Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

Впрочем, имелись и иные пути получения хорошего барыша. За последние годы на Кавказе появилось изрядное множество новоявленных владетельных князей. Ради шика и всевозможных понтов они готовы были выкладывать миллионные суммы, украденные из бюджетов различного уровня. Нордец как вариант обдумывал выгодную продажу лошадей кому-то из них.

Все бы прошло как по маслу, если бы не фортель, который надумал выкинуть Хорсанин. Как и было заранее обговорено, Кусакин напичкал лошадей кормом с аминазином и ушел домой, чтобы обеспечить себе алиби. Поздней ночью конюх незаметно вернулся в цирк, чтобы передать дончаков Нордецу. Здесь он узнал, что тот был застигнут в конюшне Леонидом Вельницким и Морозяка убил его наповал. Уже тогда Кусакин понял, что надо срочно заметать следы, чем он и занялся, не дожидаясь рассвета.

Впрочем, все эти его усилия были напрасны. Если молодого опера за счет липового алиби ему удалось провести без особого труда, то сыщик со стажем и огромным опытом работы сразу же почувствовал фальшь и, можно сказать на уровне интуиции, определил личностей, причастных к преступлению.

Тем же днем лошадей нашли на пустой заброшенной ферме в одном из подмосковных сел. Как оказалось, Нордец уже нашел покупателя с Северного Кавказа и ждал поступления денег. После задержания Морозяка вместе с подельниками был препровожден в СИЗО.

На вопрос следователя, что за нужда была убивать охранника, он ответил с угрюмым равнодушием:

– Привычка… Он рыпнулся, дернулся, хотел тревогу поднять. А у меня рука сама, на автомате сработала. Гляжу – он уже готов.

В цирке поверить не могли, что столь темную историю, на которой споткнулись сотрудники райотдела, опера из главка распутали в течение часа с небольшим. В знак признательности Гурову и Крячко руководством цирка были выделены месячные абонементы на посещение их заведения. Лев Иванович и Станислав заранее знали, что целый месяц изо дня в день ходить на представления, даже будучи самыми рьяными поклонниками цирка, – дело абсолютно нереальное, да и никчемное. В знак уважения к циркачам они с трудом выкроили пару свободных часов и пришли на представление – нанесли, так сказать, визит вежливости.

Глава 2

Опера получили свою долю аплодисментов, ощутили себя героями дня. Теперь они наблюдали за ходом программы точно так же, как и все прочие, самые обычные зрители. Сыщики от души смеялись над дурашливыми проделками клоунов, с внутренним замиранием сердца следили за экстремальными пируэтами воздушных гимнастов, с интересом всматривались в рукотворные чудеса, демонстрируемые фокусником.

Во время антракта они зашли в буфет и занялись дегустацией тамошних блюд. Стасу понравилось все без исключения, а вот Гурову показалось, что в театре пирожные были вкуснее. Потом приятели вернулись на свои места, и началось второе отделение программы.

Конное представление с участием четверки скакунов золотистой масти вызвало в зале шквал зрительских восторгов. Парни в форме кубанских казаков демонстрировали чудеса джигитовки. Они на ходу выписывали в воздухе сальто, все четверо разом перепрыгивали со своей лошади на ту, которая скакала следом. Стоя в седле, парни жонглировали булавами и кольцами, подхватывали с арены самые разные предметы.

С не меньшим восторгом зрителями были приняты дрессированные гуси и индюки, ослики и шимпанзе. Потом арену окружила специальная сверхпрочная металлическая сетка. На нее, глухо урча и хлеща себя длинными хвостами, выбежали три льва и пять тигров. В воздухе сразу же повеяло тяжелым духом крупных хищников.

– Блин, сроду не мог понять чудаков, которые держат у себя таких вот зверюг, – склонившись к Гурову, негромко сказал Стас. – Мало того что эти киски могут выйти из подчинения и порвать хозяина в клочья, так еще и атмосфера в доме будет как в зверинце.

Справа от Крячко сидела особа бальзаковского возраста и чопорного вида. Услышав его слова, она жеманно скривила губы и недовольно изрекла:

– Простите, что вмешиваюсь, но я с вами в корне не согласна. Это очень милые создания, дружелюбные и миролюбивые. Если они проявляют агрессию, то в этом всегда и однозначно виновен только человек. Именно он озлобляет животных. Да и относительно амбре вопрос спорный. Эти бездельники-дрессировщики вечно экономят на зоошампуне, поэтому и возникают понятные проблемы.

