Анна Телегина, младший воспитатель детского сада. На его звонок дверь открыл явно выпивший, неделю не брившийся гражданин лет сорока пяти, в майке и трениках. Недоуменно глядя на незваного гостя, хозяин квартиры сипловато, с хрипотцой поинтересовался, кто, собственно говоря, надумал к ним пожаловать.

Удостоверение опера высокого ранга, да еще прибывшего из столицы, оказало разительное, почти чудесное действие. Глаза мужчины сразу же приняли осмысленное выражение. Он как-то даже подтянулся, отступил в сторону и вполне внятно сказал:

– Прошу!

Гуров прошел в тесноватую квартиру, состоящую всего из двух небольших комнат и заставленную старенькой, обшарпанной мебелью. Он увидел двух мальчишек лет тринадцати-четырнадцати, которые что-то писали, сидя за столом. Судя по всему, они делали домашнее задание. Через открытую настежь дверь на кухню была видна невысокая худощавая женщина, которая что-то готовила у газовой плиты.

– Слушаю вас. – Хозяин указал гостю на ветхий стул, обтянутый потертым дерматином, сам присел на такой же антиквариат и деликатно откашлялся в ладонь.

Узнав о причинах визита полковника полиции, он помрачнел. Мужчина опустил голову, горестно вздохнул и осипшим голосом рассказал про тот последний мартовский вечер, когда их Аня уехала на такси к своему жениху и больше уже не вернулась.

– О ее женихе поподробнее можно? – спросил Лев и глянул в сторону кухни.

Оттуда, услышав их разговор, вышла жена хозяина.

– Про Ивана даже не думайте, – поздоровавшись, категорично заявила она. – Парень замечательный. Он тут ни при чем.

По словам супругов, жених Ани тоже был из небогатой семьи. Но парень сумел окончить строительный вуз и сразу после армии открыл небольшую частную организацию по отделочным работам. Он взял кредит, набрал бригаду, проявил недюжинную смекалку и сноровку и очень быстро пошел в гору. Теперь у него уже пять бригад, и от желающих работать именно в его фирме нет отбоя. Спрос у него очень жесткий, но и зарплата для Средневолжска хорошая.

С Аней молодой человек познакомился, когда его фирма заключила контракт с ее детсадом на ремонтные работы. Иван Долганцев всегда сам лично осматривал объекты и на месте обсуждал с бригадирами и мастерами порядок тех или иных работ. Он увидел хорошенькую воспитательницу, облепленную со всех сторон горластыми малолетними подопечными, тем же вечером пришел к детсаду и проводил Аню домой. Было это около полугода назад.

– Нет-нет, он в ее исчезновении не виноват! – продолжала повторять хозяйка квартиры. – Когда Аня пропала, Иван, бедный, места себе не находил. И частных сыщиков за свой счет нанимал, и милицию без конца теребил.

– Но как же случилось-то, что она отправилась на встречу с ним и пропала? Он-то сам как этот факт объяснил? – продолжал сомневаться Гуров.

Женщина несогласно отмахнулась и сказала:

– Они собирались в кино на это… как его… три Д, что ли? Иван задержался на объекте, позвонил Ане, сказал, что заедет за ней попозже. Ну а она побоялась, что они опоздают в кино, и сказала, что будет ждать его прямо там. Дочка вызвала по телефону такси. Полчаса спустя позвонил Иван: мол, где же Аня? Оказывается, он приехал к кинотеатру, а ее там нет. Позвонил ей – телефон не отвечает. Ну, мы все сразу же и поняли, что с Аней случилось несчастье.

– Да, я уже чуял, что быть беде, – снова заговорил ее муж. – Дня за два до этого у нас около дома жутко выла какая-то собака! Ее прогнали, а она опять вернулась, и воет, и воет… Вон, пацанов даже напугала.

Мальчишки, уже давно забросившие уроки, охотно подтвердили сказанное отцом:

– Да! Прямо жуть как выла! А еще Анютка ведьму встретила.

– Ведьму?! – Лев окинул школяров внимательным взглядом – не фантазируют ли?

– Ну да, ведьму! – заявил старший. – Еще зимой дело было. Аня домой с работы возвращалась, уже темно было, и неподалеку от нашего дома ей встретилась старуха. Худая, как щепка, длинная, как оглобля, вся в черном, глаза как у совы. Идет и что-то бубнит себе под нос. А Анютку увидела – вытаращилась, что-то прошипела и пошла дальше.

– Да-да, Аня рассказывала об этой старухе! – вспомнила хозяйка квартиры. – Ей после этого даже плохо стало.

– Она ее описала? – спросил Гуров.

– Анютка говорила, что она точь-в-точь ведьма из мультика про Карлика Носа, – сообщил младший брат. – По телику этот мультик показывали, она и сказала: «Прямо как та старая грымза».

Лев Иванович расспросил родителей Ани о ее детстве, учебе в школе, друзьях и подругах, взял телефон Ивана Долганцева и отправился дальше.

Глава семьи вышел его проводить и уже в дверях негромко сообщил:

– Я вообще-то не алкаш, хотя и выпиваю. А вот как Аня пропала – все, без этого уже не могу. Вот и сегодня… расслабился, так сказать.

– А вот это уже ни к чему, – без назидательности, но достаточно строго сказал Гуров. – Вам еще двух парней на ноги ставить. А такие вот расслабления до добра не доведут.

Лев Иванович с трудом разыскал на Тихоновской улице старую растрескавшуюся пятиэтажку. Здесь, согласно поданному заявлению о пропаже человека, прежде и проживал хронический холостяк тридцати шести лет Игорь Лямкин. В квартире Гуров обнаружил деда, которому, судя по всему, было наплевать на все сущее. Узнав, с чем к нему пожаловал гость из Москвы, старик, которому на вид было за восемьдесят, сердито отмахнулся.

– Пропал, да и хрен с ним! – объявил он, щурясь через очки с толстенными линзами. – Ну и пусть он мне внук! Невелика важность!.. Раздолбай, который тем только и жил, что ждал, когда я подохну, чтобы занять жилплощадь. Так что не хрен ко мне ходить и выспрашивать про этого брандахлыста.

– Секундочку! А кто же тогда написал заявление о том, что Игорь пропал без вести?! – удивился Гуров.

– Поди, Шурка Сарафанова из двадцать шестой квартиры. Она все мылилась его захомутать, на чаи зазывала. Вот к ней и идите!.. – Старик в последний раз отмахнулся и захлопнул дверь.