– Да-да, вы правы, – Станислав повернулся к ней и одобрительно закивал с наисерьезнейшим видом. – Экономят! А ведь тигров и львов – что общеизвестно – купать одно удовольствие. Они очень любят воду. Если в ванну добавить зоошампунь, то их оттуда палкой не выгонишь…

Дама поняла, что этот гражданин с крепкими плечами, обтянутыми кожаным пиджаком, иронизирует и ерничает, возмущенно фыркнула и отвернулась.

Представление тем временем шло своим чередом. Тигры и львы, повинуясь дрессировщику, одетому в яркий костюм, напоминающий старинный гусарский мундир, послушно выполняли все его приказания. Они прыгали через обруч, катались на карусели, держали в зубах деревянные кольца. К ним крепились качели, на которых дрессировщик качался вместе с одним из львов.

Но в какой-то момент приятели почувствовали, что поведение одного тигра изменилось. Он все чаще огрызался и отказывался выполнять команды, угрожающе рычал и всем своим видом давал понять, что очень раздражен и недоволен происходящим. Как видно, именно поэтому дрессировщик поспешил закончить выступление и отправил своих опасных артистов с арены в зверинец.

Казалось бы, все закончилось вполне благополучно, однако в самый последний миг произошло нечто неожиданное. Когда непослушный тигр, щерясь и огрызаясь, неохотно отступал последним в сетчатый коридор, где-то в центре зала раздался громкий хлопок. Гуров оглянулся и увидел гогочущую компанию юнцов, скорее всего из числа так называемой золотой молодежи. Один из них бросил в проход петарду. Взоры всех зрителей зала также обратились в сторону хулиганистых недоумков, донельзя довольных своей проделкой.

Тигр в момент хлопка резко дернулся, издал угрожающий рев, обернулся и свирепо набросился на дрессировщика. Одним ударом лапы хищник обрушил его на арену, вцепился зубами в руку у самого плеча и, как видно, прокусил ее насквозь. Мужчина вскрикнул от боли и, судя по всему, потерял сознание. Из разорванной артерии хлынула кровь. В зале раздались испуганные крики и даже вопли. Все решали доли секунды.

Гуров вскочил, выхватил из подмышечной кобуры пистолет, навел ствол на зверя и нажал на спуск. Стас тоже сунул руку за пазуху и поднялся, но Лев его опередил. Грянул выстрел, раскатившийся эхом под высоким куполом цирка.

Тигр на мгновение замер, выпустил свою жертву и судорожно дернулся. Через секунду он тяжело рухнул наземь, подергиваясь и агонизируя. На арену тут же выбежали униформисты и спешно унесли дрессировщика, истекающего кровью. Четверо рослых мужчин в рабочей спецодежде взяли тяжеленную кошку за лапы, с трудом подняли и унесли. Голова тигра волочилась по полу. Из простреленного глаза каплями стекала вязкая венозная кровь.

Дама бальзаковского возраста стиснула руки на груди и смотрела на происходящее расширившимися от ужаса глазами. Она покачала головой и даже не проговорила, а простонала:

– Какой ужас!

Крячко быстро взглянул в ее сторону и уверенно проговорил:

– Успокойтесь, ничего страшного… Я думаю, все обойдется. Его обязательно спасут.

Та еще шире раскрыла глаза, повернулась к Стасу, поглядела на него как на инопланетянина из «Чужих» и с расстановкой отчеканила:

– Нет, его уже не спасут!

Только тут до Станислава дошло, что сердобольная тетка тужит не по человеку, пострадавшему от клыков хищника, а по тигру, убитому Гуровым. Его указательный палец непроизвольно дернулся к виску, чтобы изобразить общеизвестный жест, призывающий подкрутить в мозгах шурупы, но Стас вовремя спохватился и всего лишь почесал кончик уха. Откуда-то сбоку к операм подбежал вконец расстроенный и обескураженный директор цирка. Пожимая плечами и горемычно вздыхая, он схватил руку Льва Ивановича и размашисто ее потряс.